- Естественно, не позволят. Материалам присвоен высший уровень секретности. Была попытка не допустить утечки информации по данному факту, однако из-за больших масштабов трагедии, это сделать не удалось. Некоторые горячие головы утверждают, что к взрыву причастны русские, поскольку им выгодно ослабление Германии.
- Так у Германии отношения с Россией вроде бы не обострены.
- Скажу вам так, мы и наши союзники, я имею ввиду Германию, проявляем интерес к ресурсам России. В банке для вас подготовлены все необходимые документы. Вы под видом сверки платежей и поставок объезжаете фабрики, мануфактуры и предприятия, и в беседах пытаетесь что-то выяснить. Даже самое незначительное упоминание о взрыве не должно оставаться без внимания. Доклад от вас ожидаю каждые два дня. Используйте телефоны или телеграф. Если появятся конкретные лица, не принимайте мер к их задержанию. Лучше сообщите о них полицейским, они найдут способ сделать это правильно. Эта работа не на один день, и даже не на один месяц, но мы должны попытаться выявить хоть что-то. Средства на ваше путешествие у финансистов приготовлены. В таком случае, я вас не задерживаю, завтра же отправляйтесь.
Расписавшись в ведомости о получении кругленькой суммы в десять тысяч крон, я отправился домой готовиться к вояжу. Ситуация - хуже некуда. Пойди туда, не знаю куда, найди хоть что-то.
Домой попал не сразу, завернул в гости к супругам Леманн, в надежде от них услышать о трагедии в Потсдаме.
Гер Леманн и фрау Гертруда были рады моему появлению. Усадили за стол, и как обычно обильно накормили. Затем последовало традиционное питие кофе с коньяком.
Леманн в течении получаса рассказывал об обстановке, сложившейся в Европе. Он оперировал фактами, полученными из разных источников, включая информацию от агентуры, газет и журналов Австро-Венгерской империи. Впечатление от сказанного было удручающим, аналогичным тому, когда кто-то держит зажженный факел у бикфордового шнура, соединенного с горой пороховых бочек. Рано или поздно рука с факелом устанет, и тогда полыхнет, а затем рванет очень сильно.
Герт считает, что война будет однозначно, и вести ее будет Германия, сражаясь на западе с Францией, а на востоке с Россией. Австро-Венгрия, верная союзническому долгу, тоже ударит по России. Нас ожидает нелегкое время.
О взрыве в Потсдаме достоверной информацией супруги не располагали, их германская агентура передала только слухи.
А вот о полковнике Терехове знакомая фрау Гертруды отписалась. У нашего куратора очень серьезные проблемы. К нему заместителями назначили иностранных офицеров: один британец, второй француз. С момента их назначений случилось несколько провалов русских разведчиков, даже среди тех, кто отработал за рубежом более двух десятков лет. Во всех бедах обвиняют Александра Петровича, хотя прямых доказательств нет. Он пока занимает свой пост, однако в полной мере не руководит закордонной работой офицеров разведки. Знакомая фрау Гертруды не уверена, но, похоже, Терехов переправил жену и дочь за границу, предположительно в Японию. Сын продолжает служить в Москве. После получения этих сведений Леманны прекратили отправку сведений Терехову, опасаются последствий для себя. Мой пакет отправили, но кружным путем. Герт надеется, что Александр Петрович успел убрать подальше его документы.
Неплохо было бы узнать, как обстоит дело с моими бумагами, а то не ровен час, начнут разматывать клубок, и доберутся до моей семьи.
Вену покинул на следующий день. Перво-наперво заехал в Тарасп, запретил Анне отправлять сведения в Россию до прояснения ситуации, вкратце рассказал о случившемся.
В банке забрал документы и отправился сначала во Францию, после встреч с агентурой поеду в Германию. Полковник, сам того не подозревая, помог мне в работе с агентурой. Я готовил её к работе в военное время, уточнял способы связи, выплачивал авансом деньги для заготовок продовольствия.
