Безразличный голос за дверью:

- Здравствуйте. Вы еще не готовы? Поторопитесь. Велено вас отвезти.

Охрана Асхадова. Те двое. Вчера они после всего до дома ее подвезли, но Нина думала, это разовая акция. Сейчас она поспешно ответила:

- Я готова, здравствуйте.

И открыла дверь. Но двое охранников так и остались стоять снаружи. Скользнули по ней нечитаемыми взглядами и молча ждали, когда она выйдет и запрет дверь. А потом так же молча шли к машине. Вероятно, им приходилось бывать в куда более приличных домах, чем ее скромная вторичка. Но по лицам невозможно было понять.

Они с такими же лицами закопали ее, если бы Асхадов приказал?

Нина старалась не думать на эту тему. И вообще, сейчас в голове царила пустота, она опять ощущала себя оглушенной. Наконец они подъехали к зданию. Нина хотела выйти на парковке, но ее тормознули.

- Стойте.

А потом те двое охранников поднялись вместе с ней в офис и сопроводили ее до приемной. Это слишком напоминало конвой, как тут не заволноваться.

Однако настоящая нервотрепка началась, когда выяснилось, что Асхадов уже на месте. Он пришел раньше и теперь сидел в кабинете. Один из охранников зашел к нему, другой остался с Ниной в приемной. У нее сердце от волнения к горлу подскакивало.

Но вот охранник вышел и показал жестом:

- Войдите.

Ни жива ни мертва Нина вошла. Мурат Асхадов сидел в кресле за своим столом. Смерил ее тяжелым взглядом и едва заметно подался вперед, положив локти на стол. А она внезапно почувствовала, что краснеет и задыхается, и ничего не могла с собой поделать. Ладони вспотели, она аккуратно попыталась вытереть их о юбку…

- Где помада? – проговорил он.

- Что, простите? – пробормотала она.

- У тебя с собой должна быть красная помада.

Она вспомнила, что вчера ее предупредили, правда, она не поняла зачем. Сейчас застыла, глядя на него, потому что мужчина хмурился, но заставила себя выдавить:

- Да.

- Выйди. Накрасься и зайдешь.

***

Как она выбралась из кабинета, Нина сама не помнила. Потом поковыляла на негнущихся ногах в туалет и там вытащила эту красную помаду. Безумно дорогой бренд. Она секунду держала ее в руке, потом нанесла на губы слой.

Ярко, порочно. Глаза эти сверкающие и накрашенные губы. Как шлюха. Так дико сексуально, что у нее потянуло низ живота. Довольно! Она быстро убрала помаду в сумку и вернулась в приемную, а оттуда в кабинет.

Когда она вошла, Асхадов впился в нее взглядом. И не понять, доволен он или разозлился. Наконец он процедил:

- Туфли не годятся. Шпилька должна быть высокая. Сегодня, так и быть, ходи, завтра придешь в других.

Ее как будто холодной водой облили. А он мотнул головой:

- Сядь за тот стол. Будешь записывать.

***

А дальше у Мурата Асхадова начался рабочий день. Совещание, посетители, отчеты, все в бешеном темпе шло мимо нее. За все это время он ни разу не отвлекся и не взглянул на нее.

Прервался он только перед обедом.

Когда в кабинете не осталось, кроме них, никого, подошел к ней. И, глядя в глаза, медленно, с нажимом провел большим пальцем по ее нижней губе, размазывая помаду. Неожиданно слепящее ощущение, он, казалось, глазами сожрал его. Потом сказал:

- Накрасься заново. Ты идешь со мной.

Это было так бесстыдно, он просто пользовался ею, как резиновой куклой. Нина невольно задержала дыхание, унижение сейчас было полным. Хотелось плюнуть на все и уйти, а Мурат Асхадов смотрел на нее, и в его темных глазах читалось:

«Давай, рискни. Попробуй вы*бнуться. И сразу вылетишь».

А ей нельзя. Никак нельзя. Она медленно выдохнула и бесстрастно проговорила, глядя на узел его галстука:

- Я поняла. Позвольте идти?

Заметила только, как кадык мужчины дернулся. Потом он обронил:

- Иди. И долго там не торчи.

***

В туалете Нина замерла перед зеркалом. Пустила воду и застыла, глядя на свой размалеванный рот. Потом с шумом несколько раз втянула воздух.

Никаких заплаканных глаз и сопливых носов.

Ей нужна работа у Асхадова.

