После крайне сложной варки голова пухла от нагрузки. Требовалось хоть как-то отдохнуть и сменить вид деятельности. Прикинув в уме все доступные варианты, я решил прогуляться по шахтам.

Выйдя из алхимической лаборатории, я спустился в низину, от которой во все стороны шли шахты. Завидев меня, охранник с кружкой пива сам вышел из будки.

— Чё, дылда? Тоже душа под землю хочет спуститься?

— Вроде того, — приглядываюсь к тёмным проходам, ведущим под землю. — Никогда в таких местах не бывал. Можно глянуть одним глазком?

— Хех! Да хоть двумя, — гном отсалютовал мне кружкой. — На первый горизонт вход свободный. Дальше — как с охранниками штолен договоришься… Ах, да! Ты же наземник. Горизонт — это тыща метров под землю. Вы, люди, глубже не суётесь. То вам жарко, то дышать нечем. А нам, наоборот! Чем глубже, тем интересней.

С этими словами гном махнул рукой, указывая на ближайшую шахту.

— Туда иди, дылда. Там сейчас инструктора молодняк учат камень слушать. Ты всё равно ничего не поймёшь, но, если что, иди на их песни. Так в темноте ходить менее страшно.

Поблагодарив охранника, я направился к входу в шахты. По дороге я отключил почти все органы чувств, перейдя на ощущение мира с помощью духовных частиц. Сканирующие волны стали расходиться от меня во все стороны.

[Опа!] — едва войдя в шахту, я сразу почуял неладное. — [Пустота — это свойство пространства… Кто же знал, что это теперь стоит понимать в буквальном смысле.]

С появлением корня Пустоты я сразу не обратил внимания на это изменение. А оно оказалось весьма существенным. Теперь при сканировании в Сфере Восприятия особенно хорошо показывались полости! Я сейчас буквально видел участки с пустотой внутри шахты, до которых пока не добрались местные работяги.

Следующие тридцать минут подарили мне кучу необычных впечатлений. Сейчас вокруг меня только толща камня. Казалось бы, что тут может быть интересного? Ан нет! Подземный мир полон сокровищ, которые обычно чуют только гномы.

Залежи руды, минералов, тихий шелест течения подземной реки — я видел и чувствовал то, что недоступно другим людям. Гномы добывали не просто металл, а только тот, что содержал в себе духовные частицы. То есть мог быть использован адептами для приготовления артефактов.

[Видимо, у главы общины гномов есть договорённости с другими шахтами о неконкуренции за рынок обычных видов руд для простых смертных.]

«Мохреш» пробивал на четыре-пять метров вглубь горной породы. Оттого шахта для меня выглядела как этакий коридор с довольно толстыми стенками. Где-то ощущалась вода от подземных рек. Где-то находились никем не замеченные минералы.

Раз десять мне попадались интересные места. В них целый пласт руды, скрывающийся за толщей камня, очень хорошо проводил духовные частицы.

[Надо потом у Тайлера спросить, знают ли гномы об этих месторождениях руды.]

До конца дня я бродил по шахтам, составляя собственную карту. Под конец вышел на поверхность и уже там спустился по штольне вниз — на те самые шестьсот метров, которые заметил в первый день пребывания в общине.

На дне первой штольни работали уже опытные шахтёры, а не новички. Температура поднялась до тридцати градусов. А ещё эссенция земли — её здесь оказалось чертовски много.

Где-то в далёких проходах пели гномы. Их голоса эхом разносились по туннелям. Пустая порода, руда, залежи сланца и газовые карманы — я же шёл и чувствовал, как всё вокруг дышит жизнью. Не той, какая привычна людям, а иной… Подземной! Эссенция земли сама по себе создавала эдакое Царство Земли — пусть и в самой примитивной форме. Это не место вроде Мглы, а нечто куда более простое.

[Примерно пятнадцать процентов от уровня, необходимого для призыва Двойника,] — я скользнул взглядом в сторону, где через пару сотен метров находилась штольня, ведущая ещё глубже. — [Если гномы копали слишком глубоко и слишком жадно… Что же. Может, у меня появится шанс призвать их божество⁈]

Пройдя чуть дальше по пещере, я нашёл вторую штольню, ведущую на глубину тысячу сто метров.

