— Не наглей, придурок. Чхоля, может, ты и уделал, думаешь, меня осилишь⁈

Я искренне усмехнулся.

— А мне надо? Ты же сам с этой задачей неплохо справляешься. Сколько там времени потребовалось? Час? Полтора? И ты два раза чуть себя не угробил. Без посторонней помощи. Я вообще поражаюсь, как ты до семнадцати дожил.

— Откуда узнал? — удивился он.

— Возраст? Ты же сам сказал, что мы ровесники.

— Когда это было? — Тэ Сон хлопнул себя по лбу. — Ащщ… Точно. Зря сболтнул.

Беседа за трапезой продолжалась не очень торопливо. Я, лично, никуда не спешил, а Тэ Сон по-видимому тоже. А ещё мне всё больше и больше казалось, что ему просто нравится проводить время со мной. И уходить он явно не хотел.

Но при этом наш разговор постоянно буксовал. С моей стороны и сказать-то особо было нечего. А Тэ Сон вёл себя слишком осторожно и странно. Так что нас качало из стороны в сторону, но потихоньку информацию я выуживал из него.

Всё-таки навыки допроса у меня были такого уровня, что допрашиваемый и не понимал, что его допрашивают. Но даже при всём этом Тэ Сон был крайне осторожным. И непростым. Задаток, как он там говорил — воина, у него явно имелся. Только не вот этого школьного. Хотя… здесь тоже было всё не так однозначно и просто. Интересное место — Южная Корея.

В то же время

Уезжать далеко от Гин По Джи Хён не стала, она словно чувствовала свою вину за глупую шутку перед подругой. По этому она отъехала не далеко. К новому жилому комплексу, от куда с одной стороны открывался вид на старенькую деревню. Вокруг элитной недвижимости уже расцвело обилие заведений общепита. Маленькие кофейни. Семейные ресторанчики.

Здесь даже свой двухэтажный Starbucks был. А для подобных место — это знак престижа. И ещё Twosome Place известный на всю Корею десертами, тортами и качественным спешелти-кофе. Естественно, крайне дорогими. Здесь уже сидели мамы школьников, те самые, которые не работают, а постоянно собираются, чтобы обсудить учёбу, учителей, репетиторов и методы воспитания своих будущих гениев. Даже в каникулы.

Джи Хён кружила по улочками, словно выискивая что-то конкретное. Но Со Ён заметила, что подруга как-то нервничает.

— Эй. Что случилось?

— Да, я. Прости…

— Чувствуешь вину за шутку?

— Угу.

— Забей, я же сказала. Ащщ, у меня морщины от тебя появятся, — Со Ён помассировала лоб. — Давай уже где-нибудь остановимся. Да кофе возьмём. И хватит извиняться без остановки. Ты же уже не маленькая. Да и особо не за что. Обе хороши. Ещё подруги называется. Хотя в этом и суть дружбы. Что мы можем поругаться, а потом тут же помириться.

— Да. Да. Подожди ещё пару минуточек, Со Ён.

Они продолжили ехать и, кажется, заходили на очередной круг. Какой по счёту? Третий?

— Если тебе здесь не по себе, может, мы всё-таки двинем к твоим подругам в Апгуджон. Вы же, наверное, договаривались. Я, пожалуй, как-нибудь выдержу пару часиков этой пафосной болтовни. Заодно роскошной жизни попробую.

— Да в жопу их, — фыркнула Джи Хён. — Договаривались тоже мне. Они же вон как те мамаши в A Twosome Place каждый день там собираются. И если эти за учёбу да подростков своих без умолку трещат, то мои только о вещах и разговаривают. Ничего интересно.

— Словно ты не в брендах ходишь? Вон сумку какую-то специально же на сиденье переднее кинуло, или это тоже часть шутки? Дорогая, наверно. Как моя годовая зарплата в кафешке. Даже с чаевыми.

— Ой. Со Ён. Мы тут вспылили, и я совсем забыла, это же тебе подарок, — улыбнулась Джи Хён. — Лимитированная от эксклюзивного американского бренда. Знаешь, как это модно сейчас. Они дропы делают. Вот и я урвала. Специально для тебя. Там видела красная кожа какая. Не знаю, как сделали они это. Но говорят настоящая.

Со Ён сначала подозрительно глянула на подругу, а потом на заднее сиденье. Где лежал теперь ещё больше струящийся дороговизной предмет роскоши. Даже артефакт.

