Такой же критике подверглась и охота на ураганы. Ураганы по своей воле меняют размер и направление движения, то усиливаясь, то затихая. Поэтому невозможно утверждать, что Ленгмюр вызвал какие-то изменения в поведении урагана, а это не было совпадением. На самом деле обвинений в адрес проекта «Циррус» за случившееся в Саванне не последовало по той причине, что метеорологи подняли старые отчеты за 1906 г. об урагане, который совершил точно такой же необычный поворот в Атлантике.
Споры относительно достоверности результатов проекта «Циррус» продолжались еще почти 10 лет. Метеорологи придирчиво критиковали работу Ленгмюра, но у него всегда находились отговорки, а Нобелевская премия давала ему перевес в спорах с оппонентами. Он защищал свои идеи и на публичных лекциях об управлении погодой, а лектором он был, судя по всему, великолепным и сочетал в себе очаровательное добродушие и научный авторитет. Хотя проект «Циррус» прекратил существование в 1952 г., а в 1957 г. умер сам Ленгмюр, ученый вложил в идею управления погодой столько энтузиазма, что американское правительство в 1962 г. учредило проект «Яростная буря» (Stormfury) с теми же задачами.
Для реализации нового проекта потребовался многомиллионный бюджет и несколько самолетов. Как следует из выразительного названия, суть проекта заключалась в разработке новых способов атаковать облака. Вместо того чтобы разбрасывать «семена» вручную, пилоты засыпали йодид серебра в алюминиевые канистры и распыляли с помощью пулемета Гатлинга. Тра-та-та-та-та. И чтобы не полагаться на случай, ураган окружали одновременно 10 самолетов и расстреливали его в течение часа. Кроме этого, американские военные решили вложить средства еще в один проект по управлению погодой и превратить результаты этого проекта в новое оружие. Идея «погодного оружия» выросла из военного проекта, реализованного во Вьетнаме. К 1966 г. военные потратили миллионы долларов на уничтожение леса в Индокитае, чтобы увеличить видимость для бомбардировок. Некоторые генералы предпочитали использовать для этой цели агент «Оранж», но другие полагали, что старый добрый огонь работает лучше. Однако во влажных местных лесах огонь сопровождался большим количеством дыма. И, как мог бы предсказать Джеймс Эспи, за дымом часто следует дождь. Конечно же это был Вьетнам, территория дождевых лесов, где дожди не были редкостью. Так что никто не занимался статистическим анализом, чтобы проверить наличие корреляции. Однако в условиях постоянной сырости в головах некоторых офицеров начала прорастать одна мысль. Каждый год с мая по сентябрь во Вьетнаме устанавливался сезон дождей, причем иногда за месяц выпадало до 40 см осадков. От дождя в грязевое месиво превращались все местные дороги, включая Тропу Хо Ши Мина, которая была жизненно важным путем для Национального фронта освобождения Вьетнама и проходила по территории нескольких государств. Американцы считали, что, если дождей будет еще больше, они смогут полностью останавливать любые передвижения врага ежегодно на несколько месяцев. Они назвали эту схему операцией «Попай» (Popeye).
Когда президенту Линдону Джонсону изложили этот план, он пришел в полный восторг, и проект стартовал в 1967 г. На Северный Вьетнам и Лаос посыпались «семена». Вновь избранный президент Ричард Никсон расширил программу в 1969 г., обеспечив ей поддержку со стороны обеих партий.
