Ёсио знал, что тай-са разъярён не меньше него, но восхищался его самообладанием. Оба знали, что промедление было подобно смерти. Естественно, приказ оставить Ямаровку не будет никем подтверждён: такого приказа не существовало в природе. Если бы известие об этом достигло Ямаровки прежде, чем Мстители с неё улетят, всё пропало. Они должны были улететь в течение двадцати четырех часов, или они не улетят никогда.

– Почему они стали такими недовечивыми? – спросил Миядзаки. – Раньше они никогда не подвергали сомнению наши приказы, и наши транспорты летали свободно. Ну да, они наладили патрулирование каждой системы боевыми звездолётами, но почему подвергли сомнению наши передвижения теперь, так внезапно?

Обвинение не прозвучало всллух, но подразумевалось. Ёсио знал, о чём думает командир полка. Его батальон простоял на Ямаровке дольше всего, а сам он, как всем было известно, провёл немало времени в компании новакошачьих воинов – того же Зэйна, к примеру. Ведя свой выстроившийся походной колонною батальон по степи, Ёсио лихорадочно перебирал в памяти события и разговоры последних месяцев, пытаясь понять, где он допустил промашку. Вроде бы, негде…

– Понятия не имею, тай-са. Мы были бдительны, как всегда. Никаких нарушений.

– Да? А вы знаете, что по сообщению капитана Тайга Драконокошачий кластер выдвинулся в Лошадиную степь и закрыл нам дорогу на космодром? Что остальная часть Временной галактики Зета выстраивается в боевые порядки под стенами базы? Что вы на это скажете?

Зэйн, внезапно подумал Ёсио, могло ли это быть как-то связано с ним? Не зря же этот котяра так допытывался о его местонахождении последние две недели. Ёсио не мог отделаться от мысли, что их с этим клановцем что-то связывает. Внезапно, он вспомнил разговор с Зэйном во время полёта с Ирис на Ямаровку. «Тёмный дракон». Зэйн упомянул что-то о «тёмном драконе», и это потрясло Ёсио так сильно, что он не смог скрыть своих чувств. Не тогда ли Зэйн что-то заподозрил? Это казалось почти невозможным, всего лишь мелкая промашка, но сейчас подобные рассуждения больше смахивали на успокоительный самообман. Ведь, в конце концов, 1-й Драконокошачий кластер занял позицию с недвусмысленным намерением помешать им улететь!

– Тай-са, – повторил он, – я не знаю ни о каком нарушении режима секретности. И почему только один-единственный кластер? Я не могу этого объяснить.

– И я не могу. Однако наш план действий не должен измениться. Мы ещё можем наверстать упущенное время, если пойдём к прыжковому кораблю с повышенным ускорением. Но вы не хуже меня должны понимать, что если мы примем кошачье предложение, то через сорок восемь асов они получат единственно возможный ответ на свой хренов запрос. Так что… Если Коты такие идиоты, что послали единственный некомплектный кластер против нас, то мы быстро прорвёмся сквозь них и погрузимся на корабли. И вот что ещё. Я не доверяю командующему Хигаллу и его нейтралитету. Если мы сцепимся с Первым Драконокошачьим, он начнёт действовать, это лишь вопрос времени. Поэтому все переговоры вести на защищённых каналах. Вы переходите на частоту «зет-три-три-е». Через четверть часа жду вашего доклада о готовности батальона и плане действий.

– Есть, – отозвался Ёсио и выключил передатчик. Несколько секунд он тупо глядел в пространство прямо перед собой. Как они могли узнать?

Неожиданно для себя самого, он подумал, что сейчас вступит в бой и должен будет уничтожить воинов, которых сам же в течение многих месяцев обучал. Даже для Альшаинских Мстителей, целое десятилетие сражавшихся с кланами, это будет тяжёло. Ещё и потому что не только он сам научился за эти месяцы уважать НоваКотов.

