— Я впервые увидела его, когда стала способна соображать, — не колеблясь, ответила Леонора, но в душе слабо шевельнулся червячок неясного сомнения.

— Ты уже была в лаборатории? Нет? Какого чёрта? Бегом на обследование! Пусть возьмут анализы — кровь, мазки из зева и носа и проверят на магическое воздействие. Возможно, он опоил тебя, или применил амулеты? — насторожился Свон.

— Не помню, — удручённо покачала головой Лео.

— Марш отсюда, потом договорим! — приказал шеф.

Лео кивнула и послушно отправилась в лабораторию. По пути она столкнулась с тем мужчиной, Койтом. Он шёл по коридору с крепким черноволосым незнакомцем, в котором Леонора безошибочно признала волка. Мужчины вежливо кивнули, Койт дёрнулся было в её сторону, но его приятель что-то спросил, он отвлёкся и словно забыл про неё.

Леонора пожала плечами и свернула за угол, в царство пробирок и реактивов.

***

— Что значит — исчез из запертой камеры? — обычно сдержанный мистер Свон орал на подчинённых, вращая глазами.

Те лишь пожимали плечами и невразумительно оправдывались.

— Если узнаю, что вы отлучались с поста, лично хвосты поотрываю! — пообещал начальник полиции.

Бравые охранники втянули головы в плечи и неосознанно прикрыли тылы руками. Это выглядело в высшей степени потешно, но Свону было не до смеха. Вот-вот в управление должен был приехать личный помощник наместника, а у них пропал опасный маньяк.

Впору подумать, что в управлении завёлся крот. Свон раздражённо размял массивную шею. Его злило отсутствие логики. Зачем внедрённому агенту вмешиваться в это дело? Добро бы сбежал казнокрад или представитель бандитской группировки, но кому пришло в голову помогать маньяку-одиночке?

От размышлений его оторвал дежурный, сообщивший, что его просит об аудиенции верховный жрец храма Луны.

— Святоше-то что от меня нужно? — пробурчал Свон.

— Не могу знать! — вытянулся дежурный, сочтя, что вопрос адресован ему.

— Зови уже, — махнул рукой Свон.

В кабинет начальника полиции вошёл статный платиновый блондин, коротко кивнул, сел на предложенный стул и заглянул своими гетерохромными глазами прямо в душу Свону. Янтарный прожигал огнём, добираясь до самой сути, а голубой замораживал, погружая в состояние, схожее с трансом.

На что уж Свон был привычен, но и его пробрало до печёнок.

— Слушаю вас, досточтимый Дермонт, — со всем уважением поздоровался начальник полиции.

— Вы поймали преступника, — утвердительно ответил верховный жрец после приветствия.

— Мы постоянного кого-то, да ловим, — одними губами улыбнулся Свон.

— Меня интересует тот, кого вы называете стерлядский маньяк, — мягко парировал Дермонт.

— Вы хотите поговорить с ним? Наставить на путь истинный? — предположил Свон.

— Для начала — всего лишь взглянуть на его фотографии. Вы ведь делали их? — спросил жрец.

— У вас есть какие-то предположения? Это кто-то из вашей паствы? Заблудший агнец? — оживился начальник полиции.

— Подобный вариант был бы лучшим для всех нас, — удручённо покачал головой Дермонт.

«Этот древний песец явно знает больше, чем говорит», — понял Свон, мысленно потирая руки.

Он протянул жрецу тонкую папку и откинулся в кресле, наблюдая, как тот изучает её содержимое. К его удивлению, Дермонт лишь глянул на фото и тут же отложил бумаги.

— Полагаю, его нет в камере? — будничным тоном осведомился Дермонт.

— Растаял, как дым, — не стал отрицать очевидное Свон.

И дураку понятно — жрец не строил догадки, он был уверен, что именно так обстоят дела. Оставалось выудить у него нужные сведения. Свон приготовился убеждать и — при необходимости — давить авторитетом, но этого не потребовалось.

Дермонт заговорил сам.

— Наверное вы полагаете, что поймали обычного человека? — спросил он.

— Оборотня, — деликатно поправил Свон.

— Не суть, — жрец сделал замысловатый жест рукой, призванный отгонять злых духов.

