Вздохнув, сосредоточился на себе, точнее на том, что дали мне приключения в мире демонов. Мой дар перепрыгнул на девяносто четвёртый уровень. И что самое любопытное — пропало «чтение душ». Да, та самая способность, что помогла мне со склизом и крылатыми ящерами, ставшими участниками боя с лордом Груфусом в Лабиринте на площади Четырёх храмов. Мне тогда с помощью этой способности, не требующей энергии душ, удалось «убедить» ящеров, что я очень опасный гад, с которым лучше не связываться.

Сейчас эта способность пропала, но появился магический атрибут. Пёс его знает, что он делает, но логика мне подсказывала, что «чтение душ» должно быть как-то связано с ним. Может, атрибут — следующая ступень эволюции «чтения душ»?

К сожалению, сейчас новый атрибут вызвать не получится. У меня всего одна душа в «клетке». Надо пополнить запасы, а уже потом экспериментировать.

Я досадливо хмыкнул и вздрогнул от неожиданности, когда стремительно открылась дверь, а на пороге в сумраке возник Павел, облачённый в длинный халат.

Внук вытаращил зенки, а я отбарабанил на одном дыхании:

— Ты так не врывайся! Ей-богу, чуть сердце не остановилось. Возраст же!

— Я… я не думал, что ты тут! — выдохнул внук, войдя в спальню. — Просто хотел взять веб-камеру.

— Какую ещё веб-камеру? — насторожился я. — Ты что, извращенец, наблюдаешь за тем, что дедушка делает в постели?

— Нет, ты чего! — ужаснулся Павел и аж перекрестился. — Просто я купил её и положил в твой ящик. Ты же сам как-то раз просил меня приобрести парочку.

— Да? Вполне может быть, — потёр я подбородок двумя пальцами и слёз с подоконника. — Ладно, бери камеру. Только зачем она тебе?

— Мы хотим установить её в лаборатории, чтобы через неё следить за живым зельем. Кстати, за время нашего дежурства никаких происшествий не было. Котелок в кастрюле, а та в холодильнике. Мы открывали дверцу и проверяли — всё на месте. Только в котелок, конечно, не заглядывали.

— Молодцы, — похвалил я внука и увидел, как за ним возникла мускулистая фигура Вячеслава.

— О, дедушка вернулся, — прогудел он. — Как твои дела? Всё нормально?

— Ага, если не считать того, что Павел хочет меня прикончить. Надо, блин, двери теперь запирать.

— Ну деда! — вздохнул пухляш и метнулся к столу.

Выдвинул ящик и взял две картонные коробки.

— Не тяжело? — иронично выдал я. — Помочь?

— Сам справлюсь, — пропыхтел он и вышел вон, проскользнув мимо брата.

Тот посмотрел на меня, и мы вместе пошли за Павлом.

— Дед, а что это за зелье такое, живое и ядовитое? — приглушённо спросил Вячеслав, подозрительно оглядевшись, словно нас могли подслушать, хотя все слуги, наверное, уже десятый сон видели.

— Пока сам не знаю, — пожал я плечами.

— А откуда у тебя его рецепт?

— В интернете прочёл. Там всякое пишут, — усмехнулся я.

Внук понял, что я не хочу говорить о зелье, но всё же произнёс, сверху вниз внушительно глядя на меня:

— Это зелье может прославить наш род на весь мир. Никто никогда не делал живых зелий. Я, признаться, даже не верю, что оно и вправду живое. Однако Владлена Велимировна убеждает меня в обратном. Да и ты не отрицаешь, что зелье живое.

— Вячеслав, я уловил ход твоих мыслей. Подумаю, что с этим можно сделать.

Внук пожевал губы и коротко кивнул, принявшись молча спускаться по лестнице, освещённой настенными бра.

Она привела нас в подвал. Мы миновали его и вошли в лабораторию. Здесь до сих пор пахло жжёной проводкой, высушенными травами и свечным воском. Но на металлическом столе появились мощные фонарики, освещающие помещение. Только в самых углах залегли тени. Да между реторт, колб и перегонных кубов таился мрак. Ещё он проступал под глазами сонно зевающей Владлены Велимировны, сидящей на краю стола, свесив с него ноги.

— О, явился не запылился! — выдохнула она, глянув в сторону нашей троицы.

— Не разговаривай с моим внуком в подобном тоне, — ухмыльнулся я.

— Это она тебе, — шёпотом подсказал Павел, порой бывающий жутко наивным.

