«Деньги на такси».

«Не свисти. Такие не ездят на такси. Что, неужели за меня надо доплачивать?»

«Нет, Малыш, бонус только за порку. Тебя он бесплатно».

«Ну, хоть на том спасибо! Я уже, конечно, совсем бесплатная, но хотя бы за меня доплачивать не надо!»

«Да ты у меня бесценная. Прямо такая просто…»

«Вся, как ты. Цени!»

Лёшка опрокинул меня на кровать, я поняла, что ему не терпится. Он сорвал с меня трусы и стал для начала исследовать мои отверстия, которые столько лет принадлежали ему одному, и… попытался делать куни. Он же страшно не любит, делал как-то несколько раз, по моей просьбе. Что он там выискивает? Сперму предшественника хочет на вкус попробовать?

«На трусах посмотри. Туда подтекло немного».

«Ах ты, развратница! Почему ты так подумала?»

«Потому что тебя знаю».

И действительно. Взял трусы, стал нюхать изнанку… Детсад. Вот бы на него сейчас посмотрели бы все его подчинённые! В полном составе!

Ну — фу! Что-то не то в жизни. Никогда не могла себе представить, что мой Лёшка будет нюхать на трусах своей жены сперму какого-то мальчишки, который по возрасту проходит ему в сыновья. Причём сперму, попавшую не снаружи брызгами, а вытекшую у неё из попки. Даже поделиться впечатлением от стрёмного зрелища не с кем. Вот он где, грёбаный стыд. Но вот теперь ничего зато. Если тебя кто-то захочет увести, Лёшенька, то будет ей что рассказать. Чтобы твои болевые точки узнать, даже дорогущего белья не жалко.

На самом деле помнилось что-то подобное. Мы были молоды и бездомны, квартиры-то родительские, мораль-традиции-правила тоже, что значит до брака — нельзя. Мои по крайней мере жили ещё такими атавистическими понятиями. А встречаться мы начали за три года до свадьбы. Как-то решили потрахаться у него вечером в подъезде. Специально договорились для удобства: он нацепил спортивки, я — лосины. Чтоб при малейшем шухере можно было в считаные секунды отскочить друг от друга и их натянуть. Сначала порепетировали. Три-четыре секунды — и порядок, кроме того, что член сквозь спортивки всё равно выпирает. А потом с опаской и сердцебиением приступили.

На лестничной площадке в экстриме куда как больше адреналина даёт, чем когда каждый день в постели. Трахались стоя минут пятнадцать. Получилось так, что самый оргазм нам хоть и не обломили, но не дали закончить по-человечески. Через полминуты после его оргазма мы стояли всё ещё в позе, он — во мне, двумя этажами выше скрипнула дверь на лестницу; наверное, кто-то просто покурить вышел. Но мы тогда с бешеным сердцебиением натянули свои штаны и чухнули вниз по лестнице, раскрасневшиеся и смеющиеся. Он пошёл меня провожать, и тут по дороге я сказала, что трусы — насквозь, может через леггинсы проступить. Вот тогда мы в каком-то закутке около соседних домов и провели профилактическое мероприятие: он перекрыл зрительный доступ — на случай, если кто мимо пройдёт, — а я быстро скинула трусы, подтёрлась ими и натянула леггинсы на голое тело.

Трусы он забрал, сохранил, высушил и показал потом мне с изнанки вместе со своими, где тоже были видны такие же следы. И у меня, и у него в тот день трусы были тёмного цвета, и контраст с тканью был изрядный… Вот так закладываются маленькие кирпичики частной интимной сферы — то, о чём никто никому не расскажет, но что объединяет супругов в одно целое. В дальнейшем пятна интимного происхождения на трусах ни Лёшу, ни, естественно, меня сексуально не волновали.

У фетишистов сперма на белье — преимущественная, а подчас и единственная причина сексуального возбуждения, а для нас, когда мы тогда это рассматривали, было просто по приколу. Свидетельство тайного порока в экстриме, приключение юности. Нет, если вам интересно, мы специфические следы, конечно, не сохранили. Постирали, естественно. Хотя, случись такое сегодня… Нет, всё равно в стирку! Антон если вдруг когда случайно найдёт… Да фу! Но вот на память бы сфотографировала.

А сегодня — опять, почти как тогда. Только вот сперма не его. Раз ты такой, мы — в атаку! «А давай ты меня сразу — туда. Где он закончил…»

«Да ты, Малыш… да ты просто золото!»

«Но только потом — я сразу в душ для начала. И ты свой помой».

