Шеф поднял голову, их глаза встретились, и Фредди, широко улыбаясь, направился к нему.
…Когда Фредди подъехал к стоянке, от коня валил пар, на удилах висела пена, а куртка Фредди была на спине тёмной от пота. Он устало спешился и сел к костру, взял кружку с кофе. Джонатан внимательно посмотрел на него.
— Спина?
Фредди молча мотнул головой, допил и протянул кружку Эркину.
— Налей ещё. Упрямый чёрт, семь потов сошло, — посмотрел на Джонатана. — Всё сказал им? С завтра Большой Перегон, парни. Шутки кончены. Всё это игры были, пошло всерьёз. Я с вами иду, — они кивнули. — Джонни, где нас страховать, ты знаешь. Ну вот. Давай, Джонни, езжай. Эркин, ты лишнее отобрать хотел, сделал? — Эркин кивнул. — Отдай Джонатану, он в имение закинет. Оружия у вас нет, хреново, конечно, ножи для ближнего боя, а когда до него дойдёт, поздно будет. И со жратвой тяжело на перегоне. Где горячего поедим, а где и всухомятку.
— Знаю, — негромко откликнулся Эркин.
Фредди кивнул.
— Всё, Джонни, езжай. Всё остальное потом.
Он впервые при них так говорил с Джонатаном. И никто этому не удивился.
Джонатан встал, хлопнул его по плечу и ушёл к лошадям. Встал и Эркин, но Фредди остановил его.
— Постой, посмотрю, от чего ты избавляешься.
Эркин кивнул. Фредди быстро просмотрел тючок и хмыкнул.
— Умный ты парень, но дурак. Собираешься на одном кофе сидеть, что ли? Оставь всё. Крупу закладывай сразу в котёл, покажу вам кое-что. И шляпу оставь. Тоже покажу, что сделать.
— У меня шапка есть, — упрямо возразил Эркин.
Фредди усмехнулся.
— Не заводись. Здесь я поопытнее вас друг на друга помноженных. Сосчитаешь?
Эркин промолчал, опустив ресницы. Джонатану очень хотелось отпустить шуточку, но, поглядев на Фредди, Эркина и сразу насторожившегося Андрея, удержался.
— Ладно, счастливо вам. Через три дня я вас нагоню.
— Через четыре, Джонни, — поправил его Фредди. — Как раз у Крутого прохода будем. Четвёртый понадобится. Удачи тебе, езжай.
— До свидания, сэр, — разжал губы Эркин.
— До встречи, — улыбнулся Андрей. — Эркин, ты к стаду?
— Да, — Эркин свистнул Принцу, — догоняй.
Фредди был уже в седле.
К стаду Эркин следовал за ним, держась не рядом, а чуть сзади. Фредди оглянулся, но ничего не сказал, а у стада так резко осадил своего Майора, что Эркин не успел придержать Принца и оказался рядом с Фредди. Бычки уже поднимались с лёжки.
— Принимай работу, — усмехнулся Фредди. — Спешься и проверь.
Эркин молча мотнул головой, по-прежнему не поднимая глаз, и Фредди уже другим тоном сказал.
— На что обиделся? Давай сразу.
— Да ни на что, — повёл плечами Эркин. — Ты ж не хотел.
— Чего? Что не так? — не отступал Фредди.
— Я умножать не умею, — тихо ответил Эркин.
Фредди сдвинул шляпу на затылок.
— Как это?
— Не учили нас этому. Сам как-то сообразил, приспособился. Ну, когда заказы передаёшь на выпивку там или что, если она путается, подправляешь немного. Если она закажет больше, чем у неё денег, то вся разница на моей спине будет. Понимаешь? Так складывать умею, отнимать, делить могу, а умножать нет.
— Так, кажется, понял. — Фредди озадаченно почесал в затылке, сдвинув шляпу на лоб. — А как же ты на скотной считал? Удои там, корма?
— Там я ничего не считал. Я доил, корм засыпал, а считали надзиратели, — буркнул Эркин.
— Ну… ну не знаю, что и сказать… — развёл руками Фредди.
— Я ж говорю, — вздохнул Эркин. — Это не в обиду, так… — и улыбнулся. — Ладно, они уже разбредаются все. К реке двигаем?
— Ты здесь давно, сам смотри, где не натоптано, — пожал плечами Фредди.
— К реке, — решил Эркин, — там сочнее, — и, свистнув, поскакал вдоль стада, заворачивая, скучивая его плотным комом.
Фредди усмехнулся и поскакал в другую сторону, подбивая противоположный край.