Он вместе с братом принялся устанавливать веб-камеры.

Владлена же грациозно спрыгнула со стола, поправила водопад чёрных волос и подошла ко мне с насмешливой полуулыбкой.

— Убил, кого хотел? — спросила она, скользнув взором по моей порванной, заляпанной кровью рубашке с одним рукавом.

— Не совсем.

— Да ты что? Ты и не убил? Фантастика какая-то! — деланно удивилась магичка, вскинув соболиные брови. — Ещё скажи, что именно этот проходимец нанёс твоей рубашке травмы, несовместимые с жизнью.

— Хочешь верь, хочешь нет, но я сам оторвал рукав, дабы кое-кого спасти, — проговорил я и решил перевести тему, кивнув на внуков: — Как они?

— Всё хорошо. Я за ними присмотрела.

— Я и гляжу: тощие стали, болезненные, мрачные. Но всё равно спасибо. Думаю, теперь можно идти спать.

— Ты не придумал, что делать с зельем?

— Размышляю над этим, — уклончиво ответил я.

Велимировна хмыкнула, прикрыла зевок ладошкой и сказала:

— Поеду спать домой, а то здесь хрен выспишься.

— Мудрое решение, — польстил я Владлене и следом за ней вышел из лаборатории, оставив внуков одних.

Они и сами справятся. А мне действительно нужно поспать. Ну а ежели чего, то внуки разбудят меня.

Придя к такой мысли, проводил Владлену, принял душ и завалился спать. Спал без сновидений, как старая колода. А проснулся утром от вопля. Не сказать, что мне понравилось, но стало интересно.

Вопль раздался где-то в коридоре второго этажа, буквально за дверью моей спальни, заставив меня резко принять сидячее положение.

Враги? Демоны? Прорыв тварей из Лабиринта⁈

В голове ещё царила сонная хмарь, примерно такая же, как за окно, где клубился утренняя туманная дымка. Но моё тело хоть и ныло после вчерашних приключений, однако приготовилось к схватке. Мышцы напряглись, а взгляд прищурившихся глаз метнулся к двери.

Та резко открылась, явив мне улыбающегося до ушей Павла со всклокоченными светлыми волосами и надетым впопыхах халатом.

Он торопливо помахал газетой с мелкими влажными капельками и радостно заорал:

— Деда, знаешь, какая нынче самая популярная статья⁈

— Сто пятьдесят восьмая Уголовного кодекса Российской империи? Та, что за кражу? — хриплым после сна голосом предположил я, мысленно пообещав себе запирать двери на все замки.

— Да я не про те статьи, а про эту! — выпалил он и развернул газету.

Я ещё больше прищурился и разглядел напечатанную улыбающуюся физиономию Павла, а также скромно потупившую взгляд Жанну Воронову.

— Вас разыскивают, что ли? — усмехнулся я, на самом деле уже поняв что к чему. — Идёте по моим стопам.

— Генрих Красавцев ещё вчера поручил написать статью про мою свадьбу, а сегодня она уже в газете на главной полосе! — отбарабанил внук, улыбаясь до ушей. — И статья уже стала самой популярной даже в интернете!

— Поздравляю, — хмыкнул я и выбрался из-под одеяла.

Зябко поёжился, сунул ноги в тапки, поправил трусы и двинулся в сторону двери, ведущей в ванную комнату.

— Спасибо, дед. Только знаешь, я переживаю из-за того, что свадьба состоится так быстро. Как на это посмотрит высший свет? — нахмурился внук и закусил нижнюю губу.

— Плевать. Аристократы и так считают нашу семью странной, так что пусть идут на хрен. Надо спешить жить, а то так и помрёшь, не поживши.

Павел задумчиво почесал висок, опустил взгляд и вдруг робко проговорил:

— А я… я достоин Жанны? Вдруг у меня не получится сделать её счастливой?

— Получится. Не переживай. Ты хороший паренёк. Чистоплотный, к лотку приучен, образование получишь. Всё будет отлично, — подмигнул я внуку и скрылся за дверью, оставив Павла с признательной улыбкой на губах.

Моя грубоватая поддержка вдохновила его. Вот и ладушки… Пристрою Павла, а потом и Вячеславом займусь.

Пока же я провёл в ванной комнате без малого четверть часа, а затем надел домашний мягкий костюм, похожий на спортивный. Провёл пальцами по вышитому на груди гербу Зверевых и уже собрался идти на завтрак, как внезапно на столе рядом с компьютером зазвонил домашний телефон.