Через пятнадцать минут в моём кабинете собрались терапевты.

— Доброе утро, — начал я. — Во-первых, я вернулся с конференции, так что по всем вопросам снова ко мне. Надеюсь, Юля без меня справлялась хорошо. Во-вторых, с понедельника я вступаю в должность заведующего терапевтическим отделением на постоянной основе. Тамара Павловна Лаврова увольняется. Кардиолога на своё место она нашла, но девочка выйдет только в июле. А пока что пациентов отправляем, как и эти недели, в Саратов.

— Александр Александрович, помедленнее, — проговорила Елена Александровна. — Как это «на постоянной основе»?

Знал, что старая гвардия не сильно будет этому рада. Это ещё Остроуховой нет, а то та бы тоже что-то высказала.

— Вот так, — пожал я плечами. — Павел Викторович рассудил, что я хорошо справлялся эти недели, так что буду справляться и дальше.

— Поздравляю, — радостно улыбнулась Юля. — Ты и правда отлично справляешься!

— Поздравляю, — тихо произнесла Анастасия Григорьевна.

Шарфиков тоже выдавил из себя поздравления. Елена Александровна поджала губы, ничего больше не сказала.

— Так, ещё из новостей, Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф, — добавил я. — Это, правда, больше для Галины Фёдоровны, которую я снова не наблюдаю. Но потом передам ей отдельно.

— Она на выезде, — заявила Елена Александровна.

— Так, завтра планирую прочитать лекцию на тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — продолжил я. — Снова приглашайте пациентов. И последнее, Тамара Павловна завтра придёт попрощаться. Надо бы организовать человеку достойные проводы, всё-таки она долго здесь проработала.

— Надо накрыть стол после твоей лекции и посидеть, — тут же загорелась Юля. — Я всё устрою!

В ней и не сомневался.

— Тогда договорились, — кивнул я. — На этом пока что всё.

Терапевты принялись расходиться. Юля уточнила ещё пару моментов и тоже ушла.

После планёрки я объездил вызовы, а затем вернулся на приём. Рутина затянула в привычном виде: пациенты, комиссии, диспансерное наблюдение.

Через час после начала приёма в кабинет зашёл знакомый пациент. Грехов Анатолий Иванович. Тот самый, кто переел свёклы и решил, что у него рак мочевого пузыря.

— Добрый день, доктор, — кивнул он мне. — Вот снова я к вам. На этот раз ничего не читал в интернете, честно!

— Это радует, — усмехнулся я. — Садитесь, рассказывайте.

От меня не укрылось, что сел Грехов с трудом. Думаю, спина.

— Поясница ужасно болит, — сразу же подтвердил мои догадки он. — На даче картошку посадил, и вот, прихватило.

— Так, боль иррадиирует? — уточнил я. — Отдаёт в ногу?

— Да, правая нога прям отнимается, — закивал Анатолий Иванович. — Прямо ужас какой-то!

Я задал ещё несколько вопросов и перешёл к осмотру. Так, болезненность паравертебральных мышц слева на уровне 4 и 5 поясничных позвонков, выраженный мышечный спазм. Пропальпировал остистые отростки, локальной болезненности по средней линии нет, что хорошо. Симптом Ласега отрицательный с обеих сторон, до семидесяти градусов поднимает ногу без боли. Симптом Вассермана тоже отрицательный. Ахилловы и коленные рефлексы живые, симметричные. Чувствительность по дерматомам сохранена, мышечная сила в нижних конечностях полная.

Несмотря на жалобу пациента на «отнимающуюся» ногу, истинной корешковой симптоматики не было. Ощущение «отнимается» давал выраженный мышечный спазм с рефлекторной защитой. Классический мышечно-тонический синдром на фоне остеохондроза поясничного отдела, обострение после физической нагрузки. Без признаков радикулопатии.

Проверил себя праной, так и есть. Влил небольшое количество, чтобы уменьшить выраженность мышечного спазма и снять отёк в паравертебральной зоне. Облегчение Грехов почувствует уже к вечеру.

— У вас обострение остеохондроза, — объявил я. — К неврологу пока не надо, я справлюсь с этим сам. Так, пять дней максимальный покой, никаких нагрузок и картошки. Мелоксикам по пятнадцать миллиграммов раз в сутки утром после еды, не больше недели, под прикрытием омепразола двадцать миллиграммов на ночь. Местно мазь с диклофенаком два-три раза в день, лёгкими движениями втирать. Мидокалм по сто пятьдесят миллиграммов один раз в день, чтобы снять спазм. Больничный нужен?

