— Сделаю все, что в моих силах, — отчеканил здоровяк, расправляя мощные плечи.

— Отлично. Работайте, — распорядился Краснов и направился прочь со стоянки.

Распрощавшись c бароном, я отправилась к зданию, предоставленному администрацией моим «коллегам». И ведь была там уже не единожды, но в этот раз что-то пошло не так. Я заблудилась. Причем не в фигуральных трех соснах, а в самых реальных. Сердито хмурясь, всматривалась в раскинувшийся предо мной ухоженный парк и не понимала, куда идти.

Придется возвращаться на стоянку. Уж оттуда я знаю, как добраться до центральных ворот. А там можно и у охраны дорогу спросить.

Сердясь на саму себя, круто развернулась и остолбенела от удивления. В каких-то двадцати метрах от меня стоял тот самый симпатичный одноэтажный домик. Правда, смотрела я на него не с фасада, а с тыла, однако узнала моментально: по шторам и цветущему кактусу в одном из окон.

Получается, обошла строение и не поняла, что его-то и ищу?

Крякнув от досады на саму себя, торопливо пошла по тропинке. Обогнув здание, подошла к центральному входу. Беспрепятственно войдя в знакомый уютный холл, прислушалась: тихо, как в склепе. Не раздумывая, заглянула в помещение слева. Взгляд скользнул по двухъярусным кроватям.

Покрывала смяты, присутствует легкий беспорядок. Багаж «коллег» есть, а самих девушек нет. Вывод напрашивается сам собой: все уже трудятся. Вопрос: что делать мне?

Войдя в комнату, села на ближайшую кровать, поставила у ног сумку. Задумчиво глядя на нее, я размышляла, как лучше поступить. С бароном познакомилась, худо-бедно начали общение. Зачем притворяться официанткой? Для чего терпеть нападки мегеры и таскать тяжелые подносы? По логике, мне стоит скоропостижно уволиться. Но сразу возникнет другая проблема: не являясь сотрудником агентства, я утрачу право находиться не только в этом здании, но и вообще на территории пансионата.

Ну и как быть?

Рука потянулась к сумке. Открыв молнию, достала подписанный договор с агентством. Глаза бесцельно скользили по строчкам. Я не только не читала, но и не думала о насущной проблеме с пребыванием в пансионате. Мне не давал покоя совсем иной вопрос.

Не может быть, чтобы отец без всяких на то оснований просто взял и построил отель на чужой земле! Должна быть хоть какая-то договоренность с баронским родом Красновых! Кто с их стороны участвовал в сделке? Явно не сам Константин Александрович. Наверняка его отец. Но что с этой договоренностью не так?

И тут внезапно вспомнила! Перед тем как я уехала с княжной Комаровой, управляющий вручил мне документы по нашему отелю. Кинув трудовой договор на кровать, я начала суетливо копаться в своих вещах. Обнаружив на дне сумки папку, облегченно выдохнула.

Все-таки взяла ее с собой.

В нетерпении открыла обложку. Первым лежал уже знакомый указ императора о возвращении земель Красновым и сносе нашего отеля. А вот вторым — нотариально заверенный договор дарения!

Роскошный кусок земли на черноморском побережье семнадцать лет назад моему отцу подарила баронесса Надежда Ивановна Краснова. Причем сама она унаследовала землю от родителей.

Я смотрела на договор и искренне не понимала, почему он незаконный. Баронесса имела полное право распоряжаться своим наследством. Ее никто не принуждал с ним расставаться, действовала она добровольно. Этот юридически значимый факт подтвердил государственный нотариус. Обмануть его невозможно. Почему же у нас землю отбирают? На каком основании?

Начиная сердиться, с силой пощипала кожу на щеке. Угрюмо глянула на указ императора.

Погодите-ка… Его величество вернул участок непосредственно барону Константину Александровичу Краснову. Следовательно, его родителей нет в живых: ни матери, ни отца.

Предположим, отец нынешнего барона Краснова умер раньше своей жены. Тогда в договоре дарения в обязательном порядке должно быть указано, что баронесса — вдова. А вот если ее супруг на тот момент был жив, то требовалось его согласие: обычный рукописный текст с датой и подписью. Даже заверять у нотариуса не обязательно. Но без этой бумажки — сделка недействительна.