Да, Лёша получил урок секса от мальчишки. Как он теперь старался! Нетерпеливо вошёл — там уже всё нормально, рукой поправлять не надо. Туда ему уже и смазочку вбили, и чуть расширили, и спермой отлакировали.

Мы на правом боку, Лёша сзади. Впился левой рукой в ту же левую грудь. А у меня и правая есть, она скучает. Кажется, от увиденного безумно хочет кончить. Но что это? Ни с того ни с сего останавливается постоянно. Хочет растянуть на подольше? Оборачиваюсь, насколько позволяет поза. А он, оказывается, телефончик смотрит! В правой руке держа и на локте поднявшись! Дай и мне, что ли, взглянуть!»

Он просовывает руку мне под голову и держит телефон перед глазами. Сам смотрит через моё плечо.

Да, классно меня пашет этот мальчишка. Как он сжимает попу и бёдра! Всё работает! И мышцы спины — тоже! А член его какой набухший, бугристый, все детальки строения рассмотреть можно! Почти полностью исчезает в моей попе и ту же выныривает до уровня головки, чтоб занырнуть опять. А из писи-то моей… Да уж…

Муж явно сдерживается. Значит, больше хочет по второму разу смотреть на действия парня, а не работать самому. Не трахает, а возится, как я это называю. Поэтому можно пока и поговорить: «Слушай, а как хоть его звали? А то ведь он даже не представился».

«Денис».

«А почему он не в армии? Ему ж восемнадцать».

«Ну, во-первых, восемнадцать месяц как. А потом он студент колледжа. У него отсрочка».

«А вообще как он и что?»

«Без отца. С матерью живёт. Таких Палыч сразу вычисляет. Не шибко у них там денег, ест не всегда досыта».

«Он ещё хамоват».

«Ну и за это он тоже сегодня огрёб…»

«Да, пачечку рублей он огрёб».

«Нет, он нормально ремня получил».

«Жестоко он получил».

«Для настоящего пацана порка — это нормально. Настоящего пацана всегда можно найти, за что выпороть, да ещё и не так!»

Ах, вот оно в чём дело! Мы тут мечтаем о настоящих пацанах. А самого не улица воспитала, дома родаки ещё как прессовали. Он там по струнке ходил, безо всякого ремня. И учился как ботан, хоть тоже — и плавание, и теннис, и сноуборд в Альпах.

«Но ты ему поможешь? Пристроишь?»

«На фирму не возьму. Даже курьером. Ты ж понимаешь. Я ему шабашку дам. Пусть на даче третий этаж заканчивает с Николаичем, ему поможет. Заодно поучится, как работать. Николаич мастер на все руки, Денису этому в жизнь путёвку даст. Люди ремонты делать не перестанут».

«Хорошо».

«Слушай, а чего ты за него так переживаешь? Понравилось, признайся?»

«А если и понравилось?»

«Потому, что у него… большой?»

«Глупости. При чём тут это? Нормальный. А ты его — ремнём».

«Я же сказал, самое то, что нужно для парня. В особенности для такого. Я рад, что это нам обоим понравилось».

Некоторое время мы так лежали, смотря, как двигается во мне член Дениса. Заметила, что муж стал пытаться попадать в такт с записью, только у него амплитуда маленькая. А я между тем приняла решение:

«Слушай, а ведь и у меня скоро тоже день рожденья. Давай возьмём его с собой на майские в Сочи? В “Хаят” или в “Сеа Гэлэкси”, вообще удобно. Он, скорее всего, и моря никогда не видел. Пожрёт по-человечески».

«Да ну?!»

Тут ему даже не надо было мне отвечать. Он остановил движения, но его член стал вдруг ещё больше и жёстче, что я тут же и почувствовала.

«Мы же хотели — в Тунис…» — начал он. Ага, дай себя поуговаривать теперь! Сначала писька твоя пусть помягче станет, чтоб я тебя так поняла.

«У него же загранпаспорта нет. А так — Антона оставить с мамой. С твоей. Его — формально в другой номер. Но спать будет с нами. Будем только купаться, загорать, питаться. А трахаться — до изнеможения».

«Да ты у меня чудо!»

Лёша отшвырнул телефон, впился в меня обеими руками и стал драть по полной, почти как Денис. Можно кричать, не стесняться. И я показала ту же реакцию, что на долбёжку того парня. Уж естественной была моя реакция или всё же чуть наигранной, вам, мужикам, всё равно не понять. Это мы понимаем, хотите ли вы нас или нет и насколько сильно. Хоть шкалу как по Фаренгейту на вашей похоти строй. А вот взрыв в моей попе под его дикие стоны от сильного и длинного оргазма зрелого мужика были самым что ни на есть натуральным.