– Патрон! – завопил Рабан, наконец-то опомнившийся от действия эликсира. – Патрон, срочно в тронный зал – Направление ясно говорит, что у наших голубков большие проблемы!

Магнус еще что-то рассказывал, но я уже летел к двери. Ударился о нее всем телом и… отскочил. Самая обычная дверь, даже незапертая, удерживала меня, будто каменная стена.

– О, прошу прощения, пан Яцхен, – сообразил Магнус. – Наемники Каролюса уже пытались сюда ворваться, вот я и запечатал дверь магическим заслоном. Одну минуточку, я сейчас сниму заклятие…

– Некогда ждать! – прохрипел я, выпрыгивая в окно. Окно, к счастью, колдун запечатать не догадался.

Я даже не стал раскрывать крылья – с разлету выпустил когти, вцепился в стену, оставив кучу крохотных дырочек в камне и подобно огромному пауку побежал к другому окну – окну тронного зала. Похоже, внизу меня никто не заметил – собравшимся было как-то не до меня. Я успел заметить, что ни одного наемника снаружи уже не осталось – все переместились внутрь дворца, а гвардейцев остались считанные единицы, и все они были поглощены одной-единственной задачей – хоть как-то удерживать ворота.

Стекло тронного зала за время моего отсутствия успели заменить. Я размахнулся и с силой ударил по нему башкой, раскалывая его к чертям. А потом я запрыгнул внутрь…

В тронном зале царило настоящее столпотворение. На полу лежало десятка полтора трупов – парочка лакеев, пяток гвардейцев, семь-восемь наемников. Но наемников оставалось еще не меньше двадцати, а вот гвардейцев больше не было – все полегли.

Королевна Лорена с ужасно возмущенным видом сидела на верхушке отцовского трона, кроя мародеров Каролюса таким черным матом, что даже эти прожженные головорезы, по-моему, слегка смущались. Принц Сигизмунд с бешеным лицом орудовал рапирой, демонстрируя, что даже в двадцать девятом веке благородное искусство фехтования все еще осталось в почете. Святой отец… так и не узнал, как его зовут, лупцевал всех подряд своим тяжеленным крестом, вполне успешно проламывая им лбы.

– Покайтесь! Покайтесь, грешники! – густым басом требовал он, опуская импровизированное оружие на очередную макушку.

Пока что эти двое держатся – им удалось удачно забаррикадироваться мебелью. Но нетрудно понять, что удерживать оборону они смогут недолго. Хорошо еще, что среди наемников нет троллей – медлительные здоровяки задержались где-то ниже.

– Ур-роды, мать вашу! – прохрипел я, пуская кислотную слюну. – Всех порешу!

– Яцхен! – совершенно искренне обрадовалась мне Лорена.

– Миледи, я давал клятву не убивать дотембрийцев без вашего приказа! – выпуская когти, прорычал я. – Отдайте мне приказ!!!

– Убей их всех, демон Яцхен! – с торжествующим видом крикнула королевна со своего возвышения.

Большего мне и не требовалось. Я выстрелил хвостом в ближайшего наемника, и метнулся дальше, даже не замечая, попал ли первый удар в цель. Одна рука воткнулась в горло какому-то гоблину, две другие располосовали лицо наемнику из людей, ирокез на макушке воткнулся в грудь еще кому-то…

Я вертелся волчком, хлеща когтями все, что попадалось под руки. Направление любезно указывало мне Сигизмунда и святого отца, а все остальные в этой комнате подпадали под приказ, отданный Лореной.

Поворот! Удар! Рывок! Выстрел хвостом! Еще один! Плевок прямо в лицо нежданно объявившемуся троллю! Ох, как же он заревел…

Действительно, повалили тролли – к наемникам пришло подкрепление снизу… Хорошо еще, что Сигизмунд и сам догадался подняться повыше – к своей возлюбленной, и святого отца убедил присоединиться к ним. Эти двое уже порядком притомились, а мне так они только мешали.

Когда досадная помеха в виде союзников исчезла из непосредственной близости, я завертелся втрое быстрее, увертываясь от чужих ударов и нанося свои. Мои когти рвали мародеров на мелкий фарш, хвостовое жало летало в воздухе подобно разъяренной пчеле, а плевки уже успели ослепить добрый десяток врагов и порядком повредить пол. Правда, запас кислоты подошел к концу, но это и не страшно – наемники тоже начали убывать.