— Серьёзно⁈ — она осторожно взяла сумочку в руку, хоть она и выглядело незнакомо, но это была кожа и явно не из дешёвых. — Лимитированная. Стоит же дорого!

— Да. Брось! — махнула рукой небрежно Джи Хён, но тут же осеклась и глянула на подруга. Подобралась. — Сама говоришь, что у родителей денег вагон. А я добавлю и маленькая тележка, да не одна. Так что не парься. Вообще, не проблема. И это только начало. Мне же надо загладить свою вину из-за этой глупости.

— Сказала, забей. Мы так нормально не ругались… с какого класса?

— А мы в школе ругались разве?

Со Ён задумалась.

Точно? Разве было такое вообще. Нет. Пару раз вроде было, но с тем, что произошло сегодня едва ли сравнится. И эти мысли бросили её в школьные годы, пока Джи Хён плутала по окрестностям премиального жилого комплекса.

Она приехала в Сеул из Пусана. Точнее из пригорода, что ещё сильнее усугубляло её положение. И Со Ён довольно быстро столкнулась с местными традициями буллинга. Однако Со Ён всегда была спортивной и не дала себя в обиду.

Хулиганы же они как. Прощупывают сначала тебя. Проверят на прочность и границы дозволенного, если проверку пройдёшь плохо, считай — пропал. Но Со Ён не пропала. От неё быстро отвязались, только подтрунивали иногда. Была, конечно, у них в классе и главная задира, но Со Ён оказалась ей не по зубам. Донимала эта булли всех, но по чуть-чуть. Всё-таки ещё средняя школа. Больше дети, чем взрослые.

Но когда получила мощный отпор, как раз от Со Ён, словно с цепи сорвалась. Другие девочки не стали терпеть и одна за другой сбрасывали путы этой негласной иерархии. Но справились не все, несколько самых слабых попали под мощный каток. Естественно, пусть и богатую, но тихую Джи Хён тоже переехало. И придавило.

Со Ён вмешалась не сразу. Ей не до этого было. Да и у неё появились свои подружки. Те, что на спорте, те, кого она вдохновила. Ну ещё и учёба. Сеул не Пусан. Она и не знала толком, что происходит. Пока прямо в классе главная булли не начала распускать руки, правда, не на Джи Хён, а другую девочку. Тогда Со Ён пришлось вмешаться.

Наверное, именно тогда Джи Хён и прониклась к Со Ён.

И вот позже в какой-то из дней, просто так совпало, в своей манере Со Ён ворвалась в кладовку в поисках спортивного инвентаря. И то, что она увидела там заплаканную Джу Хён с красными щеками и разбитыми губами.

Произошёл взрыв. И хищник быстро стал жертвой, а уже Джу Хён и подружкам булли пришлось оттаскивать Со Ён. Она всегда была без тормозов.

В общем этот инцидент чуть не привёл её к исключению. Поколотила она знатно эту… сучку Е Рин. Отец Е Рин оказался топ-менеджером одной из крупных фармкомпаний.

Ещё один из моментов, который едко отпечатался в сознании Со Ён. Мама. Её мама. Чо Ын Джон. Как тогда она унижалась в кабинете у директора. Валялась в ногах на коленях перед этими ублюдками и умоляла простить её непутёвую дочь. Деревенскую.

Ащщ. До сих пор разбирает от злобы. Вот Со Ён иногда и пресекала границы дозволенного в отношении матери.

А два этих надменных выродка? Глава семейства Кан. Папаша Е Рин. И его жёнушка, одна из таких же безработных мамаш, которые только и могут за дорогими десертами обсуждать лучшие методы обучения и курсы для своих подростков. Ну и грязью поливать тех, кто победнее. Куда же без этого. Иерархии она везде. С яслей и до самой смерти.

И… они почти договорились об исключении Со Ён, если бы та в очередной раз не психанула. Её всё это так взбесило. Эта грёбаная несправедливость, почему её выставляют здесь преступницей. Грозят исключить? Когда она… пусть это и звучало надменно, возможно, но это была правда — Со Ён здесь была героем. Спасала слабую девчонку. Пусть и мажорку. Но которая не могла дать отпор.

Возможно, всё-таки удача бывает на стороне бедняков, хотя бы иногда. Ей повезло, что в этот момент Джи Хён каким-то чудом оказалась в школе. Со Ён просто сбежала из-за психов, но встретила своё спасение.