Начальник полиции мысленно присвистнул.

— Вы правильно поняли мой посыл, — кивнул Дермонт, — Вито, а вернее, Виториан Карито умер около тысячи лет назад.

Лишь многолетняя выдержка и железная воля помогли Лютеру Свону сохранить лицо. Тем не менее, он не удержался от невольного восклицания:

— Вы хотите сказать, что все преступления совершал бесплотный дух? Как по мне, для призрака он выглядел чересчур материальным.

— Вы знаете, кто такие винтиго? — вместо ответа спросил Дермонт. [1]

— Весьма поверхностно, — честно признался Свон.

— Винтиго — это высшие духи, способные к материальному воплощению, — пояснил Дермонт, — причём, некоторые из них обладают поистине безграничными возможностями. Но вернёмся к Виториану Карито. На самом деле, его история весьма печальна. Вито был гением в своей области, выдающимся видящим суть. Благодаря ему каждый оборотень мог рассчитывать на обретение истинной. Счастливые были времена, скажу я вам.

— Мгм, — обозначил свою заинтересованность Свон.

— Мда… Всё закончилось в один миг и весьма печально. Беременную жену Виториана зверски убили, а сам он… Сначала сошёл с ума и начал проповедовать, что истинность — великое зло. Знаете, как он это обосновывал? В обычной паре после гибели супруга второй продолжает жить, в паре истинных — умирают оба, то есть, ущерб в два раза больше. Он отказался искать и соединять пары, а после и вовсе попытался превентивно убивать потенциальную пару.

— Попытался или сделал? — с профессиональной въедливостью уточнил Свон.

— История умалчивает, — ушёл от прямого ответа Дермонт.

Поразмыслив, Свон пришёл к выводу, что убийства, имевшие место быть тысячу лет назад, никоим образом не подпадают под его юрисдикцию и уже не нуждаются в расследовании. Чего не скажешь о тех, что случились сейчас в его регионе.

Не дождавшись реакции, Дермонт продолжил:

— В конце концов Виториан так и не смог примириться с существованием без жены, уж больно сильная любовь у них была, сильней, чем у обычных истинных пар. Он умер, истаял, как свеча. Да только его высокий магический потенциал сыграл с ним злую шутку: и на том свете не нашёл он покоя. Вернулся в материальный мир могущественным винтиго.

— Только не говорите, что он творит зло почти тысячу лет! — ужаснулся Свон, представив масштаб катастрофы и подивившись, что до этого года деяния потустороннего преступника оставались в тени.

— Не скажу, — покачал головой Дермонт, — будь он дееспособным всё это время, извёл бы под корень всех оборотней. Но нашлась и на него управа. Каждый клан оборотней выбрал наиболее сильных из своих шаманов, которые организовали орден хранителей. Члены ордена сотворили особое заклятие и погрузили Виториана в вечный сон. Многие из них погибли, отдав жизненную силу. Однако каждые пятьсот лет Виториан Карито просыпается и выходит в материальный мир, чтобы собрать кровавую жатву. Он всегда забирает ровно двенадцать жизней, и засыпает на следующие пятьсот лет.

— Что-то не сходится, Леонора Лаппа должна была стать тринадцатой жертвой, — возразил Свон.

— Тысячелетие на исходе, — пояснил Дермонт, — эта жертва — переходная. Впрочем, учитывая появление рядом с ней мужчины, я не исключаю другую версию.

— Поделитесь? А то, честно признаться, я теряюсь в догадках. Не силён в религиозно-магических аспектах, — развёл руками начальник полиции.

— Мы полагаем, что Виториан нашёл способ разорвать порочный круг и навсегда покинуть материальный мир, — веско сказал Дермонт. — Всё идёт по кругу, и начало там, где конец, а конец там, где начало. История винтиго Виториана началась с гибели истинной пары, и должна была завершиться тем же.

— Но позвольте! Если бы мистер Фрост был парой Леоноры, он ни за что не оставил бы её! А ведь они оба вели себя как обычные незнакомые люди, — не согласился Свон.

— В ритуал вмешались третьи лица, нарушив его ход. Магические возмущения могли оказать парадоксальное действие на истинную связь. Возможно, она разрушена навсегда, — мрачно подытожил Дермонт.