— Нет-нет, — покачал головой Грехов. — Спасибо вам, доктор. Второй раз к вам попадаю и убеждаюсь, какой же вы хороший врач.

Я записал его к себе на повторный приём, выдал лист с рекомендациями, и Грехов ушёл.

В перерыве между пациентами я отправился в отделение профилактики. В кабинете застал только Вику, Ирина Петровна куда-то ушла.

Первым делом взвесился. Так, сто пятнадцать килограмм, отлично иду!

— Поздравляю с назначением, — бодро сказала Вика. — Слухи уже дошли, это дело быстрое.

— С понедельника только заступаю, но спасибо, — кивнул я. — Что у нас по новостям?

— Тейтельбаум вчера лекцию прочитал, сегодня никого, вы ведь не распоряжались, — ответила девушка. — Завтра вы будете?

— Да, ставь тему «Яды как лекарства: история токсинов в медицине», — кивнул я. — Завтра с утра отнесу Кречетову материалы.

— Поняла, — кивнула Вика. — Кстати, у нас уже три тысячи подписчиков в сообществе!

— И есть даже не из нашего города, — улыбнулся я. — Как раз на конференции одного фаната повстречал.

— Надо же, — удивилась Вика. — Значит, пользуемся популярностью!

Я вышел из кабинета профилактики и вновь отправился к себе в кабинет.

Снова началась вереница дел. Пациенты, заявки, графики. Пришлось разбираться с жалобой на Беляеву. Суть была в том, что пациент не смог ей дозвониться и записаться на приём. Пришлось объяснить пациенту, что запись на приём ведётся через регистратуру, а не через личный номер врача.

В пять часов Остроухова вернулась с выезда, и я позвал её к себе.

— Решили и передо мной лично похвастаться своим назначением? — с порога спросила Галина Фёдоровна.

— Нет, я по другому вопросу, — ровным тоном ответил я. — Решил вашу проблему с недообследованными пациентами.

— Я бы не назвала это своей проблемой, — хмыкнула она.

— Это ваш участок и ваши пациенты, — напомнил я. — Так что всё-таки и проблема эта именно ваша. Павел Викторович подал заявку на передвижной флюорограф. Как только нам выделят эту машину, она начнёт объезжать сёла. От вас, как от ответственной за этот участок, нужен график. Список сёл с указанием количества подлежащих обследованию пациентов, маршрут движения машины с учётом дорог и сезонности. Разумеется, список ответственных в каждом селе — фельдшер или глава деревни. Сделаете мне к понедельнику.

— Я не успею за столь малый срок это сделать! — тут же возмутилась Остроухова.

— Галина Фёдоровна, тут ничего сложного, — отрезал я. — У вас есть все данные, и фельдшеры есть. Я просто прошу собрать всё воедино.

Остроухова помолчала.

— Хорошо, к понедельнику всё будет, — выдавила она из себя. — Могу идти?

— Идите, — кивнул я.

Ещё один терапевт, явно недовольный моим назначением. Что ж, всем точно не угодишь. Но хотят они того или нет, порядок в отделении я буду держать. Это теперь моя прямая обязанность.

После ухода Остроуховой мне позвонила Лиля.

— Я придумала, — радостно заявила она.

— Что именно? — уточнил я.

— Ну, подарок Стасе от Гриши. Помнишь, ты просил? — усмехнулась девушка. — Так вот, Стася уже давно мечтает заняться керамикой. И я узнала, что в Саратове на улице Чапаева есть студия «Глина и руки», у них есть сертификаты на индивидуальный мастер-класс, на четыре занятия и на восемь. Я думаю, что Грише стоит брать на четыре. Она и походит с удовольствием, и не устанет ездить.

— Отличная идея, — похвалил я. — Спасибо тебе.

— Я уже посмотрела на сайте, у них отличные отзывы, — добавила Лиля. — Там девушка из питерского художественного, переехала с мужем в Саратов и открыла свою мастерскую. Студия не дешёвая, но и не задирающая цены. Если хочешь, я скину Грише ссылку прямо сейчас?