То, что засада не удалась понимали не только мы, но и налетчики. Они повалили в рассыпную на нас, что крича для устрашения и поднятия боевого духа. Лучников, если честно, было не так уж много. Может полдюжины, а может чуть больше, но точно знаю, что с ними были два пращника.
Байку о том, как Давид завалил Голиафа все так или иначе слышали, но мало кто знает другое. Камень выпущенный из пращи за пятьдесят метров гарантированно навсегда успокаивал закованного по самые яйца рыцаря, что впрочем и неудивительно. Стограммовая дуля со скорость сто пятьдесят — двести километров в час кого угодно успокоит. Не спорю, что пуля от Макарова летит почти в два раза быстрее, но и вес у пули Макарыча девять грамм…
Мне в кавычках повезло. Мало того, что я находился в голове неудавшейся засады, но к тому же я был слишком приметным. Два лучника и один пращник после Тагула переключились на меня. Мой сосед по фургону захрипел и опал как озимый лист, прилетело. Я успел схватить шит и упасть под колеса. Дальнейшее, иначе как психозом от неожиданного нападения я назвать не могу.
«Снаряга» на охране, как и на мне, всегда была на теле, шит я еще падая с телеги успел прихватить. Прикрывшись шитом я кинулся на встречу нападавшим. Об этом своем секундном порыве я пожалел буквально через десять метров, которые я проскочил за несколько секунд. Привлек, что называется, к себе внимание. В шит прилетела стрела и чуть позже загремел камень из пращи. Стрела фиг с ней, но камень отколол край от шита, пращник просто немного промазал. Твою мать! Герой называется! Залег. Десяток человек бежит на меня. Еще столько же или чуть больше бегут с разных сторон к фургонам. Одно хоть хорошо, что лучники начали выбивать возниц. Возницы прихватив арбалеты бежали в голову каравана и открыли огонь по лучникам. Прогремев железом, мимо меня промчался Старшой. Самоубийца блин! Хотя не такой уж и самоубийца. Сам видел, как стрела, которая гарантированно легла бы по корпусу Старшого вильнула и прошла у него над плечом. Чудеса блин! Где-то сзади раздавался стук барабана. Откуда барабан блин?! За Старшим еще двое пробежало, я их не опознал со спины. Пошла рубка. Долго я не лежал.
Как-то смешно расписывать секунды боя в замедленном режиме. Раз и ты тут, раз и ты там. В общем, вскочил, отмахнулся от кого-то не глядя полуторником. Судя по напряжению в кисти, меч на что-то наткнулся. Не стал смотреть по кому попал и куда попал. Словил стрелу в левое плечо. Повезло. Стрела имела широкий охотничий наконечник, воткнулась в тело, но не глубоко. Основную силу удара приняло железо, а мне досталось по остатку. Так, ранка на пол сантиметра в мясе, не смертельно, но неприятно. Обозлился на стрелков. Что я, самый рыжий что ли, что бы по мне «шмалять»?! Хотя понятно, что раз я самый высокий, то и получай под раздачу…
Зарубился с кем-то походя. Стерва еще та! Принял мой удар на шит и ответил мне в голову. А вот и фиг тебе! Мой меч увяз в щите, а наруч на что? Принял удар тесака на наруч с отводом влево. По сути сбил удар, а не подставил под жесткий блок, это когда удар попадает под углом девяносто градусов. На с ноги! Не попал, но отвлек внимание и успел выдернуть из шита противника свой меч. На в бедро, удар пришел на шит. Стерва! Отвел удар левым скатом. На «в ответку», удар на кисти из левого ската в правое плечо. Отдыхай родной!
Кстати, а где мой шит?! А вот он где! Болтается на одной петле у сгиба локтя. Камень из пращи не просто отломил кусок у шита, но и порвал ремень за который держалась кисть руки. Выдадут старье вот и принимай удары клинка на наруч.
Спереди бой. Сзади бой. Кто-то воет получив свое. Свои воют или чужие не понятно. «Не ссать». Вперед. Цель «падла», которая стреляет. Сзади стучит барабан. Спереди что-то воют лучники. Везет. Стреляю не по мне, но почему-то мажут. Поздно! Лови родной! Эй, ты что дурак что ли?! Ну стреляй придурок, пока я за телом твоего уже мертвого товарища, который каким-то чудом еще стоит на ногах. Второй пошел отдыхать. Третий бежит от меня. До четвертого самому бежать еще семь шагов. Пробегу или нет? Нет. Четвертый поймал арбалетный болт и стал заваливаться. Все! С этой стороны дороги больше лучников нет.
