Риоха так и не рискнул отправить телеграмму из Белиза. Слишком много глаз его окружали, слишком много ушей. Таможенники, агенты, случайные любопытные, любой из них мог перехватить сообщение или запомнить, кто и когда его отправил. Поэтому Карлос дождался, пока шхуна отошла от берега, и только в своём порту, в Санто-Томас-де-Кастилья, где его знали, отправил короткую телеграмму в Рим. А затем стал с волнением ждать ответа и дальнейших указаний.

Дни тянулись медленно, но он не суетился, зная, что всё сделал правильно и вовремя, теперь оставалось лишь только ждать. Ответ пришёл через три дня. Телеграмма оказалась короткая, без подписи, как и положено в таких делах: «К вам едет сеньор Франческо. Встречайте, Либро Грано».

Карлос перечитал эти слова несколько раз. «Либро Грано» — это пароль и отзыв на него, то самое слово, которое он должен услышать от незнакомца, чтобы убедиться, что перед ним тот, кто ему нужен. И отзыв, который он должен произнести в ответ, чтобы подтвердить свою личность.

Он уничтожил телеграмму и, войдя в таверну, сказал жене.

— Ко мне приедут гости в течение месяца. Представится, как Франческо, спросит меня, ему нужно подготовить комнату.

— Он приедет один?- лишь уточнила жена.

— Не знаю, должен один, а там неизвестно.

Она кивнула, а он поднялся на второй этаж, где находилась его комната, проверил, скорее по привычке, чем по необходимости, револьвер, положил его под подушку, затем открыл тайник, достал остатки денег и пересчитал их. Ему нужно оказаться готовым к тому, что этот Франческо может потребовать плату или, наоборот, привезти деньги. Он не знал, кто этот человек и чего от него ждать, но он знал одно: если он едет из Рима, значит, он либо доверенное лицо кардинала, либо человек, которому тот доверяет. А это значило, что от него зависело всё.

Карлос сел на кровать, посмотрел в окно на привычную портовую суету и почувствовал, как внутри поднимается волна тревоги и ожидания. А с другой стороны, он снова в игре, и это очень хорошо.

Ровно через месяц, ближе к вечеру, в таверну вошёл невысокий, коренастый мужчина в пропылённом сюртуке и широкополой шляпе. По виду итальянец или испанец. Он подошёл к стойке и, не здороваясь, тихо спросил.

— Здравствуйте. Меня зовут Франческо. У вас есть свободная комната? Мне сказали, что здесь можно переночевать.

Жена Карлоса, стоявшая за стойкой, взглянула на него с той особенной настороженностью, которую она всегда проявляла к незнакомцам, и ответила.

— Есть.

— Очень хорошо. Я ищу Карлоса Риоха, он должен меня ждать.

Женщина внимательно посмотрела на незнакомца, и от её опытного взгляда не укрылось ничего: ни внешний облик незнакомца, ни его лёгкий итальянский акцент, ни манера держаться, ни, естественно, его одежда. Помолчав пару минут, и всё для себя уяснив, она ответила.

— Да, вас ждут. Сейчас я предупрежу его, располагайтесь пока вон в той кабинке, сеньор.

Она проводила его взглядом, а затем спешно поднялась наверх, чтобы предупредить Карлоса.

Когда Франческо вошёл в комнату, Карлос пристально посмотрел на него, ожидая услышать нужные слова. Гость шагнул вперёд, и его голос спокойный, даже ленивый, сразу обозначил, кто здесь хозяин, а кто всего лишь исполнитель.

— Либро, сеньор Риоха, — сказал он, и это слово прозвучало как ключ, открывающий замок.

Карлос выдержал паузу, глядя ему в глаза, затем ответил, также тихо и ровно.

— Грано, — сеньор Франческо, — сказал он, подтверждая свою личность. — Проходите, я слушаю вас внимательно.

Шхуна мерно покачивалась на волнах, оставляя за кормой мутный след пены. Берег Британского Гондураса медленно вырастал из утренней дымки, словно дразня воображение случайного путешественника. Сначала появилась тёмная полоса густых мангровых зарослей, затем редкие, разноцветные крыши портовых складов, а потом и сам Белиз, грязный и шумный, как и любой портовый город на Карибах.

