Кон подошла к Ын Джон и шепнула.

— Не переживай ты так. Всё будет в порядке.

На что Чо только вздохнула. Всё в порядке будет, когда она вернёт здание ресторанчика. Госпожа Пэ неторопливо открыла замок на дверях и прошла внутрь. На её столе прибавилось документов. Они лежали стопками перед монитором.

Ын Джон, да и любопытная аджума Кон зашли следом.

Пэ пробежалась глазами по стопкам. Переложила несколько верхних папок, словно раскладывала пасьянс.

— Хм, — она подняла одну из папок. — Кажется, должны быть здесь.

Она быстро пролистала всю стопку, смотря на папки снаружи.

— Странно. Они точно должны быть здесь.

— Их нет? — испуганно воскликнула Чо.

— Не переживайте, госпожа. Мы сейчас их найдём, — Пэ обошла стол, но её лицо стало хмурым. — Они должны быть где-то здесь. Может я их сунула в другую стопку.

Спустя двадцать минут, после того как Ын Джон с юристом Пэ и госпожой Кон проверили не просто папки в стопках на столе, но и содержимое каждой, повисла напряжённая тишина.

— Ничего не понимаю, — её нарушила растерянно Пэ.

— Госпожа, пожалуйста, вспоминайте, — взмолилась Ын Джон. — Прошу! Для меня это критически важно! Если я не найду документы… мне конец. Всему конец.

И гнев Со Ён с очередным скандалом был меньшим из зол. Всего лишь очередная бытовая ссора с дочкой, к которым она привыкла ещё со старшей школы. Со Ён всегда была бунтаркой и показывали зубы, часто забивая на традиции и все манеры приличия. Но, лишиться недвижимости в центральной части Каннама… это было смерти подобно.

— Давайте проверим ещё раз, — с сомнением в голосе предложила юрист Пэ.

Женщины начали второй раз перебирать папки, ещё внимательнее, изучая содержимое.

— Только прошу, ложите документы обратно, туда, где они лежали. И смотрите по заголовкам. Там видно будет ваши документы. Вообще-то, это конфиденциальная информация.

Пусть Ын Джон и была немного наивна, особенно когда влезла во всю эту авантюру со службой доставки. Ладно, тогда она поступила как полная дура. Но в целом Ын Джон не считала себя глупой. И если переезд в Гин По до этого казался ей чем-то временным, то сейчас… она ощущала хватку нищеты, которая плотно сжималась вокруг её шеи, чтобы навсегда надеть ошейник и толстой цепью безысходности приковать к Гин По.

Спустя ещё двадцать минут тщательного поиска документ так и не обнаружился.

— Ничего не понимаю, — повторилась Пэ, почёсывая макушку. — Я же вроде бы взяла все документы, что были у меня дома.

— Госпожа, может, что-то забыли, — с надеждой смотрела на неё Ын Джон.

— М-м-м, — промычала бухгалтер. — Странно. Надо бы глянуть. У меня остались документы дома, но… только директору не рассказывайте, — перешла на шёпот она. — Не хочу, чтобы он знал.

— Знал, что? — всполошилась Кон.

— Ш-ш-ш! — зашипела Пэ. — Не кричи. Это подработка. И нашей фабрики она не касается.

— А директор запрещает, что ли? Это же твоё дело…

— Давайте съездим к вам домой и посмотрим, — сложила руки в молебном жесте Ын Джон. — Прошу! Умоляю. Вы вообще видели документы?

— Видела. Но до отпуска. Они точно были у меня дома. В этих папках.

От этих слов ноги Чо Ын Джон подкосились.

Кон едва успела её подхватить подмышку. А Пэ тут же вцепилась с другой стороны.

— Госпожа Чо. Не надо так! — сказала юрист. — Конечно, мы съездим и посмотрим. Сразу после работы. Будьте спокойны и не переживайте! Они не могли потеряться. Уверена, просто получилась какая-то путаница. Ноги же у них не выросли.

Мусороперерабатывающий завод «Новая Жизнь» располагался в районе Со-гу на северо-западе от Сеула на окраине города-спутника Инчхон, переходящего в болотистые окраины Кимпхо. Завод был частью крупнейшего экологического полигона в регионе и частью эко-кластера «Судоквон».