Шахты, шахты, шахты… Я шёл по ним, чувствуя, что гномы копали не наугад. Порой их вело что-то вроде невидимого глазу течения духовных частиц и эссенций земли.

Ещё несколько найденных подряд штолен привели меня на глубину трёх тысяч двухсот метров. Воздух раскалился до пятидесяти градусов, но мне по-прежнему комфортно. Кожу стало покалывать от высокой концентрации эссенции земли. Она поднялась до пятидесяти процентов от нормы для призыва Двойника.

[У адептов в такой ситуации начинается отравление «токсинами». А гномам хоть бы хны! Продолжают петь песни и копать руду.]

На глубине трёх километров плотность среды духовных частиц поднялась до значения «высоко».

Найдя очередную штольню, я через «Мохреш» увидел, что она ведёт на горизонт четыре тысячи метров. Однако в этот раз гном, сидящий у подъёмника, покачал головой:

— Дальше гостям ходу нет, дылда, — бородач указал на тёмный зев провала. — Там жара под шестьдесят градусов. Даже нам тяжело в таких условиях работать.

Пожав плечами, я пошёл обратно. По дороге нашёл укромный уголок и провёл эксперимент со стихией Пустоты на куске гранита. Луч ауры, пропитанный этой силой, ушёл в горную породу. Подождав десять секунд, я надавил рукой на поверхность…

Хрусть…

Пальцы вошли в камень так, будто тот превратился в рыхлый песчаник. Разровняв отверстие, я тихо покинул шахту.

[Если станет совсем худо, пойду работать шахтёром. Руду с такими способностями я точно смогу добывать.]

…

17 марта (ночь)

Михаил Войд (Гринч)

Закончив с прогулкой и пилюлями, я вернулся в алхимическую лабораторию. Там рухнул на спальный мешок в углу и сразу же заснул. Целый день варки со спорным результатом помог откалибровать взаимодействие трёх доступных мне стихий. Всё хорошо, но морально я вымотался знатно.

Посреди ночи я проснулся, ощутив рядом сильного адепта. Тот, пройдя сквозь защитный барьер формации, по-хозяйски подошёл к алхимической лаборатории и открыл дверь. В этот момент я уже стоял на ногах и примерно представлял, кто пожаловал ко мне в гости.

— Молох Глыба? — произнёс я, глядя на фигуру, стоящую в проходе.

— Он самый, — широкоплечий гном бочком вошёл в дверь и прикрыл её за собой. — Или ты девок ждёшь? Так свободных тут нет.

— Тьфу на вас! Я тут отоспаться пытаюсь.

Молох и не думал уходить. Глава общины по-хозяйски оглядел лабораторию.

— М-да… Ингредиентов у тебя кот наплакал. Так ты дружбан Тайлера, который его из задницы вытащил? Как там тебя звать?

— Михаил Войд.

Гном прищурился.

— М-де? А мне сказали другое. Ну да хрен с ним! Что Скабре, что Войд.

Прямо посреди разговора гном направил в мою сторону сканирующую волну. Причём не обычную, одинарную, а сразу тройную. Аура Пустоты поглотила волну. Не получив ожидаемого эффекта, Молох направил вторую такую волну. А потом и третью.

Повернув голову набок, я спросил:

— У вас какой-то талант на сканирование?

Гном нахмурился.

— Типа того. Я всегда чую примерный потенциал адепта. Аура, дух, сила связи со стихией. Для меня это как осязание камня, который мну руками…

Показав свою богатырскую лапищу, Молох создал в ней силой стихии булыжник и раскрошил.

— … Кто-то из людей твёрдый, как алмаз, но большинство мягкие, как земля. В лучшем случае вязкие, как глина. А с тобой, дылда, хрен пойми что! Я будто пустоту трогаю. Вроде чувствовать должен, ан нет! Рука насквозь проходит. Я такой результат проверки впервые вижу.

Я кивнул, понимая, о чём идёт речь. Молох чует текущий потенциал человека или гнома к дальнейшему росту.

— Теперь понятно, как вы построили свою общину.

— Типа того, — Молох довольно хмыкнул. — Клан Глыба дурных у себя не держит. Дураков я в город отправляю. Я чё зашёл-то? Мне тут дозорные напели про какой-то безалкогольный виски.