Потому что есть огромный, неподъемный долг, в который умудрилась влезть мама. Его нужно выплатить, и никто не сделает этого, кроме нее.

Кто не знает, что люди становятся жертвами мошенников, перечисляют им астрономические суммы, отдают последнее? Кажется, как это возможно? Возможно. Маму развели опытные мошенники. Схема показалась ей выгодной. Еще бы. Приобрести за полцены коммерческую недвижимость, потом продать по рыночной цене, вырученные деньги покроют все долги, и еще останется приличная сумма. Хватит на новую машину и ремонт.

В итоге мама лишилась всех денег и своей небольшой квартиры, которую пришлось отдать в залог уплаты долга. Когда Нина узнала об этом, была в ужасе, срочно выехала к матери, пыталась уладить. Поздно. Их посадили на счетчик. Полиция? Наверное, ее заявление просто утонуло где-то в потоке бумажек. А счетчик тикал, проценты росли, маме угрожали. Расхлебывать все это выпало Нине. Чтобы как-то погасить долг с теми процентами, что на них навесили, пришлось срочно продать машину и брать кредиты. Да еще ипотека.

Но все это она смогла бы вытянуть, если бы у нее была работа. Нина никогда не просила, но все же как-то рассчитывала, что мужчина, за которого она собиралась замуж, поможет. А он ее уволил. Просто и без объяснений.

Впрочем, объяснение было. Нина видела его фотографии с невестой в соцсетях. Там все было очень красиво. И такая любовь. Немудрено, у его невесты папа какой-то там в списке форбс, выбор был очевиден.

Время! Она внезапно очнулась, взглянула на свои руки и текущую воду. Нельзя опоздать.

Выдохнула и стала умывать лицо. Потом достала из сумки ту *лядскую красную помаду. А руки тряслись. Нужно успокоиться, иначе она размажет, придется умываться снова.

В конце концов, ей удалось. Влажные красные губы горели на бледном лице снова. Она оглядела себя еще раз и вышла из туалета.

В трех шагах от двери стоял Мурат Асхадов.

Нина не ожидала, невольно вздрогнула, а он смерил ее тяжелым взглядом и низко прорычал:

- Долго! Предупреждаю в последний раз. Чтоб я не ждал.

После чего повернулся и направился к лифтам, медленно отмахивая правой рукой.

Что это сейчас было? Она так и стояла там, отказываясь понимать. Мужчина уже отошел на несколько шагов, но замер на миг и стал оборачиваться. Нина тут же сорвалась с места и быстро пошла за ним следом.

Асхадов прошелся по всему своему офису, потом не спеша пересек холл. А она за ним, как придаток. И на нее пялились все кому не лень, хотя она изо всех сил сталась быть незаметной. Зато на босса-то не смел смотреть никто, а он, казалось, замечал абсолютно все.

У входных дверей он остановился. Дождался, пока охрана откроет дверь и, не оборачиваясь к ней, бросил:

- Не торчи у всех на виду. И не отставай.

И шагнул в проем.

Все это виду у безмолвных, равнодушных охранников, для которых она была чем-то средним между грузом из доставки и комнатной собачкой. Нина чуть не задохнулась, чувство было, что он ее холодной водой облил. Однако пошла за ним. Охрана следом.

Автомобиль стоял у крыльца.

Перед Асхадовым открыли дверь, однако он не сел сразу, а застыл, глядя в сторону. Пропустил Нину вперед и только после этого сел сам. Дверь захлопнулась. А следом поднялось и стекло, начисто отсекая салон от всего внешнего.

А внутри, наедине с этим мужчиной было крайне некомфортно. Нина сразу отодвинулась к окну, ей казалось, от напряжения сейчас зазвенит воздух. Сам господин Асхадов был внешне расслаблен и спокоен. Но почему же ей чудилось, что…

- Что с лицом? – спросил Асхадов.

Что?.. Он даже не смотрел в ее сторону, как будто ее и нет там вовсе. Нина на секунду растерялась, и тут он повернулся к ней.

- Ничего, - быстро проговорила она.

- Тогда сделай лицо попроще.

Она невольно сглотнула, ощущая, как обида просто душит ее. Но ничего не ответила, опустила голову и отвернулась к окну. Кажется, он резко дернул рукой, отряхивая штанину? Не видеть, не замечать, что у него пальцы поджались в кулак. И уж точно не смотреть ему в лицо, на котором сейчас застывает жесткое выражение.