Те, кто все еще оставался в живых, наконец-то догадались, что здесь им ничего не светит и решительно поперли на выход. Собственно, они бы сделали это уже давно, но вот беда – весь бой вплоть до нынешнего момента занял всего лишь несколько минут. По-моему, со стороны меня даже не было видно – с такой скоростью я мелькал по залу. Разбушевавшийся смерч с когтями, вот чем я стал…

Между нами, гоблинов убивать очень легко – достаточно одного укола в шею, чтобы мелкий гуманоид упал замертво. Людей немного труднее – человек выше, сильнее и выносливее. Но самое сложное – это тролль. Гиганты порядком уступали мне в скорости и вооружении, но зато превосходили в мускулатуре – если от человеческого и гоблинского оружия я даже не уворачивался, снисходительно позволяя им пытаться проткнуть мою шкуру, то троллей волей-неволей приходилось остерегаться – удачный удар троллиной булавы вполне мог сломать мне руку или ногу.

Последнего из наемников я настиг уже на выходе, проткнув его хвостом насквозь. И в зале наступила тишина…

– Господи, прости этих грешников, ибо не ведали, что творили! – пробасил монах, лично крестя каждого из усопших. Всех – даже троллей с гоблинами.

– Ты уже второй раз спасаешь мне жизнь, демон Яцхен… – благодарно кивнула Лорена, слезая с трона.

– Благодарите принца и святого отца, – прохрипел я, безуспешно пытаясь отчистить себя от крови и внутренностей. Троллиная кровь оказалась голубоватого оттенка, как у самых что ни на есть благородных особ. – Если бы не они, к моему приходу было бы уже некого спасать…

Лорена вспомнила о существовании на свете Сигизмунда, тут же ужасно забеспокоилась и кинулась ощупывать его на предмет ранений. Тот, в свою очередь, крайне деликатно, но очень настойчиво принялся ощупывать ее – убедиться-де, что прекрасную королевну не задел случайный болт или стрела.

– Грех-то какой… – неодобрительно пробурчал монах, глядя, как медицинский осмотр медленно, но верно переходит во что-то куда более интимное. – Хоть бы покойников постыдились, охальники! Нашли время – там сейчас ворота сломают, а они…

– Ворота?! – опомнился я. – Блин, да что же я – мятеж-то еще в самом разгаре! Миледи, твое высочество, святой отец, вынужден вас покинуть…

Я сиганул в окно, уже в прыжке раскрывая крылья. Никогда не подавлял бунты – интересно, как это вообще делается?.. Ладно, на месте разберемся…

Глава 30

Революция, и никаких гвоздей!

Владимир Ульянов (Ленин)

А кто против – того к стенке…

Иосиф Джугашвили (Сталин)

За то время, что я разбирался с мародерами во дворце, обезумевшая толпа успела доломать ворота и частично перебить, частично разогнать охранявших их гвардейцев. Однако, когда я со всего разгона впечатался в землю прямо перед ними, толпа как-то очень быстро перестала быть обезумевшей и стала очень даже рассудительной. Передние резко затормозили и сделали испуганные лица. Задние все еще напирали, но уже как-то неуверенно. Один только епископ никак не желал успокаиваться, продолжая орать что-то насчет того, что царь-де не настоящий.

– Смерды!!! – как можно более грозно прохрипел я, выпучив на них все три глаза. – Холопы!!! Быдло!!! Всех запорю!!!

Народные крики постепенно начали затихать. Где-то в отдалении послышался детский плач.

– Это опять ты, исчадье Голюса?! – возопил епископ, наконец-то сообразивший, что его уже никто не слушает. – Как ты посмел сюда вернуться?!

– Угу. Это вы мне говорите, ваше преосвященство? – подчеркнуто удивленно уточнил я. Теперь, когда толпа как-то сама собой успокоилась, я уже не собирался надрывать горло. Чай, не казенное. – Лучше скажите-ка мне, что вы здесь устроили? Тебе что, моча в голову ударила, дух святой?! Может, оторвать ее к такой-то матери?!