Предел стадии Заложения Основы. До Формирования Ядра оставался всего один шаг.

Неплохо.

Даже очень неплохо, особенно учитывая, что шестнадцать лет назад Ло Жэнь лишь недавно заложил Серебряную Основу. Его талант действительно был выдающимся.

И всё же меня занимало другое.

Я знал, что внутри сидит чужая сущность, однако не ощущал почти никаких признаков духовного несоответствия. Захватчик не просто управлял телом, как куклой. Он настолько глубоко проник в его структуру, что собственная Ци Ло Жэня подчинялась ему без сопротивления.

Любопытно.

Такое невозможно осуществить за несколько дней.

Ло Жэнь медленно поставил чашу.

— Сун Вуконг, — произнёс он, внимательно рассматривая моё лицо. — Я много слышал о тебе.

— Надеюсь, преимущественно хорошее.

Он усмехнулся.

— Ты прославился ещё до Мира Меча. А затем сумел устроить такое представление, что о нём говорили многие годы. Даже после разрушения Облачного Меча твоё имя время от времени всплывало среди выживших учеников.

— Приятно слышать.

— Однако я никогда не предполагал, что человек с твоим характером однажды вспомнит о долге перед сектой и решит присоединиться к нашей войне.

Я выдержал его взгляд.

— Облачный Меч многое мне дал.

По крайней мере, это было правдой.

Ло Жэнь некоторое время молчал, затем улыбнулся шире.

— Тогда добро пожаловать, младший брат Сун.

Он поднял чашу.

Остальные немедленно последовали его примеру.

— За Облачный Меч!

Я тоже поднял чашу.

— За Облачный Меч.

Взгляд сам собой остановился на Мэй Лин. Девушка стояла у дальней стены, держа в руках пустой поднос. Наши взгляды встретились случайно, но она не отвернулась.

В её глазах не было страха. Скорее разочарование, к которому примешивалось что-то похожее на осуждение.

Я почти сразу понял причину.

Ещё недавно я разговаривал с ней о матери, благодарил за еду и желал процветания заведению. Теперь же сидел рядом с людьми, которые только что отказались платить, и дружески поднимал с ними чашу.

С её точки зрения всё выглядело довольно отвратительно.

Я мог бы объяснить.

Однако некоторые объяснения лучше давать после того, как закончишь начатое.

Поэтому я отвёл взгляд и продолжил разговор.

Следующие полчаса оказались удивительно познавательными.

Мои новые товарищи рассказывали о войне, о погибших старейшинах, о сражениях, из которых чудом удалось выбраться живыми. Некоторые истории я уже слышал от господина Ху, другие оказались новыми. При этом чем больше они выпивали, тем чаще рассказы начинали напоминать героические предания, в которых любое отступление превращалось в хитроумный манёвр, а убийство раненого противника — в выдающуюся победу.

Я не спорил.

Меня больше интересовало, как они относятся к людям, ради которых якобы продолжают сражаться.

Ответ обнаружился довольно быстро.

Один из учеников между двумя историями с удовольствием рассказал, как жители небольшой деревни отказались снабжать их провизией. Пришлось, по его словам, объяснить крестьянам, чем грозит неповиновение бессмертным.

Он описал случившееся настолько весело, что остальные рассмеялись.

Ло Жэнь тоже.

Также между делом другой упомянул, что они настигли группу выживших из Облачного Меча, которые вступили в другую Великую Секту. Как результат — они их всех перерезали как предателей.

Я медленно опустил чашу.

После этого мне уже не требовалось ничего выяснять.

Когда мы наконец поднялись из-за стола, Мэй Лин приблизилась, чтобы убрать посуду. Она не спросила об оплате. Вероятно, успела понять, что подобные вопросы здесь не приветствуются.

Я задержался возле стола, позволив остальным пройти к выходу, и незаметно оставил между пустыми чашами небольшой мешочек с сотней Камней Духа.

Десяти хватило бы с огромным запасом, чтобы оплатить всё съеденное и выпитое. Остальные девяносто предназначались в качестве компенсации за причинённые неудобства.

