Кэлен поразилась, как такая простая мысль не пришла ей в голову. Она высунулась из повозки и позвала солдата.

– Есть еще ваши? Еще кто-нибудь, посланный схватить нас? Послал Николас еще кого-нибудь?

– Никого, о ком бы я знал, госпожа.

– Если он когда-нибудь покажется тебе подозрительным, не жди – убей его, – тихо обратилась Кэлен к Тому.

Юноша быстро согласился. Кэлен вернулась в повозку и потрогала лоб мужа. Его кожа была холодной и мокрой.

– Надо ехать, пока мы не найдем место, где можно будет обороняться в случае чего. Дженнсен права – Ричарду надо отдохнуть; долгая езда в трясущейся повозке не пойдет ему на пользу. Нам всем нужно отдохнуть и встать с первыми лучами солнца.

– Нам нужны лошади, – сказала Кара. – Повозка едет медленно. Если бы удалось найти лошадь, я бы неслась как ветер, нашла Никки и вернулась с ней. Тогда нам бы не пришлось ждать.

– Прекрасная мысль, – Кэлен взглянула на Тома. – Поедем, найдем место для ночевки.

Том потянул вожжи. Лошади поднажали, и повозка двинулась.

Бетти молча свернулась рядом с лежащим без сознания Ричардом, примостив голову ему на плечо. Дженнсен поглаживала дрожащую козочку.

Кэлен заметила, что по щекам девушки текут слезы.

– Мне тоже жаль Расти, – сочувственно сказала она.

Бетти подняла голову и жалобно заблеяла.

Дженнсен покачала головой.

– С Ричардом все будет в порядке, – сквозь слезы произнесла она и взяла Кэлен за руку. – В полном порядке.

17

Зедду показалось, что он что-то услышал.

Ложка с мясом застыла у его рта. Зедд замер, прислушиваясь.

Башня всегда была живой для него, словно говорила с ним. Иногда чудилось, что она будто вздыхает. Еще когда он был мальчишкой, Зедд слышал громкие звуки, которые не мог определить. Он подозревал, что скорее всего это двигаются огромные каменные блоки. В основании Башни лежали камни размером с небольшой дворец.

Однажды, когда Зедду было десять или двенадцать, громкий треск потряс всю Башню, как будто по ней ударили молотом. Он выбежал из библиотеки, где занимался, и увидел, что множество людей собралось в коридорах. Все были взволнованы и перешептывались друг с другом. Потом отец сказал Зедду, что это всего лишь один из гигантских камней неожиданно треснул, и хотя это было не опасно, треск раскалывающегося гранита разнесся по всей Башне. Такое бывало и раньше, но тогда Зедд впервые услышал этот безобидный, но пугающий звук.

Кроме того, в Башне жили животные. Вольно носились летучие мыши. Отдельные башенки взмывали вверх на головокружительную высоту. Внутри они были пусты, только каменные лестницы вились до одинокой комнатки или обсерватории на самом верху. Проникающий в башенки солнечный луч высвечивал в столбе пыли мириады насекомых, а порой – уснувшие мордочки летучих мышей, облюбовавших укромные места под потолком.

Еще в Башне обитали крысы. Они шебуршались в углах, иногда затевая драки. Обычные мыши тоже водились, обнаруживая себя писком. И наконец в Башне жили полностью одичавшие коты, которые охотились на крыс и мышей. Не брезговали они и птицами, залетавшими сквозь многочисленные отверстия Башни в поисках насекомых или надежного места для гнезда.

Иногда раздавались ужасающие звуки, когда кто-нибудь из мышей, птиц или котов подбирался к запрещенным местам. Щиты были созданы для того, чтобы не допустить людей к опасным или запретным местам, к тем местам, где хранились магические предметы. Щиты закрывали проход любой жизни, не важно, жизни человека или жизни животного. Ведь существовала возможность того, что какой-нибудь домашний любимец пробрался бы в запретные зоны и принес своему маленькому хозяину опасный талисман, грозящий причинением неисправимого вреда. Те, кто создавал щиты, учли не только это, но и возможность того, что некоторые алчные люди могли бы натренировать животных приносить им магические вещи из запретных зон. Щиты не пропускали жизнь, в какой бы форме она не приближалась к ним. И стоило летучей мыши задеть щит, она мгновенно испепелялась.

