В углях запекалась камбала, укутанная в листья морской капусты. Такое диковинное блюдо вместо привычной ухи взялся готовить Ингвар Навага – молодой бонд из окрестностей Ярена, уже не раз показавший смекалку в рыбной ловле. Именно он придумал ловить камбалу на отмели, соорудив лужу-ловушку с приманкой в виде мешочка с морскими червями. В прилив рыбы налетели на приманку, а когда настал отлив, добычу можно было собрать из лужи голыми руками. Ингвар клялся, что камбала в водорослях будет необыкновенно вкусна, однако пока из углей только пованивало жженой травой.

– Сидим на этом острове, будь он неладен… – продолжал Бранд.

Он будто ворчал себе под нос, но в действительности говорил вслух о том, о чем прочие лишь думали.

– А зима все ближе. Скоро и Змеево море встанет…

– Не скоро еще, – заметил кто-то. – Время есть.

– Скоро, не скоро – лету уже конец… Холода нагрянут быстро. А ярл молчит. Только и делает, что бродит один по взморью, – видно, с морскими духами разговаривает… Эй, Даг, – повернулся воин к бородачу. – Сходил бы, узнал у ярла, что дальше-то делать. Готовимся к зимовке, или возвращаемся в Яренфьорд, или…

– Вот сам и иди! – огрызнулся Даг. – Потом поведаешь нам волю ярла – а мы тебя тут подождем.

Осанистый, могучий зверобой за последнее время изрядно отощал. С его лица не сходило угрюмое, настороженное выражение. Впрочем, как и у других.

– А я что? – тут же пошел на попятную Бранд. – Это у тебя в Ярене семья, а меня никто не ждет… Я, знаешь ли, чаще думаю, кто мы теперь. И кому теперь служим…

– Да кому бы ни служили, мы теперь пропащие души, – буркнул Даг. – Ты, Мороз, спрашиваешь, кто мы теперь? А я все чаще думаю, куда мы попадем после смерти, которая, клянусь, уже близка! Уж точно не в избранную дружину Всеотца! Да и Ран, Госпожа Бури, нас не слишком-то ждет на своем корабле… Сперва бросили ярла, а теперь служим неведомо кому, предав исконных богов и мертвых товарищей…

Во мраке землянки повисло тяжелое молчание. Все вспоминали ужасную судьбу Дарри и кровавую гибель Лодина. А также Крума, старого Гнупа, Одда Сушеную Треску и других…

– Наш ярл уже не наш ярл. Мы не гребцы его, не воины и не звероловы, – хрипло сказал Смиди Тощий. – Мы – его пища. Он кормит нами Змеево море…

– Что ты предлагаешь, Смиди? – повысил голос Бранд. – Куда нам деваться? Сбежать от него? Мы уже разок попытались! Ты же понимаешь: он сделает с нами все, что пожелает?!

– Словом, куда ни кинь – пропали мы, – со вздохом произнес Даг. – Станем служить морскому змею или пойдем ему в пищу – славного посмертия нам точно не видать. А все потому, что предали своего ярла! Сбежали, струсили, нарушили клятву! Вот нам расплата…

Все мрачно замолчали, чувствуя, как приблизился к ним призрак ледяной реки Хельхейма, несущей мечи и кинжалы…

Камбала на углях меж тем понемногу доходила. Морская капуста почернела и обгорела, вонь жженой травы сменилась вкусным солоноватым духом запеченной рыбы. Ингвар склонился над очагом и разрезал рыбину. Под черной коркой оказалось розоватое мясо, пахнущее так, что многие сглотнули слюну.

– Так ведь… – раздался в темноте робкий голосок юного Халли.

– Зачем лезешь в беседу мужей? – недовольно оборвал его Смиди.

– Да я подумал… Дозволь сказать?

– Ну, говори, малец.

– Клятва ярлу и клятва морскому змею, – пролепетал Халли, – это ведь две разные клятвы…

– А сосунок-то прав! – воскликнул Бранд, оживившись. – Слушайте! Мы заключим с ярлом Арнгримом новый договор!

Темнота наполнилась недоумевающим бормотанием нордлингов.

– Зачем ему-то это надо? – озвучил общее мнение Даг. – Он и так заберет все, что захочет.

– Мы нужны ему, – торопился Бранд, уцепившись за новую мысль. – Воины, гребцы… Те, кто поведет дальше «Красного волка»! И не спорь, Смиди: хотел бы он утопить нас – утопил бы еще в Горле. Но он привел нас сюда. И не стал казнить вместе с Хальфиннами. Мы нужны ему!