Сюда свозили мусор со всей сеульской агломерации. И «Новая Жизнь» была не единственным таким предприятием. Здесь же располагались и другие огромные перерабатывающие комбинаты, станции сортировки и ТЭЦ, работающие на свалочном газе.

Втроём они отправились домой к госпоже Пэ, когда рабочий день у женщин был окончен. Любопытная аджума Кон увязалась вместе с ними.

— Какая классная машина у госпожи Пэ, — удивлялась госпожа Кон, пока они ехали вместе с Ын Джон.

В отличие от малютки Kia Чо, юрист завода ездила на новеньком кроссовере от того же автопроизводителя. У болтливой Кон зазвонил телефон.

— Да. Хорошо, — закивала она в трубку. — Госпожа Пэ, просит остановиться на той парковке, — от завода они проехали всего минут десять.

Женщины съехали с дороги и остановились в обозначенном юристом месте. Туда же заехала и госпожа Пэ.

— Садитесь ко мне в машину, — сказала она. — Я потом вас привезу обратно. На подземной парковке, скорее всего, не будет свободных мест.

— Госпожа, а где вы живёте? — удивлённо смотрела на неё Кон.

Они стояли на парковке, откуда открывался вид на современный международный бизнес-район Инчхона Чхонра. Огромный умный город, построенный с нуля на намывных землях.

— Здесь и живу, — улыбнулась Пэ. — Садитесь уже! Темнеет.

И они сели. Шустрая Кон прыгнула спереди, а Ын Джон залезла назад. Сейчас ей было всё равно, где сидеть.

После глухой, монохромной промзоны въезд в этот футуристический «умный город» казался перемещением на другую планету.

Десятки зеркальных небоскрёбов пронзали вечернее небо вертикальными линиями неоновой подсветки. Широкие проспекты были залиты мягким светодиодным сиянием, а вдоль искусственных каналов уютно светились витрины европейских ресторанов, винных баров и кофеен, где расслабленно отдыхали местные жители и экспаты.

Даже Ын Джон, привыкшая к видам Каннама, удивлялась местным видам. А болтливая Кон вообще трещала без умолку, осыпая Пэ вопросами, словно попала куда-то в будущее лет на сто. И много чего пропустила.

Госпожа Пэ держалась спокойно и смотрела на них по-доброму. Отвечала на бесконечные вопросы Кон, продолжая управлять автомобилем.

Её машина бесшумно проскользнула по идеальному асфальту мимо бескрайнего тёмного моря гольф-клуба Bear’s Best, окаймленного ландшафтными огнями. Юрист мягко свернула к своему высотному жилому комплексу, электронный терминал послушно считал карту, и кроссовер нырнул в стерильно чистый, залитый безупречно белым светом подземный паркинг.

— Вы живёте здесь? — удивлённо озиралась по сторонам Кон.

Они находились в окружении премиальных авто.

— Нет, на доставку приехала, — усмехнулась Пэ.

— Правда. Вы ещё и на доставке подрабатываете? — наивно спросила Кон.

— Шучу, конечно. Я здесь живу.

— А откуда столько денег? — удивлённо воскликнула Кон и сразу осеклась, начиная, извинительно кланяться. — Простите, госпожа. Это не моё дело. Сболтнула лишнего.

Пусть все они работали в душном, миниатюрном и старомодном офисе завода «Новая Жизнь», а ещё возрастом были примерно равны, но на деле их социальный статус сильно разнился. Особенно очевидно это стало сейчас.

— У господина Ли я работаю очень давно. И платит он хорошо, особенно за выслугу лет. Вот вы сколько работаете?

— Полный год только. С небольшим, — сказала Кон и ответила за Ын Джон. — А бухгалтер Чо всего пару месяцев.

— Вот видите, а я уже больше десяти лет исправно тружусь у господина Ли, да и муж у меня неплохо зарабатывает. Ладно, пойдёмте.

Они поднялись с парковки на лифте прямиком на последний тридцатый этаж.

Дверной замок тихо пискнул, считывая отпечаток пальца владелицы, и тяжёлая дверь квартиры бесшумно отворилась. Аджума Пэ первой по-хозяйски шагнула на полированный мрамор прихожей.

Умный дом тут же отозвался на её появление — по периметру потолка мягко разлился тёплый, рассеянный свет.

Интерьер квартиры был выполнен в строгом корейском минимализме: просторная гостиная, объединённая с кухней, минимум мебели из светлого дерева, скрытые системы хранения и идеально белые стены.