Андрей нагнал их на полдороге, испытующе посмотрел и пристроился к Эркину. Фредди мог поклясться, что они не шевелили губами, но он уже знал, как они умеют шептаться, и понял, что совещание состоялось. Что ж, посмотрим, что дальше будет. Но дать парням глупить на Большом Перегоне, где любая ошибка стоит жизни, он не хочет. И не даст.
Но всё шло как обычно. Будто и не было этого маленького инцидента. Но не было и той шутливой лёгкости, которая уже установилась между ними. И похоже… похоже, дело не в нём, а чём-то другом. Шуточки и подначки у парней только прикрывают… ах, чёрт! Как же он сразу не сообразил. Нэтти на снимке в форме. А у лагерной охраны такая же. И Эндрю ещё дурака смог валять, силён парень! Говорил же Дон, что парень долго снимок вертел. Мог же и раньше Нэтти… в деле видеть. Но… стоп! Придержи коня, ковбой, и поводья крепче держи. И про себя не смей говорить запретное, сам не заметишь, как вслух получится. Но и выяснить это тоже надо, не откладывая. Фредди оглядел пасущихся бычков и подъехал к Андрею.
Андрей сосредоточенно курил и покосился на Фредди так, будто тот мог помешать столь важному и трудному занятию. Но дело было слишком серьёзно, и Фредди не собирался ни с чем считаться. Хотя и нарываться не хотел.
— Этот тип, что у вас был…
— Помощник шерифа, — зло хмыкнул Андрей. — Дурак он… — последовало длинное и очень нецензурное определение.
Подъехал и Эркин. И по его лицу, по тому, как он слушал, Фредди понял. Да, дело в Доне, в фотографии Нэтти.
— Раз ты знаешь, — Эркин перебил замысловатую ругань Андрея, — ты видел эту… фотографию.
— Да, — кивнул Фредди, — мне её показывали.
— Он же? Ну, тот, что здесь был?
— Нет, сам шериф.
— Один хрен, — закипал Андрей, — ты знаешь, что это за форма?! Я увидел, меня аж затрясло… — он опять перешёл на ругань. И такую, какой Фредди никогда не слышал.
Они дали Андрею выговориться, и Эркин спросил Фредди.
— Ты прочитал, что там было написано? Я не умею читать.
— А я медленно читаю, не успел ничего разобрать, — буркнул, остывая, Андрей.
— Там имя его было, ещё всякое, — медленно ответил Фредди, — ну что всегда в розыскных карточках пишут.
— Розыскных? — переспросил Андрей. — А чего его разыскивают?
— А кто его знает? — пожал плечами Фредди. — Шериф пусть и ищет. А что? Вы… знаете его?
— Видел бы, так… — Андрей снова долго ругался, а закончив, вздохнул. — Нет, не знаю я его, не видел.
— А я видел, — тихо сказал Эркин.
— Когда это? — спокойно до равнодушия спросил Фредди.
— Да года так три, а может, больше прошло, — Эркин свёл брови, припоминая. — Да нет, это ж, какое лето в имении было…
Фредди вытащил сигареты, дал одну Андрею и закурил сам, готовясь слушать.
— Их много тогда в этой форме приехало. И не лето, а осень уже начиналась. Зибо ещё как раз так избили, что он болеть начал. Всем досталось, — Эркин говорил медленно, будто что-то мешало ему. — А этого, ну, на фотке который, я почему запомнил. Он курил много, а сигареты о нас гасил.
Фредди невольно кивнул. Гасить сигареты о человека — любимая забава Нэтти. У старика Левине всё лицо было в этих ожогах.
— Одному о глаз погасил, — продолжал Эркин. — Хозяйка ругалась сильно. Ну, парень же окривел, куда его теперь? Только на Пустырь. А он ещё молодой был. Невыработанный. Только она потом всё равно с ним тискалась.
— С кем? — решил уточнить Андрей.
— Ну не с рабом же. На хрена ей работяга, она спальников каждый месяц меняла. С этим, что в форме. Ну, и с остальными тоже.
— И трахалась?
Эркин удивлённо посмотрел на него.
— А чего ж без траханья тискаться? В кружку налил, а пить не стал?
Фредди невольно засмеялся. Но… но это уже интересно. Три года назад осенью… так… ладно, пусть парни теперь хозяйку пообсуждают.
— А хозяин чего?
— А ему по хрену всё было. Он ей ни в чём не перечил.
— Пил что ли?
Эркин пожал плечами.
— А хрен его знает, чем он занимался. Я и не видел его, считай.
Фредди быстро соображал. Разматывать сразу сейчас, или пусть отойдут, и потом потихоньку, нет, попробуем сейчас с этого…