По неясным причинам ВВС осуществляли полеты на самолетах, которые прежде предполагалось использовать для перевозки мусора. В целом за время проведения операции американские пилоты совершили 2602 вылета и выпустили 47 409 зарядов с йодидом серебра. Честно говоря, задача этих заклинателей дождя была гораздо скромнее, чем задача Ирвинга Ленгмюра, который верил, что сможет навсегда покончить с ураганами и превратить пустыню Нью-Мексико в цветущий сад. Военные просто хотели продлить муссоны на несколько недель и усилить дожди. В результате дороги раскисли бы еще сильнее, смыло бы некоторые мосты и, возможно, случилось бы несколько стратегически важных оползней. Военные даже поздравляли друг друга с выбором более гуманных способов ведения войны, поскольку поливать врага водой, безусловно, гуманнее, чем жечь напалмом. Даже лозунг всей операции звучал так: «Грязь, а не война». Кроме того, оружие это было скрытым: без анализа дождевой воды ничего нельзя было заподозрить. Однако завеса секретности над операцией начала таять в 1971 г., когда Washington Post обнародовала некие докладные записки. Ссылки на эту операцию были и в «Документах Пентагона», утечка которых произошла в том же году. В июле 1972 г.[40] New York Times опубликовала статью о «погодном оружии». Через два дня ВВС США приостановили заклинание дождя в Юго-Восточной Азии. Несмотря на многократные запросы со стороны Конгресса и прессы, Пентагон отказывался комментировать этот вопрос (появилась даже шутка, что наконец ситуация в корне изменилась: хоть кто-то занимается погодой, но при этом никто о ней не говорит).
Наконец в 1974 г. упрямый сенатор от Род-Айленда Клейборн Пелл вызвал нескольких официальных представителей Пентагона на слушания. Пелл соглашался, что заливать людей водой более гуманно, чем бомбить, но метод «осеменения» облаков был настолько грубым, что от оползней и наводнений в равной степени могли пострадать и гражданские лица, и военные. Пелл указал на серию наводнений, разрушивших Северный Вьетнам в 1971 г. Были ли к этому причастны военные? Представители Пентагона отрицали свою вину, утверждая, что никогда не вызывали столько дождя, чтобы спровоцировать наводнение. За таким ответом последовал новый вопрос: сколько же дождя вызвали военные? Несколько сантиметров в месяц, не больше, утверждали представители Пентагона. На самом деле они даже сомневались, что вьетнамцы заметили их усилия: довольно трудно определить разницу между 50 и 55 см осадков в месяц. Так почему же, настаивал Пелл, военные потратили 21,6 млн долларов (130 млн в сегодняшнем эквиваленте), если программа не работала? «Сэр, мы пытались сделать хоть что-нибудь», — был ответ.
Понятно, что, когда эта информация выплыла на свет, правительство прекратило финансировать проекты по управлению погодой (но ни на минуту раньше: вскоре стало известно, что Пентагон уже вынашивал планы расширения программы создания погодного оружия до невероятных масштабов глобального «климатического оружия»; в частности, предполагалось проделывать озоновые дыры в небе над вражескими державами или вызывать землетрясения на расстоянии). Технически шумиха вокруг операции «Попай» не должна была повлиять на финансирование проекта «Яростная буря», не имевшего военной цели. Ученые хотели только найти способы борьбы с засухой и научиться ослаблять силу ураганов — весьма достойные задачи. Но проект попал под ту же волну запретов и заработал дурную славу. Не улучшало ситуацию и то, что зарождавшееся в 1970-х гг. движение по защите окружающей среды объявляло влияние на климат высокомерным и чуть ли не аморальным: за миллиарды лет практики мать-природа, наверное, лучше нас поняла, что ей делать.
Следует заметить, что проекты по управлению погодой были остановлены не только по политическим соображениям, но и по той причине, что они, в сущности, не давали результатов. Безусловно, ученые верили, что научились делать такие скромные вещи, как разгонять туман в аэропорту или выжимать из некоторых облаков дополнительные капли дождя. И в научном плане вся проделанная работа не была напрасной. К сожалению, выяснялось, что многие результаты экспериментов подрывали исходные теоретические предпосылки. В частности, при усмирении ураганов ученые рассчитывали на взаимодействие йодида серебра с переохлажденной водой, происходящее с выделением тепла. Но результаты показывали, что в ураганах почти нет переохлажденной воды. Следовательно, нет и исходного материала для цепной реакции. И странные результаты, которые порой наблюдались после обработки урагана йодидом серебра, скорее всего, были просто совпадениями.