Карлос Риоха стоял у борта, вглядываясь в приближающуюся землю, и чувствовал, как его захватывает привычное напряжение, то самое, которое всегда появлялось перед началом важного дела.

Рядом, опершись на поручни, стоял сеньор Франческо, одетый в простую матросскую робу, которая делала его почти неотличимым от любого другого моряка, если бы не его глаза, цепкие и холодные, как у человека, привыкшего командовать, а не подчиняться.

— Этот Чинчо сможет найти проводника? — спросил Франческо, не поворачивая головы. Его голос звучал тихо, почти невесомо на фоне шума ветра, но Карлос слышал его очень отчётливо.

— Я отправил к нему гонца, чтобы он уведомил его о моей просьбе, — ответил Карлос, — и пообещал хорошее вознаграждение. Думаю, он должен найти подходящего человека. Чинчо многих знает в этих краях, если кто и может провести нас через сельву, то это только он.

— А с поставкой оружия?

— Весточка Мартинесу ушла, — сказал Карлос, поправляя воротник пропылённой рубахи. — Он даже успел прислать ответ, что продаст двести винтовок, как мы просили, и патроны к ним, десять тысяч штук. Цена устроила, и он готов ждать.

Франческо немного повернул голову, впервые взглянув на Карлоса в упор. Его взгляд сделался изучающим, словно он проверял, не упустил ли тот какой-то важной детали.

— Караван готов?- после некоторой паузы, таким же ровным голосом поинтересовался он.

— Будет на следующей неделе, — ответил Карлос, чувствуя, как его голос становится твёрже. — Я сказал, чтобы его подвели под самую границу. Оттуда уже рукой подать до троп, которые ведут в сельву. Если проводник окажется надёжным, груз дойдёт до места.

— А где мы заберем оружие?

— В порту Белиза, — сказал Карлос, кивая в сторону города, который всё ближе подступал к ним. — Перегрузим с одной шхуны на другую и отправим к границе. Двести винтовок не так много, больше возни с патронами, но это решаемо. Если вы уже собрали деньги, то…

— Деньги частью пришли и обналичены, — перебил Франческо, и его голос стал суше, как у человека, который не любит повторять дважды. — Часть придёт через неделю, и тогда наберётся полная сумма, которую назвал этот контрабандист. К тому времени груз должен оказаться на месте.

— Это хорошо, — нейтрально отозвался Карлос и сплюнул за борт, глядя на медленно приближающийся берег Британского Гондураса. Вода за бортом казалась мутной, грязно-зелёной, и в ней угадывалась тёмная тень, скользящая под килем. Он проводил её взглядом и снова посмотрел на город, который уже начинал просыпаться. Всё шло по плану. Оставалось только встретиться с Чинчо, убедиться, что проводник нашёлся, и дождаться денег. А дальше — путь в сельву.

Когда шхуна ткнулась носом в деревянный причал, и матросы забегали по палубе, бросая концы на берег, Карлос повернулся к Франческо.

— Я пойду первый. Чинчо ждёт нас в старой таверне у рынка. Оставайтесь здесь пока я не вернусь.

Франческо кивнул, не произнося ни слова. Карлос спрыгнул на причал и, не оглядываясь, зашагал по направлению к городу, оставляя за спиной шум порта и запах моря. Он знал, что эта встреча определит многое, и если всё пойдёт так, как задумано, через несколько недель оружие окажется в руках тех, кто в нём нуждается.

Войдя в таверну, Карлос окинул взглядом её нутро, на этот раз в таверне пахло прокисшим пивом, жареным луком и чем-то ещё, что он предпочёл не распознавать. В углу скучала пьяная компания, за стойкой дремал хозяин, и только в дальнем конце зала, у окна с замызганным стеклом, сидел Чинчо. Увидев его, Карлос быстро прошёл к нему, лавируя между столами.

— Привет, старый друг! — сказал он, протягивая руку.

— И тебе не болеть, старый товарищ, — хмыкнул Чинчо и пожал её крепко, по-мужски, с той особенной хваткой, которая бывает у людей, привыкших к риску. — Присаживайся, рассказывай.

Карлос сел напротив, оглянулся по сторонам, убедился, что их никто не слушает, и только после этого заговорил.