В Башне были щиты, сквозь которые не мог пройти даже Зедд, потому что для этого требовались обе стороны дара, а он обладал только Магией Приращения.

Некоторые из щитов представляли собой магические барьеры, физически преграждающие путь, другие ограничивали движение или вызывали столь неприятные ощущения, что никто бы не преодолел их. Такие заграждения не позволяли людям, не обладающим даром, или детям проникать в опасные места, поэтому не было необходимости настраивать их на убийство.

Но так щиты действовали только на тех, кто имел дар.

Проход в определенные места был запрещен, и только те, кто имел не просто дар, но и власть, мог пройти. Не обладай человек властью, данной заклинаниями к определенным щитам, или забудь волшебник, имеющий власть, коснуться железного круга, щиты убили бы его, не раздумывая. Щиты убивали животных с той же безошибочностью и точностью, как и любого человека, кто попытался бы войти.

Самые опасные щиты предупреждали о приближении к ним жаром, светом или звоном в ушах. Предупреждения воспринимали и животные, но иногда какой-нибудь увлеченный кот загонял несчастную мышь в смертельный щит, а затем и сам следовал за ней.

Зедд ждал, прислушиваясь. Ничто не нарушало тишины. Если он действительно слышал что-нибудь, то это могли быть движения Башни или возня животных около щитов, или порыв ветра, ворвавшийся сквозь одно из сотен отверстий в Башне. Но что бы это ни было, сейчас все стихло. Деревянная ложка с мясом все-таки оказалась у него во рту.

– У-у-умм... – Зедд довольно хмыкнул. – Чудесно!

Он был страшно недоволен, когда, проглотив первый кусочек мяса, обнаружил, что оно еще не готово. Не рискнув вызвать гнев Эди, Зедд решил не ускорять процесс с помощью магии, а потому присел на кушетку и заставил себя читать.

Чтению не было конца. В книгах содержалось множество ценных сведений, которые могли бы помочь им, только они пока не знали как. Время от времени Зедд – как он думал, терпеливо, – проверял мясо на готовность.

Теперь, когда старик его попробовал, блюдо было наконец готово. Кусочки мяса были так нежны, что таяли во рту. Восхитительно булькающий котел был наполнен луком и маслом, кусочками моркови и репы, зубчиками чеснока, перемешанными с кусками мяса и жира и сдобренными ароматными специями.

К своей досаде Зедд давно обнаружил, что Эди не печет хлеб. Мясо хорошо идет с хлебом. Где-то он должен быть. Зедд подумал, что котелок с мясом поддержит его, пока не придет его старая подруга. Хлеб где-то должен быть. Точно, должен.

Зедд не знал, куда ушла Эди. Пока он бродил почти целый день по Эйдиндрилу, она могла пойти в одну из библиотек поискать то, что могло бы им помочь. Эди умела находить особо важные книги. Будучи родом из Никобариса, Эди выискивала книги именно на этом языке. В Башне множество книгохранилищ, а потому сказать, где Эди, было невозможно.

Здесь также есть комнаты, в которых хранятся кости, много костей. В отдельных помещениях стояли целые ряды высоких шкафов, в каждом из которых сотни ящиков. Зедд видел кости созданий, которых никогда в жизни не встречал. Эди сведуща в костях. Большую часть своей жизни она провела в тени границы. Люди боялись ее и назвали костяной женщиной, потому что она собирала кости. В ее доме они были повсюду. Некоторые из костей защищали ее от тварей, обитающих на границе.

Зедд вздохнул. Книги или кости – не так уж важно, что ее заинтересовало. Но она бродит неизвестно где. Кроме костей и книг в Башне множество интересного для ведьмы. Может быть, она просто захотела прогуляться, подняться на башню, посмотреть на звезды и подумать.

Проще было подождать Эди здесь, рядом с мясом, чем отправляться ее искать. Порой, когда она так пропадала, Зеддикус всерьез подумывал, чтобы прицепить к ее шее колокольчик.

Старый волшебник бормотал себе под нос веселую мелодию, опуская ложку в котел. Нет нужды ждать на голодный желудок, всегда говорил он себе; это только превращает человека в ворчуна. Лучше поесть и быть в хорошем расположении духа, чем сидеть голодным и страдать. Он будет плохим собеседником, если не поест.