Кто, например, заставлял ее план урока составлять? Никто. А ока составляла. Потому что и мама всегда составляет план своих лекций. И вообще, Саша знает: все учителя составляют планы уроков.

И еще для каждого ученика придумала сделать дневничок. Чтобы отметки туда ставить. Два вечера трудилась она. Зато какая была радость, сколько было восторгов, когда Саша раздала эти маленькие дневнички! На обложке каждого из них стояла фамилия ученика, написанная красными чернилами, и имя, выведенное зелеными чернилами.

С этими школьными хлопотами и об узнике из соседней квартиры почти забыла. Когда Женя, потряся колокольчиком, давала последний звонок, Саша вдруг вспомнила о Витьке, даже улыбнулась: «Интересно, как ему понравилось письмо, где я балдой его назвала?». А потом снова как-то забыла. Все дела, дела! И на балкон в тот день не заглядывала.

А утром, сделав зарядку и позавтракав, снова хлопнула дверью и поспешила в первый подъезд.

И, конечно, не видела Саша, как стоит на своем балконе Витька Черенок и хмуро, обиженно смотрит ей вслед.

Скверное было у Черенка настроение. Повалялся на тахте, сердито оттолкнул, словно она в чем-то виновата, лежавшую на столе книгу о несчастной жизни Оливера Твиста. «Сиди вот тут, как в тюрьме!» — подумал он и глянул в окно. Погода разгуливалась. Дальняя часть города, видневшегося сбоку от строящегося дома, была залита солнцем. На велике бы сейчас погонять! Эх, что за жизнь, хоть по веревке с балкона спускайся… Еще два дня заключения…

А вдруг где-нибудь все же спрятан ключ? Ведь три ключа, кажется, было… Может, бабушка знает?..

Похоже, бабушка что-то знала. Один глаз она прищурила, а другой, сидевший глубоко, в дряблой впадине лица, смотрел на Витьку хитро и в то же время сочувственно.

— Ключ-то? — переспросила она. — Што, замаялся?.. О-хо-хо! Ноне пытала отца: «Дите-т не жалко?» — «Жалко, — говорит. — Просить будет — пусти». Вот он, ключ-от. — Бабушка приподняла подушку и достала ключ. — Бери.

— Он все время был здесь? — удивленно спросил Витька.

— Был.

— И ты раньше не дала?

— Отцу перечить не смею. И вина ж на тебе. Мальчонков забижать не след…

— Ладно, баб, побегу! — И, не дослушав ее наставлений, Витька выскочил из комнаты. В передней стукнул кулаком по тугому седлу своего велика. — Держись! Сейчас рванем в кругосветное путешествие!

Но путешествие началось неудачно.

С трудом сдерживая велосипед, Витька уже миновал второй этаж, как вдруг нога у него подвернулась и он коленкой ударился о лестницу. А тут еще и велосипед, потерявший руку хозяина, как безумный кинулся со ступенек, врезался в стену и со страшным грохотом свалился на площадку.

На этажах захлопали двери.

— Этак, парень, и дом развалишь! — покачал головой жилец в пижаме.

А Витька и слова не мог вымолвить. От боли чуть слезы на глазах не выступили. Постоял так с минуту, потер коленку и, проклиная своего железного друга, снова поковылял с ним вниз.

И уж если не везет, так не везет! Ехать не может — нога болит. Что делать? На толстого Леньку смотреть, как он ухмыляется и вертолет на резинке запускает? Еще чего не хватало! Потом Саша с какими-то бумажками в руке пробежала мимо. Пробежала и внимания не обратила. Будто и не стоит он здесь, на виду, в подъезде! Со своей школой все хлопочет. Точно: в первый подъезд завернула. Там же и малышня крутится.

«Посмотреть, что ли, какая такая школа у них?.. Хоть мимо проеду…»

Витька потрогал коленку. Вроде потише болит. С опаской взгромоздился на седло, оттолкнулся здоровой ногой. Ничего, потихоньку ехать можно… У крайнего подъезда он притормозил.

— Ой! — вдруг выскочила оттуда Саша. — Освободили! Идем, посмотришь школу! Как раз перемена…

Витька слез с машины, прислонил ее к железным перилам.

Ну и школа! Было бы о чем столько шуметь! Два ящика, доска. Лист приколот: 1+2=3, 2+2=4. Смехота! Директорша стоит, улыбается. Часики свои показывает.

— Нравится школа? — спросила Саша.

Витька неопределенно пожал плечами.