Возможно, кто-нибудь назвал бы такую сумму чрезмерной.

Но после знакомства с Королевой Монстров мои представления о чрезмерных расходах заметно изменились.

К тому же я был бывшим Основным Учеником Облачного Меча. В определённом смысле эти люди оставались младшими братьями моей секты, а значит, часть ответственности за их поведение лежала и на мне.

По крайней мере, именно так я предпочитал рассматривать ситуацию.

У порога я ненадолго остановился.

Мэй Лин уже обнаружила мешочек. Она раскрыла его, заглянула внутрь и удивлённо подняла голову. Наши взгляды снова встретились.

На этот раз я лишь слегка улыбнулся и подмигнул.

Она не успела ничего сказать.

Я вышел вслед за остальными.

Снаружи стояла прекрасная погода.

Солнце медленно клонилось к горизонту, улицы наполнялись вечерним шумом, торговцы сворачивали лавки, а над крышами поднимался дым кухонных очагов. Мои новые товарищи пребывали в великолепном настроении.

Один даже затянул песню.

Пел он отвратительно.

К сожалению, остальные решили поддержать его, и вскоре вся компания двигалась по улице с таким шумом, будто собиралась лично объявить новую войну Дьявольскому Дао.

Я шёл немного позади.

Ло Жэнь находился впереди, время от времени отвечая на вопросы товарищей. Он выглядел совершенно естественно. Даже движения оставались прежними: прямая спина, спокойная походка, привычка держать правую руку поближе к мечу.

Интересно, сколько подобных привычек принадлежало самому Ло Жэню, а сколько захватчик сознательно сохранил, чтобы окружающие ничего не заподозрили?

«Предок».

— «Слушаю».

«Ты можешь определить, как давно он захватил тело?»

— «Точно — нет. Но довольно давно. Возможно, вскоре после вашей последней встречи».

Я посмотрел на спину Ло Жэня.

Получалось, настоящий Ло Жэнь мог погибнуть значительно раньше, чем я предполагал.

Мы покинули город через северные ворота.

Стражники проводили нас настороженными взглядами, однако никто не попытался остановить отряд культиваторов. За стенами тянулась широкая дорога, окружённая полями и невысокими холмами. Через несколько ли она раздваивалась: одна часть вела к ближайшим поселениям, другая уходила между лесистыми склонами.

Мы выбрали вторую.

Постепенно дома исчезли, шум города остался позади, а дорога сузилась настолько, что двигаться пришлось парами.

Песня наконец закончилась.

Я испытал искреннюю благодарность высшим силам.

Однако вскоре один из учеников предложил исполнить следующую, и я понял, что благодарить поторопился.

Мы прошли ещё несколько ли.

Затем я остановился.

Первые несколько шагов никто этого не заметил. Потом один из учеников обернулся, увидел, что я остался посреди дороги, и окликнул остальных.

— Старший Брат Сун?

Группа замедлилась.

Ло Жэнь тоже остановился.

— Что случилось? — спросил он.

Я посмотрел на стоявших передо мной людей.

Шесть учеников Облачного Меча. Шесть человек, переживших уничтожение секты и годы войны. Возможно, когда-то каждый из них действительно был готов умереть ради товарищей и защищать слабых от еретиков.

Теперь они использовали собственную силу, чтобы отнимать у смертных еду, унижать женщин и хвастаться жестокостью.

Мне хотелось бы сказать, что я не понимал, как они до такого дошли.

Однако понимал слишком хорошо.

Человек редко превращается в мерзавца за один день. Обычно это происходит постепенно, почти незаметно. Сначала он позволяет себе нечто, чего раньше никогда бы не сделал. Затем находит убедительное оправдание. Потом повторяет поступок и обнаруживает, что мир не рухнул. Со временем оправдания становятся ненужными.

Особенно если рядом находятся люди, которые поступают точно так же.

Я тяжело вздохнул.

— Знаете, братья, я передумал.

Один из учеников удивлённо моргнул.

— Насчёт чего?