* * *

В десятках триллионов километров, во многих парсеках от Ёсио, Зэйна, Лошадиной степи и Ямаровки, ткань пространства-времени задрожала, выпуская во вселенную звездолёт. Прыжковый корабль класса «Старлорд», украшенный алым драконом Дома Куриты, с которым соседствовало изображение охваченного пламенем мира Альшаин. Приняв на каждый из шести своих стыковочных узлов по планетолёту, он совершил гиперпространственный скачок из системы Куршевель (Courchevel) в префектуре Альбиеро (Albiero Prefecture) к не отмеченной на карте и необитаемой звёздной системе на границе между Синдикатом Дракона и Доминионом Медвед-Призрака. Последний бросок перед входом в пространство Медведей требовал, примерно, двухсот десяти часов на перезарядку прыжковых накопителей; звезда спектрального класса М, красный гигант, имела небольшую плотность потока излучения. Кораблю предстояло провести в её окрестностях девять суток.

* * *

Вновь полыхнуло огнём и вновь расступилось пространство. В систему Мейлен (Meilen) префектуры Бакминстер (Buckminster) вошёл другой звездолёт. Тот же тип «Старлорд». То же сочетание опознавательных знаков: алый куритский дракон и охваченная огнём планета. Но здесь он был не один. Всего в нескольких километрах от него в пространстве вырисовывался тёмный силуэт другого звездолёта. Похожий более на межпланетный, чем на межзвёздный корабль, широкий, приплюснутый, обтекаемый, хотя он никогда не предназначался для полётов в атмосфере, новый корабль распустил прыжковый парус, собирая энергию звезды для следующего гиперпрыжка. На сотню, без малого, метров короче «старлорда», военный корабль типа «Тацумаки» был вдвое тяжелее него, и нёс несравнимое с простым транспортом количество оружия. В этой системе им предстояло провести пять дней, перезаряжая накопители, после чего оба звездолёта направились бы в необитаемую систему по другую сторону драконо-медвежьей границы, где им предстоит снова перезарядиться для заключительного прыжка к цели.

* * *

Вновь полыхнуло огнём и вновь расступилось пространство. В той же префектуре Бакминстер, но уже в системе Думаринг (Dumaring), что лежит в полудюжине парсеков от Мейлена, возник межзвёздный корабль типа «Инвейдер» с уже знакомыми двумя символами на обшивке. Часом позже к нему присоединился ещё один звездолёт, серии «Меркант». Срок перезарядки – пять суток. Цель следующего прыжка – необитаемая планетная система, где предстоит ещё одна перезарядка и…

Операция «Бацу» началась.

XXVI

Лошадиная степь, Цирцея-Нова, Ямаровка

префектура Ирис, Синдикат Дракона

1 октября 3062 года

Над Лошадиной степью бушевала гроза. Прошло уже три часа, но небо и не думало проясняться. Ураганный ветер швырял потоки воды в лицо сражающимся; битва шла почти в полной темноте. Лишь вспышки молний изредка озаряли равнину, позволяя кошачьим и альшаинским воинам на мгновение увидеть друг друга. Ливень давно уже обратил почву в вязкую полужидкую грязь, в которой вязли гигантские ноги боевых механизмов. Но ярость природы, заставлявшая трепетать всякое неразумное создание в округе, была ничто в сравнении с яростью сражающихся людей.

Увидев сквозь смотровую щель угловатый безголово-безрукий силуэт двадцатипятитонного «раптора», Зэйн разрядил в него ПИИ. Кинетическая и тепловая энергия потока заряженных частиц снесли куритянину установленный в правом плече арткомплекс и расплавили изрядную часть брони на правой стороне торса. Уже почерневшая эмблема пламенеющего дракона исчезла с обшивки. Следующий выстрел добил бы его без лишних затей, сметая внутреннюю структуру и всё, что она содержала. «Раптору» осталось жить лишь несколько мгновений, без надежды на спасение. Двигаясь параллельным курсом с ним, Зэйн довернул торс «пакхантера» вправо, выцеливая пытающегося удрать куритянина. Пилот был хорош. Пытаясь разорвать контакт с противником, он двигался по полю зигзагом, затрудняя прицеливание. Но Зэйн был уверен в точности попадания, как если бы у его «пакхантера» внезапно вырос таргетинг-комп. Мигнула на пульте зелёная лампочка, сигнализируя о перезарядке оружия. Палец Зэйна вдавил гашетку в рычаг; глаза уже искали следующую цель. Бело-голубая молния хлестнула «раптор» по спине. Мех, в прямом смысле, развалился на куски, пилот умер едва ли не раньше, чем успел понять, его жизнь закончилась.