Правда, для признания ее таковой и аннулирования права собственности нового владельца требуется судебное разбирательство. Это долго и нудно. Есть альтернативный вариант, однако он не всегда быстрее.

По закону дворянин имеет право обратиться за разрешением спора не только в суд, но и к императору. Но так поступают лишь в том случае, если есть возможность «протолкнуть» прошение. Иначе рассмотрение дела затянется на столь долгий срок, что можно не дождаться и до старости.

Откуда я знаю такие нюансы? До тех пор, пока отец не привел в дом двух мальчишек-пиромантов и не объявил, что они его сыновья, мне приходилось соответствовать роли наследницы графа Терехова. Поэтому я довольно неплохо разбираюсь в юридических нюансах всяких-разных сделок и осведомлена о процедуре их оспаривания.

Я еще раз внимательно перечитала все пункты соглашения. Упоминаний о вдовстве баронессы нет. Как правило, согласие супруга прикалывается к договору дарения и вместе с ним подается на регистрацию перехода права собственности. Это не обязательно, просто устоявшаяся практика.

Хмурясь, вернула документы на дно сумки. Скрестив руки на груди, мрачно уставилась в стену.

Может, согласие просто где-то потерялось? Сомнительно. Очень. Скорее всего, этого документа действительно не существует.

Когда с родовым бизнесом все стало совсем плохо, папа умудрился взять в банке кредит под бешеные проценты и построил отель. Это было четыре года назад. Уверена, отец прекрасно знал, что его право собственности на землю можно аннулировать.

Почему он тринадцать лет не прикасался к земле, а потом вдруг затеял на ней стройку? Осознал, что род на грани нищеты, и решил рискнуть по-крупному? Вполне в его характере.

Внезапно в памяти всплыло воспоминание. Передавая мне папку с документами, управляющий сказал: «Они вам пригодятся».

Почему он так решил? Как эти два документа могут мне пригодиться? Петр Петрович что-то знает, но не может сказать из-за магической клятвы и хочет, чтобы сама додумалась?

Я скептически поморщилась. Неожиданно меня словно обухом ударило по затылку. Папенька до болезни был редкостным… любителем женщин. Я столько раз желала провалиться сквозь землю, когда знакомые «по большому секрету» рассказывали о его похождениях, что и не сосчитать.

Что, если среди прочих дворянок еще и баронесса Краснова была любовницей моего отца?!

Кровь отлила от лица, пальцы заледенели. Не в силах шелохнуться, я невидяще смотрела перед собой. Эта догадка очень похожа на правду. Однако поверить в нее я не могла. Просто не могла.

Наверняка есть какое-то другое, логичное и разумное объяснение! И дорогущему подарку баронессы чужому мужчине, и тому, что она сделала это втайне от собственного мужа, и лютой ненависти ее сына к моему роду. Ведь есть же?!

— Ба, какие люди! — внезапно раздался притворно-удивленный возглас мегеры.

Кое-как утихомирив эмоции, я повернула голову на звук. Женщина стояла в дверном проеме и буквально фонила злобой.

Ничего не меняется.

Не говоря ни слова, я не сводила тяжелого взгляда с мегеры. Та поджала губы. А после язвительно процедила:

— Госпожа Терехова, будьте так любезны, сообщите мне о ваших планах. Вы собираетесь работать или нет?

Хороший вопрос. Знать бы на него ответ.

В воздухе повисла густая тишина.

— Елизавета Олеговна, мне долго ждать? — голос мегеры сочился ядом.

Протянув руку, я взяла с постели свой трудовой договор. Встав, подала его мегере:

— Документ подписан.

— Да неужели? — взяв бумаги, съязвила Ольга Сергеевна. — И что — вы прямо сейчас готовы приступить к выполнению основных обязанностей? Если утомились за время общения с вашим, — она сделала многозначительную паузу, — покровителем и желаете еще отдохнуть в мужской компании, то рекомендую обратиться к хозяину этого чудесного места. Наверняка он найдет для вашей подработки свободное помещение.