Цзи Юйши не мог скрыть удивления на лице.

— Почему ты здесь? Разве ты не собирался увидеть свою семью?

Сун Цинлань вошёл в комнату.

— Достаточно просто показать своё лицо. Все они летают по миру, зачем им, чтобы я сопровождал их?

Цзи Юйши закрыл дверь и быстро последовал за Сун Цинланем. Он помог ему положить вещи на пол.

— Более того, дома я чувствую себя неуютно, — Сун Цинлань продолжил тему с этого момента. Он игриво сказал: — Мне всегда кажется, что, если я не приду и не проверю, кое-кто убежит.

Цзи Юйши:

— …Это не так.

Имея предыдущую «судимость» рядом со своим именем, он знал, что его слова неубедительны.

— Кто знает? — Сун Цинлань всё ещё был одет в ту же одежду, в которой находился, когда они расстались этим утром, у него не было времени переодеться. — В последний раз ты сбежал за две минуты. Прошло уже больше десяти часов, поэтому мне нужно было поспешить и напомнить о себе, чтобы ты захотел остаться со мной.

В комнате работал кондиционер. Но когда пришёл Сун Цинлань, стало казаться, что он принёс с собой суету улицы, а также жаркую летнюю погоду.

Его нескрываемое и врождённое властное присутствие сделало это место и мир Цзи Юйши намного более живыми.

Когда они расстались, он ничего не чувствовал. Но после прошедших более чем десяти часов и теперь, наконец, увидев друг друга лицом к лицу, они только сейчас осознали, как сильно скучали друг по другу.

На Цзи Юйши был только халат с поясом, свободно завязанным вокруг талии. На его плечах было накинуто полотенце, а волосы ещё не успели высохнуть. Было ясно, что он только что принял ванну. Его глаза выглядели так, будто их только что окунули в воду, — особенно чистые и прозрачные.

Всё его существо казалось беззащитным.

У Сун Цинланя качнулся кадык. Он внезапно сказал:

— Я грязный.

Эти слова, произнесённые без контекста, сбили Цзи Юйши с толку.

— Я хочу обнять тебя, — Сун Цинлань посмотрел на него сверху вниз. Его тон был очень сдержанным: — Но сегодня я побывал во многих местах.

Цзи Юйши любил чистоту. Он был недоволен, когда его завернули в грязное одеяло, даже несмотря на то, что почти совсем замёрз. Незаметно для других, в тот момент, когда он услышал слова «Хочу обнять тебя», его сердце хаотично забилось.

*Ш-ш-ш…* — тихий звук привлёк внимание Сун Цинланя.

Он оглянулся и увидел, как чёрная тень легко прыгнула на кошачью башню. Это был совершенно чёрный кот. Присмотревшись, он увидел, как под шкафом блеснули ещё два ярких глаза. В какой-то момент эти кошки незаметно вышли из своих укрытий, тайком наблюдая за незнакомцем.

Что-то задело его икры. Сун Цинлань посмотрел вниз и увидел у их ног ещё одну чёрную кошку.

Кот был полностью чёрным, без каких-либо примесей другого цвета. Это был тип, который мог отлично скрываться в темноте. Два его глаза были большими и круглыми и казались янтарными в свете огней. В этот момент он использовал свой хвост, чтобы осторожно коснуться его икры, пытаясь привлечь внимание, а также проследить за этим человеком, который только что вошёл на его территорию.

Казалось, что три кота и Цзи Юйши очень хорошо подходят друг другу.

— Мне показалось, что я проник в кошачье гнездо, — простое знание отличалось от наблюдения собственными глазами. Увидев этих «трёх парней», Сун Цинлань одновременно рассердился и позабавился: — Трое парней?

Сун Цинлань поднял чёрного кота. Тот не двигался и не сопротивлялся. Вместо этого он мяукнул, как будто кокетничая.

— Не боится людей, — Один человек и одна кошка оценили друг друга. Сун Цинлань проворчал: — Кто из них часто давит на тебя всю ночь, затрудняя дыхание?

Дахэй обычно был куда более пугливым. Увидев Сун Цинланя, он повёл себя очень близко, удивив даже Цзи Юйши.

— Если я не закрою дверь спальни, когда сплю, все трое смогут это сделать.

Дахэй, казалось, чувствовал себя очень комфортно, принимая ласку от Сун Цинланя. Мужчина только несколько раз погладил его, и кот уже приятно замурлыкал. Он точно был прилипчивым и милым типом.

