Узница обернулась к пленителю и изобразила самый наивный и невинный вид, который только смогла. Но внутренне она вся напряглась. Как, Драгор тебя разорви, он смог так быстро догадаться⁈

— Ну что ж, веил’ди, приятно было повидаться, но меня ждут важные дела. Надеюсь, моё гостеприимство оставит у вас хорошие впечатления.

Элиира хотела что-то сказать, но ладонь Адамастро уже накрыла её глаза. Вспышка, и мир погрузился во тьму.

У Перстов Элдрима я оказался тогда, когда в Патриархии уже наступила ночь. Однако здесь полоса заката всё ещё цеплялась за далёкий горизонт, заливая землю кровавым светом. С собой я прихватил и Аскара, которого разыскала для меня Элиира. Чтоб подонок никуда не сбежал, я надел ему на ноги кандалы, у которых длина цепи была вдвое короче, чем шаг взрослого мужчины. Из-за этого ублюдку приходилось часто перебирать ногами, чтобы поспевать за мной. Руки северянина я стянул за спиной, на голову напялил плотный мешок, а на шею верёвочную петлю.

Мне стоило невероятного терпения сдержаться и не вскрыть эту мразь «Зонтиком» прямо на месте. Когда я смотрел на это нелепо семенящее создание, спотыкающееся через каждые два шага, то перед внутренним взором неизменно возникало лицо Велайда. Бледное, покрытое пылью, с пустым стеклянным взглядом и ниточкой слюны, тянущейся из приоткрытого рта. Ярость и ненависть жгли меня почище каленого железа. Но я обещал убийцу Насшафе. Уж абиссалийка-то позаботится о том, чтобы жизнь Аскара превратилась в настоящий ад. И только эта мысль помогала мне тушить бушующую жажду мести.

— Наставник! Слава всем богам, вы вернулись! — узнал я по голосу Тарина, повстречавшись с ним возле самых врат бастиона. — Мы чуть с ума не сошли, когда вы исчезли!

— Ты что, дежурил здесь? — удивился я.

— Ну… мы ждали вас к полудню, а когда вы не появились, то отправились на поиски сами…

— Надеюсь, никто больше не знает о моей отлучке? — нахмурился я.

— Нет-нет, что вы, мой экселенс! Мы сохранили это внутри братства и… э-э-э? Кто это с вами?

Тарин только сейчас заметил, что я кого-то веду за собой на поводу, как паршивую дворнягу. И, естественно, озадачился.

— А это, брат, последний из убийц Велайда, — глухо отозвался я.

Безликий, услышав мой ответ, замер. Кулаки его сжались, а грудь медленно поднялась и опустилась.

— Очень хорошие новости, Наставник, — почти прорычал Тарин. — Уже не терпится увидеть эту паскуду в петле с выпущенными кишками.

Пленник что-то замычал сквозь кляп, пропихнутый до самой глотки.

— Не хочу тебя разочаровывать, брат, но мы не притронемся к нему. Я отдам его Насшафе.

— О-о-о, так даже лучше, — недобро усмехнулся Безликий. — Милария Белая Смерть точно сделает его последние дни незабываемыми.

— Может дни, а может и годы, — пожал я плечами.

— М-м-х! Уву-му-ха-ва! — ещё активней задёргался северянин.

— Заткнись, падаль! — с силой дёрнул я верёвку.

Но тот не внял предупреждению. Пришлось сунуть ему кулаком в брюхо. И только после этого Аскар захрипел, согнулся в три погибели и, наконец, замолчал.

— Что-нибудь произошло в моё отсутствие? — поинтересовался я у Тарина.

— Ничего особенного, мой экселенс. Останки алавийцев поскидывали в траншеи и зарыли. Своих похоронили со всеми почестями. Ильгельды успели договориться, кто и в каком количестве останется защищать стены, а кто отправится дальше на запад. А, и еще! Вас разыскивал какой-то офицер. Я не узнавал его имени, но он уже раз пять стучался в двери комендатуры.

— Понял, на месте разберёмся. Вперёд.