Будучи в Париже, встречался с агентом «Жиль». В ходе инструктажа, так, наудачу сообщил приметы Леклерка, и был несказанно удивлен. Поль Леклерк агенту знаком в качестве помощника военного атташе посольства Франции в России. По словам агента, Поль страстный любитель женщин. На этой почве у него возникали серьезные трения с сослуживцами. Его родитель, довольно влиятельный промышленник во Франции, походатайствовал о посылке наследника в холодную Россию, в надежде, что там он не найдет себе приключений. В настоящий момент Поль отбыл снова в Россию, перед этим навещал родителей на Рождество.
Кое-что начинает проясняться. Если сопоставить информацию знакомой фрау Гертруды о наличии в окружении Терехова иностранцев, то почему нельзя предположить, что в Генеральном штабе России находится офицер союзной Франции. Не нравится мне вся эта ситуация, серьезные ведомства становятся «проходным двором», информация утекает с быстротой горной реки, но без ее характерного шума, по-тихому.
Встречался с большим количеством людей в разных странах. Мои усердные копания и задушевные беседы с банкирами, инженерами и управляющими заводов пока не дали никакого положительного эффекта. Четыре месяца провести в дороге – это, я вам скажу, нелегкий труд. Пришлось покупать новые туфли, потому что на старых подошва стерлась, опасался пятки стереть о мостовые. Штайнлицу я докладывал о своей работе в оговоренные сроки. Кстати, он тоже ничего вразумительного сообщить не мог. По его словам, следствие пока топчется на месте, причастных к взрыву лиц не обнаружили. Для публики арестовали нескольких германских социалистов, этим и ограничились.
Покидая гостиницу «Веселая Гретхен» в Мюнхене, я услышал слово «бунд», оброненное молодым иудеем в беседе со своим соплеменником на пороге здания. Моментально сработала память.
В беседах на пароходе, когда я возвращался из Аргентины, мой собеседник, раввин Ицхак Шимон упоминал о каком-то всеобщем молодежном еврейском рабочем союзе, носившем такое название. Якобы молодые иудеи части восточных земель Германии, Литвы, Польши и России создали этот союз для защиты своих прав. А не воспринял ли Ицхак, сказанные тогда мной слова буквально, на что я глубоко в душе во время того разговора и надеялся, организовав террористический акт? Значит, таки взошли семена, посеянные мною в благодатную почву!!! А я думал, что планы мои были неосуществимыми. Интуиция меня не подвела. Очень полезно в нужный момент поиграть на религиозных чувствах фанатика.
В принципе все логично. Во дворце собирается элита Германии, в руках которой сосредоточена вся власть и все деньги, веселится в свое удовольствие. В это время еврейские рабочие гнут спины, теряют здоровье, чтобы это веселье удалось. Восстановить справедливость каким-то путем необходимо, их гибель, лучший способ избавиться от угнетателей. Взрыв - неплохой выход. Значит, направим свои стопы в Берлин, там должен проповедовать Ицхак Шимон, если не ездит с проповедями по всему миру.
Наблюдение за центральной синагогой Берлина я вел третьи сутки, стараясь выявить связи Ицхака. Его я опознал в первый же день слежки - повезло, он никуда не уехал. Этот пожилой еврей знал толк в конспирации - каждый день менял маршрут движения, ни разу дважды не прошел по одной и той же улице. Изображая праздно следующего по своим делам обывателя, Ицхак раскланивался со знакомыми людьми, слегка приподнимая шляпу, и незаметно осматривался по сторонам. Да, дедушка Шимон не прост, и навыки выявления наблюдения у него имеются и очень неплохие. Но меня тоже профессионалы учили - посмотрим, кто кого переиграет.
В сгущающихся семерках Ицхак привел меня на окраину Берлина, где располагался поселок добротных одноэтажных кирпичных домиков, проживание в которых могли позволить себе нестесненные в средствах люди. Похоже, Шимон был из таких. Понаблюдав за домом около двух часов, я убедился, что это место обитания Ицхака: в окно видел, как он переодевался в домашнюю одежду. Ладно, на сегодня достаточно, наведаюсь сюда завтра днем, в отсутствие хозяина.