Ух ты. Моих режут у телег. Как оказывается я далеко убежал. Метров двадцать — тридцать от головной телеги, а кажется, что расстояние пробежал за секунду. Кто-то бежит навстречу мне. Лови! Отбил, нет?! Отбил, но толку то. Инерция моего тела и инерция тела стремившегося на встречу. Сложение скоростей и рукоять топора срублена. Хреновый был топор. Хреновый был человек. Хреновый меч застрял в ребрах. Падающее тело вывернуло рукоять меча из рук. Ну ничего. Пинок в лицо, которое почему-то еще отрывает рот, ногой на грудь, вытащил меч и по привычке добил. Я же не турнирный рыцарь, у нас было принято добивать лежачего еще пять раз, что бы наверняка. Я же не садист. Ограничился одним разом, колющим в глазницу. Знаю, что поступил неправильно! У нас было принято добивать раз пять по корпусу, но тут, просто так вышло. Всегда хотел засветить в голову лежачему, но по своим нельзя, а на играх можно, но нежелательно. Точнее нельзя бить в голову и тем более бить лежачего, но мои за это не осудят, а судьи игр «пошли лесом».
Что там у нас?! Бегут гады! Цы-цы-па, сюда! Разминулись! Сработали инстинкты. Бегут значит надо догонять. Угу, догонишь тут! Как же! Пробежав два десятка метров, понял, что догнать нереально. Мне под весом железа не угнаться за оборванцем, который от страха припустил со всей дури. Отдышаться! Как там мои?
Пришел в себя я не сразу. Со мной такое бывает, вошел в раж и действуешь только на инстинктах, проще говоря, мозг отдыхает. Это только уже после горячки боя лезут отрывочные воспоминания того что творил. Одним словом, бывает. Сам не раз за собой замечал, после некоторых спаррингов на которых выкладывался полностью, что воспоминания у меня о спарринге отрывочные и действовал я нелогично. Какого лешего спрашивается я полез напролом?! Герой херов, так ведь и убить могут. Шок от моего бездумного поведения прошел не зразу. Парни из охраны и возницы искали недобитков и заодно освобождали трупы от самого ценного. Самое паршивое, что психологически я воспринял реальный бой, как простой спарринг, а это грозит проблемами в будущем. Зарвусь как-нибудь и будет подвиг местного Матросова, что бросается своей тушкой на амбразуру…
Старшой что-то рычал себе под нос, Каим матерился на местном, Рауг матом слал кого-то искать верховых лошадей, которых подранили и они убежали хрен знает куда. Итоги боя, трое охранников, два возницы с нашей стороны и два с чем-то десятка жмуров из нападавших. Так же у нас было семеро с несерьезными ранениями. Касательно раненых нападавших, то недобитков просто добили.
По сути, мы легко отделались, да и то четверо с нашей стороны полегли только на неожиданности, пятого «комитет по встрече, кучей отоварили» в ближнем бою. Как нас всех не положили стрелами, сам не понимаю. Тагула жалко, подстрелили в самом начале, сволочи. Ладно бы просто подстрелили, но кто подстрелил?! Какие-то оборванцы, отрепье худшего пошиба, местные разбойнички, мать их так.
Брали нас только на неожиданности и за счет кучи, но вот просчитались. Какое там ехать дальше или преследовать кучку убежавших ублюдков. Трупы обобрать, своих похоронить, лошадей поймать, раны перевязать и прочие…
Не-е, ну какие отчаянные черти, без толковой подготовки, «снаряги» и особых умений на нас полезли. Видать «жизнь сильно припекла» раз решились. Скорее всего, эти черти не учли, что возницы не просто лошадок погоняют, а к тому же неплохо стреляют. Хотя не такие уж эти черти и сумасбродные. Если бы караван втянулся бы полностью под перекрестный огонь, а не залез только головой, то не факт, что мы бы сейчас трупы обирали бы. Тагула жалко, твари…
— Влад! Отойдем! Поговорить надо. — Старшой зачем-то отозвал к себе. — Твою долю с трофеев получишь, как распродадим это мусор, что подобрали. Главное запомни. Ты нечего не видел! -