Любящее сердце большого парня мгновенно активировалось. Сун Цинлань открыл картонную коробку, которую принёс, и вытащил закуски для Дахэя.

— Какой номер у этого парня?

— Номер один, — Цзи Юйши сказал: — Он зовётся «Дахэй».

— А двое других — Эрхэй и Сяохэй? — спросил Сун Цинлань. Увидев кивок Цзи Юйши, он рассмеялся: — Ты слишком случайно назвал их.

— Имена — это просто название, — Цзи Юйши пояснил: — Неважно, как их зовут.

В картонной коробке, которую принёс Сун Цинлань, половина была занята игрушками и закусками для кошек. По его словам, он хотел что-то подарить своим «предшественникам» на их первую встречу. Другую коробку, а также сумки он купил для Цзи Юйши.

Сун Цинлань разобрался со всем, а затем сложил там, где велел Цзи Юйши.

Обычно властный Капитан Сун не чувствовал неловкости при выполнении работы по дому и даже, казалось, был вполне неплох в этом. Он наполнил холодильник Цзи Юйши и всё аккуратно разложил.

— Почему ты купил так много? — спросил позади него Цзи Юйши.

— Твой холодильник — самый жалкий, который я когда-либо видел. — Сун Цинлань спросил: — Разве ты не помнишь про просроченные яйца, лежавшие тут в прошлый раз?

Цзи Юйши: «……» Как он мог забыть.

Эти вещи были куплены в городе Цзян, а затем привезены Сун Цинланем. Хотя Цзи Юйши мог купить их здесь, в городе Нин, он знал, что это другое дело.

Что-то подобное обычно происходило, когда приходили Цзи Минъюэ или тётя Су.

Цзи Минъюэ страдал обсессивно-компульсивным расстройством. Покинув резиденцию Цзи сегодня, он даже сказал, что пришлёт припасы для Цзи Юйши, чтобы тот не умер от голода дома.

Пока Сун Цинлань разбирался во всём, Цзи Юйши отправил Цзи Минъюэ: [Не нужно присылать еду завтра.]

Цзи Минъюэ: [Почему? Ты хочешь голодать?]

Цзи Юйши не удосужился напечатать ответ. Он прямо сфотографировал кухню.

В свете тёплых тонов мужчина намного выше, чем его холодильник, держал дверцу одной рукой, проверяя, всего ли хватает. Холодильник явно был немаленький, но рядом с ним он выглядел игрушечным. Свет достигал его профиля, подчеркивая уверенные очертания. Любая фотография, сделанная в этот момент, станет идеальной фотографией на обложке журнала о стиле жизни.

Цзи Минъюэ: [Прости за беспокойство.]

Цзи Минъюэ: [Подожди, вы двое собираетесь спать вместе сегодня вечером?! Ты можешь сделать это?]

Отправив фото, Цзи Юйши также быстро сохранил его.

Сохранив его, он увидел сообщение Цзи Минъюэ и бесстрастно ответил: [Уже спали].

После этого он выключил свой телефон и больше не смотрел «жёлтые» сообщения Цзи Минъюэ (эротического/сексуального характера).

Когда всё было рассортировано, он подошёл к Сун Цинланю.

— Тебе нужно принять душ?

Звук льющейся воды стих. Сун Цинлань вышел из ванной, вытирая волосы. Полотенце в его руке кто-то потянул, и его голова внезапно опустилась.

Цзи Юйши прямо поцеловал его. Сун Цинлань почти не колебался. Он немедленно изменил ситуацию и прижал этого человека к стене.

Не было ни колебаний, ни стыда. В отличие от состояния обычных молодых пар, когда они впервые сходятся вместе, если это двое мужчин, они довольно прямолинейны. Поцелуй был несколько интенсивным и наполненным мужскими гормонами.

«Язык, покрытый вкусовыми сосочками, — орган, который люди используют для определения вкуса и формирования речи. В то же время, это самая мощная мышца во всём теле», — эта фраза неожиданно возникла в сознании Цзи Юйши. Как будто демонстрировала, что стимулировало все его чувства. Он отчаянно ответил на вторжение другой стороны.

Сун Цинлань становился всё более жестоким. Руки на талии Цзи Юйши сжались сильнее, причиняя ему некоторую боль.

В тихой комнате все мелкие звуки бесконечно усиливались. Всё было слышно очень отчётливо.

Он был похож на дикого зверя, ворвавшегося в личное пространство Цзи Юйши. Вся прежняя вежливость исчезла, и всё, что было у него на уме, — завладеть человеком перед собой.