И мы отправились внутрь бастиона, проходя сквозь многочисленный гарнизон уже наших воинов. Солдаты, видя меня с Тарином, приветствовали нас издалека. Некоторые начинали скандировать что-то вразнобой. Изредка я отвечал им взмахом ладони, отчего бойцы приходили в ещё больший восторг, будто малые дети. А потом мой взгляд споткнулся об виселицу, сколоченную из свеженьких брёвен. На ней болтались сразу пять полуобнажённых тел. Чёрт, это же те пехотинцы из рощи! А вон тот, судя по расквашенной физиономии, подданный Равнинного Княжества. Совсем вылетел из головы этот эпизод…

Задумавшись над причиной побудившей полевой совет вздёрнуть и пострадавшего, я не заметил, как мы с Тарином дошли до здания комендатуры бастиона. И там ко мне тотчас же подскочил офицер с незнакомым гербом на одеждах.

— Мой экселенс, Лидан нор Веншер, энгор Второго Щитоносного полка, к вашим услугам! — браво отсалютовал он, вытягиваясь в струнку. — Мне поручено доложить, что утренний инцидент улажен, все виновные понесли наказание! Суд девяти мечей установил все обстоятельства произошедшего и вынес соответствующий приговор. Если вам интересно, то всё началось…

— Не интересно, экселенс, простите, — холодно перебил я офицера. — Не хватало мне в солдатские склоки вникать. Впредь следите за своими бойцами внимательнее, чтобы их не приходилось вешать.

— Я приложу все усилия, дабы такого рода постыдные происшествия более не повторялись! — отчего-то побледнел нор Веншер.

— Хочется верить. Если это всё, то можете идти.

— Спасибо, мой экселенс!

Аристократ щелкнул каблуками, приложил кулак к плечу и ретировался, едва ли не строевым шагом.

Да уж. Всего лишь шесть лет назад я, зелёный эльдмистр, сидел в шатре командующего Сарьенского полка, и усиленно вникал в премудрости плетения чар. А сегодня передо мной тянутся во фрунт целые энгоры. Что же будет, когда я возьму ещё и Элдрим?

Наконец-то я увидел своими глазами белоснежные стены жемчужины всего западного побережья — Элдрима. Самый большой город-порт на континенте. Богатый настолько, что сложно представить себе количество золота и серебра, которое проходит через его казну. Отдельное государство, обнесённое высокими стенами, и живущее по собственным законам.

Признаться, после всего, что я слышал об Элдриме, представлял я его сильно иначе. В реальности он выглядел как нагромождение из разнокалиберных каменных построек. Одни стремились к небесам, другие, наоборот, будто грузно пригибались к земле. Во многих зданиях алавийский архитектурный стиль просматривался лишь отдалённо. Да и стены, если честно, не сверкали прям уж безукоризненной белизной, как мне рассказывали. Ближе всего, мне кажется, был цвет пожелтевшей от времени и старых затоплений потолочной побелки.

Тем не менее, масштабы всё равно поражали. Глупо спорить, что это поистине огромный город. Пожалуй, самый большой, который мне доводилось видеть в этом мире. Я даже не берусь судить, сколько в нём умещалось жителей. С равным успехом их может оказаться как сто тысяч, так и все триста. А если приплюсовать к этому ещё и гарнизон…

Но как бы там ни было, а появление на горизонте армии объединённых людских государств стало для города-порта грандиозным сюрпризом. Сначала они даже не распознали угрозу. Дозорные со стен лениво рассматривали наше войско и трепещущие на ветру штандарты. Вероятно, полагали, будто это движутся солдаты союзных Капитулату провинций. Очевидно, что никто не ждал нашего вторжения. Ведь Персты пали настолько стремительно, что весть о том не успела достичь этих земель. И, ей богу! Воспользуйся я заминкой противника и направь отряд кавалерии, то они бы ворвались в Элдрим, не встретив сопротивления. А там мы вполне могли бы занять и удерживать входную галерею до подхода основных сил. Однако я всё же решил действовать согласно изначального плана, а не рисковать в импровизации.

С помощью «Орлиного взора» я следил за суетой, поднявшейся, когда до защитников дошло, что враг уже на пороге. Пусть с большим запозданием, но на стенах всё же забегали сотни стражей, а железная надвратная герса с лязгом рухнула вниз. Десятки торговых обозов и телег, не успевшие попасть внутрь, оказались брошены на произвол судьбы. Кто-то остался глупо стоять у закрытых створок, другие, почуяв, чем пахнут перспективы, попытались развернуться и уйти на север. Третьи, самые сообразительные, уже рубили упряжь, чтобы сломя голову бежать на освобождённых лошадях, побросав свои грузы.