– Возможно, как жертвы, – заметил Даг.

– И что с того? – вскричал Бранд. – Ярлу нужны души в жертву Змееву морю? Так мы ему наловим местных рыбоедов! Столько, сколько прикажет! Пусть только пообещает не убивать своих людей, а мы будем служить ему не за страх, а за совесть! Что скажете?

– Что ж, может, и получится, – с сомнением протянул зверобой.

– А другого выхода и нет, – подытожил Бранд. – Во имя молота Громовержца, до чего же вкусно пахнет твоя стряпня, Навага!

– А то, – довольно отозвался юноша. – Водоросль мясу всю морскую соль отдала. Я дома так часто делал…

Он склонился над рыбиной, выхватил ее из углей и принялся резать на деревянной доске, оделяя всех шипящими кусками. Некоторое время не было слышно ничего, кроме чавканья.

– Занятная все же рыбина. Всю ее сплющило да скособочило, – облизываясь, заметил Даг. – С одной стороны хребта – брюхо и кости, с другой – чистое мясо. Почему ее боги такой создали?

– А это не боги, – ухмыльнулся Ингвар. – Это кит…

– Какой еще кит?

– А вы не слыхали? Раз кит увидел камбалу и подумал: «Ах, какая красотка!» Догнал, схватил – и давай любить…

Сумрак землянки загремел от смеха – впервые за долгие мрачные дни.

– Эх, не хватает Дарри, уж он бы рассказал, – хмыкнул Даг. – А то и показал…

– А знаете, почему у морского бычка такие большие глаза? – невозмутимо продолжал Навага. – Потому что он все это видел!

Когда хохот затих и камбала была съедена, Бранд вскочил на ноги.

– Пойду-ка поищу ярла, – заявил он. – Если что, не поминайте лихом…

Люди посторонились, пропуская его к лазу. Все знали, что чаще всего Арнгрима можно было найти на берегу моря.

Вдруг Мороз будто запнулся:

– А где Снорри?

Скальда в землянке не обнаружилось. Да и вообще оказалось, что его уже давно никто не видел.

Арнгрим сидел на сухом дереве, выбеленном солью Змеева моря. Где-то в тумане раздавался тихий, размеренный плеск маленьких волн, набегающих на песчаный берег.

Ярл не слышал шума волн и не смотрел по сторонам. Он сидел с низко опущенной головой, и глаза его уже не полыхали тем желтым огнем, который так напугал Бранда. Ярость никуда не делась, она так же тлела внутри. Арнгрим устал от нее – да и просто устал; его мысли успели убрести далеко от предателей и мести.

Он думал о Змее…

Арнгрим и рад бы не думать, но все его размышления возвращались к удивительному превращению. Все это произошло будто не с ним. Молодой вождь снова и снова вспоминал каждое мгновение того дня, когда внезапно берег сковало холодом и среди лета пошел снег…

Он наслаждался этими воспоминаниями. В то же время они пугали его.

Арнгрим не знал, как случилось, что он обратился морским змеем, какие силы направили его превращение. Он мечтал пережить его еще раз – и опасался, что ничего не получится…

«Ох, не о том я думаю! Близятся холода… Куда идти дальше? Как обойтись с предателями, которые напоказ раскаиваются в своем бегстве, но исподтишка смотрят на меня с ненавистью…»

Арнгрим вздохнул, еще ниже поникнув головой. Он прибыл на Змеево море в поисках ответов. Он получил ответы…

А что теперь?

Возвращаться домой, в Ярен? Тогда надо поспешить, чтобы успеть до осенних штормов и наступления льдов на Дышащем море…

Но сама мысль о том, чтобы покинуть Змеево море, претила ему.

«Вот еще! Источник моей силы – здесь! Добровольно от него отказаться?!»

На него снова нахлынули воспоминания о бесконечно могучем длинном теле, рассекавшем холодную, темную толщу моря, а та словно сама расступалась перед ним…

«Давай, упивайся мощью и величием, – насмешливо сказал Арнгрим самому себе. – Только сперва разберись, твоя ли это мощь».

Он поднял голову и вгляделся в туман над морем. Однако все вокруг было скрыто в непроглядном мареве – в точности как его будущее.

«Или же через меня стремится в мир нечто божественное? Явится – да и раздавит меня, как скорлупу…»