«Если он себе поможет. Руки ему развяжите. А ну, покажи себя, красавчик прыщавый! Давай, ретивый!» — в руках у начальника евнухов появился кнут. Но П. дрожал так, что даже то, что у него было, от страха подобралось внутрь. Словно оглушённый стоял он и клял магическую ведьму А., которая перебросила его в страшное прошлое. Удар кнута — и П. завизжал благим матом. Его достоинство стало ещё меньше и совсем скрылось в зарослях. «Может, его в отряд евнухов без кастрации зачислить?» — озадаченно предложил начальник службы евнухов.
«Не положено! — голосом руководителя таможни произнёс султан. — Хотя урон от него в хозяйстве и невелик. Ты вот что, жён моих сюда веди; тех, кто сегодня дежурит».
«Так, мои сознательные. Покажите ему ваш танец. А то начальник евнухов не видит, что ему там резать. Пусть посмотрит же смерд первый и последний раз с похотью на красоту женскую и проявит силушку своего желания девственного. А ну, поднять всем одежды, как в “Белом солнце пустыни”!»
Но и тогда достоинство так и не вынырнуло.
«Виноват, ваше султанство, как вас там… — заскулил П. — Я этого уже в интернете насмотрелся… каждый вечер вместо курсовой… руки уже в мозолях. Я ничем, кроме рукоблудия и дурацких фантазий об однокурснице, не занимаюсь…»
«Может быть, ему лучше показать наших самых стройных воинов?» — в задумчивости предложил начальник евнухов.
«Нет!!! Только не это! Лучше режьте как-нибудь так, нафиг! О, прости меня, А.!»
«Не поминай Аллаха, неверный! — разгневался султан. — Это не поможет тебе!»
«Нет, нет… я не смею… я о ведьме одной… Я уже и не против. Режьте, если надо коллективу в лице гарема. Если в универе, к примеру, что надо, то я на всё готов. Я и на кафедре первая шестёрка…»
«Я думаю, тут нужен микрохирург, — сказал один из визирей. — У нас есть сирийский еврей, который и не такие вырезал. Он по чирьям специалист».
«Позвать его тотчас! И пусть микроскоп с собой захватит».
П. тоскливо завыл. Как бы он хотел сейчас оказаться у своего компьютера и, удалив свои измышления, вымолить у этой ведьмы А. прощение…
Старик еврей уверенно потянулся пинцетом. Страшный крик разбудил в пять утра три этажа в доме. П. медленно приходил в себя. Когда лежишь в ощутимо остывающей жидкости, дискомфорт нарастает быстро…
На экране появляется опять лицо Алисы. Она забыла о том, что надо держать дистанцию с камерой, и приблизила своё самодовольное лицо. Ждёт похвалы, видимо.
Если это студенческий опус — то недурно.
Когда отбиваешься от парня, который пристаёт, — бей ниже пояса, тебе можно. Такой удар учат на самообороне. Как ты понимаешь, тот парень был раздавлен. Зато и вся тупая молодь с дрожащими ручонками от меня сразу отвяла. Меня зауважали. Я самоутвердилась и более уверенно стала с клиентами держаться.
Вот ведь какая ты жестокая! Опустила мальчика, которому ты нравилась.
Мальчика… нравиться…. — извини, слова не из этой жизни.
Тут, по досадной затее хозяев хоста, наш клип прерывают рекламой спонсоры. А что, разве интерактивный читатель, мысленно превратившийся в интерактивного зрителя, привык к чему-то другому? Те, кого достала реклама, может её пропустить и здесь…
На экране появляются всякие садомазохистские девайсы, пояса верности, какие-то кляпы, плётки и стеки, кожаные трусы и прочая сбруя. Они просто показаны по очереди, как фотографиями представляют товар в интернет-магазинах. Разве что их количество постоянно нарастает, а время демонстрации отдельного кадра быстро уменьшается. И вот уже перед глазами беспорядочное чёрно-красное мельтешение из всё новых и новых девайсов.
Остановка кадра: дама комплекции Крачковской, в полном шоке уставившаяся на почти метровый фаллоимитатор. Глаза в кучу: шо це?
Фаллоимитатор, как по щелчку пальцами, исчезает. Голос за кадром: «Даже если у нас много того, что вам не нужно, мы поможем вам найти своё на самый изысканный вкус».
В кадре руки продавца, упаковывающего маленький брелок в виде фаллоса. Дама прижимает упаковку к груди жестом мадам Грицацуевой. «Истинно лишь то, что индивидуально», — с чувством говорит дама.
Логотип фирмы. Конец.