— Здравствуй, — пристально глядя на Витьку, сказала Женя. — Ты хочешь работать в нашей школе?

— Чего? — изумился Витька. — Работать? У вас?

— Нам нужен хороший преподаватель физкультуры…

— Физкультуры! Ха-ха! Вон Леньку берите. Этот вам подойдет… для такой прекрасной школы!

Саша очень сердито посмотрела на Витьку.

— Какой ты есть, Черенок! Издеваешься? А ведь сам ходишь в школу. И вообще, не нравится — уходи, не мешай. Сейчас начнется урок… Ну, что ты стоишь? Уходи!

— А я, может, на лестнице хочу стоять, — усмехаясь, сказал Витька. — Лестница не ваша.

— Ох, и вредина ты!.. Ну и стой! — Саша скрылась за дверью и крикнула: — Ребята, не разбегайтесь. Сейчас начнется урок математики…

Женя сняла с гвоздика колокольчик и, покосившись на Витьку, стоявшего на лестнице, принялась звонить.

В дверь вбежали четыре малышки, уселись за парты.

— Дети, — томным голосом сказала Женя, — сейчас вы будете решать задачу номер шесть.

Женя взяла кусочек мела и, слегка оттопырив мизинец, стала выводить на доске: «Задача № 6».

Витька смотрел на доску, и пальцы его все сильнее сжимали перила.

Вдруг он сбежал по ступенькам, сорвал с гвоздя колокольчик и с треском распахнул дверь.

Саша сидела с девочками у входа.

— Ты что! — испуганно расширила она глаза. А увидев у него в руке колокольчик, совсем растерялась: — Зачем ты взял его?!

Но Витька будто никого не видел и не слышал. Вскочил на свой велосипед и с места набрал скорость. Ломило ушибленную ногу, а он все жал и жал на педали, пока не проскочил последний, восьмой, подъезд и не скрылся за углом дома.

Все стояли молча, не понимая, что произошло, и смотрели в ту сторону, куда умчался Черенок.

Женя чуть покусывала полные красивые губы.

— Бешеный! — сказала она и бросила кусочек мела. — Пусть кто-нибудь другой проведет урок. У меня болит голова.

Женя ушла домой, а девочки посидели, повздыхали. И Саша приуныла. Что стряслось с Витькой? И правда как бешеный. Выскочил, ничего не видит. И звонок забрал. Вот жадина!.. «А может, на меня обиделся? — подумала Саша. — Но что я ему такого обидного сказала? Чтобы уходил, если неинтересно…»

Пришла Вера. Узнав, в чем дело, сказала:

— Велика важность — колокольчик! Я вам будильник принесу!.. Девочки, сейчас наш урок. Будем петь!

И словно разбудила всех Вера. Через пять минут из первого подъезда уже разносились нестройные, но бодрые голоса первоклашек:

Только нам, ребята,
Сердцем не стареть,
Песню, что придумали,
До конца пропеть…

И первоклашки вместе с веселой Верой хоть до вечера готовы были петь, да вдруг явилась тетя Паша.

— О господи! — сокрушенно закачала она головой. — Да когда ж кончится эта ваша школа! Жизни мне от нее не стало! Глядите, сколько натоптали кругом! Мне и дня не хватит убрать за вами.

— Тетя Паша, мы сами уберем, — пообещала Саша.

— Сами, сами! И жильцам покоя от вас нету. Жаловались. Вот погодите, кончится мое терпение, поломаю всю вашу школу! Попомните мое слово, все поломаю. На помойку выкину…

Разгром

Как только Саша вбежала в подъезд и увидела все это, она сразу же вспомнила слова тети Паши. Кричала тогда дворничиха, грозила, что все поломает, и вот: доска валяется на полу, плакат с арифметическими примерами разорван, а парты-ящики вообще исчезли неизвестно куда.

О разгроме школы сообщила Женя. Пришла утром к Саше и повела в свой подъезд.

— Как тебе нравится? — Женя печально обвела глазами бывший класс. Она подняла половинку разорванного листа, прочитала начало примера: 2+2=…

— Равняется тому, что в школу мы, кажется, отыгрались, — сказала Саша и вздохнула. — Тетя Паша постаралась… И ящики куда-то унесла… А вообще, — подумав оживилась Саша, — если попросить тетю Пашу, чтоб отдала ящики, то в школу можно играть и на улице. Я видела индийский фильм, там ученики вместе с учителем сидят прямо во дворе… И погода сейчас хорошая. Вон как светит солнце!