«Так кого конкретно рекламируют?» — интересуется интерактивный читатель.
Пока не решил. Если найдутся желающие сделать мне предложение, от которого я не смогу отказаться, то впишу сюда название фирмы. А что? Произведение интерактивное, так что изменения допустимы.
Во время рекламы я успеваю сделать добавление.
Дальше мы не будем развивать тему. На самом деле фаллический культ прошлого пронзал буквально все цивилизации. У входа в условный храм Всеобщего Фаллоса нас встретят много богов разных народов, в том числе и Шива, приветливо помахивая своим лингамом. Много интересного могут рассказать японцы, тайцы, вьетнамцы. Очень хочется вот так взять и послать интерактивного читателя.
«Что, вот так, прямо на него?» — скажет мрачно интерактивный читатель.
Нет, за ним. По следам царя Приапа в том числе. Увлекательное путешествие по Сети для тех, кто не знает, гарантировано. Впрочем, мои интерактивные читатели практически все грамотные в этом плане. Поэтому и мы тут не будем чужое пересказывать и восстанавливать утраченную курсовую нашей героини — во времена, когда подобная информация каждому доступна в секунды. У нас другая повестка дня. Кстати, реклама закончилась.
Снова та же картина: я сижу вполоборота к монитору, и её фигура на экране. Алиса потягивает через трубочку коктейль, развалившись в кресле.
Давай, Алиса, теперь про клиентов расскажи!
Понятное дело, я не буду говорить, кто; я опишу, какие они бывают.
Обычные девочки просто подвешены на переполненные семенные железы клиентов. Тем бы опорожниться. А ручной труд для таких клиентов — западло с детства. Они так говорят, хотя куда ж им деваться, если приспичит. У нас немного не так. Вообще «элиткой» — это я так называю. Элитка на самом деле — всё равно то же самое, только девочки покрасивее и помоложе, да апартаменты почище. А содержание, по сути, такое же.
Чистая проститутка — не то. Она уже полностью деперсонифицирована потоком через её тело, у неё есть опыт жестоких приключений, с которыми приходилось столкнуться. Он калечит психику, делает безучастной, чтобы бездефицитно выжить. Клиенты бывают — увы… Ещё включить ломающие психику «субботники» и необходимость обслуживать «крышу». Несчастные девушки, в общем-то. А закон у нас не защищает девочек этой профессии, он считает, что их просто нет, потому что их не должно быть. А они — есть.
У нас как бы больше клуб для своих, где всё надёжно и на взаимных гарантиях. Какие тут правила в целом, распространяться не моё дело. На низовке из девочек делают блядей, чтобы стричь с них бабки. А у нас — тратят свои, чтобы получить связи. Требуется к каждому невзрачному мужичонке подойти так, будто он заветный принц твоей мечты. Всё делать, что ему придёт в голову; играть любовь, как актриса Голливуда.
Может быть, ты и не поверишь, но нам дана возможность выбирать. Мы ведь не только даём тело, мы должны… как там у Джанни Наннини? Ogni carrezza della notte e quasi amor («Ласка в ночи — почти любовь»). Вот и от нас требуют окружить клиента почти любовью. У него стресс, который надо снять. Найти человека, который не только будет тебе яйца облегчать, но и душу. Создать достоверную видимость внимания и заботы. Можно к нему по-детски доверчиво прижаться. Поскольку разница в возрасте соответствующая, это будит в мужике отцовские чувства. Чаевые, однако ж. Но надо уметь всё исполнить максимально натурально, а то люди они умные, за халтурку чаевых не обломится. Так они все расчёты ведут не со мной, мне моё перечисляют на карточку. Я числюсь где-то на фирме мёртвой душой, мне и пенсионный стаж идёт.
Нас за чаевые поощряют и дают ещё больше. Представляю проклятую жизнь секс-рабынь в странах не столь отдалённых, когда сутенёр отберёт даже то, что оставит несчастной сердобольный клиент. Нам для достижения результата разрешается выбирать такого клиента, который не вызовет явного отторжения. Чтобы он, как минимум, был для тебя нейтрален. Я, в принципе, всё могу пережить, кроме одного. Запаха. Даже собаки сначала усердно друг друга обнюхивают. Женщины лучше мужчин чувствуют запах. Ну а я готова была бы пойти в помощницы к парфюмеру из романа Зюскинда, там ведь он только девственниц вроде собирал; значит, мне ничего не грозит. Если неприятен запах, сыграть по нотам не получится без передачи негатива клиенту. Я смогу ласку в ночи с таким провернуть, только если нос заложен.
