- Никак не обстоит. У нас нет на той стороне своих людей, это удел других офицеров, нам такие контакты сверху не спускают. Вы хотите что-то конкретное предложить?
- Есть задумка сходить на ту сторону, поискать знакомцев.
- У нас походами в тыл противника занимаются казаки-пластуны. На весь фронт полк двухбатальонного состава развернули. Кстати, командует казаками ваш знакомый, полковник Дорохов. Если вы действительно тайно хотите пройтись по тылам неприятеля, то к нему. Прибудем на место дислокации, разрешу вам поработать с казаками.
С офицерами познакомился в этот же вечер. Поручики Венедиктов и Борисов, показались мне нормальными офицерами, а вот прапорщик Шереметьев, мне откровенно не понравился. Он даже с подполковником Волковым общался покровительственно-снисходительно, меня же удостоил пренебрежительного взгляда, и только. Ладно, будет время, разберемся, кто и в какие игры играет.
Занимаемые позиции корпус сдал частям вновь сформированной 9-й армии. По таким дорогам в хорошую погоду передвигаться проблематично, а когда лежат снега выше пояса, то нереально вообще. Но приказ есть приказ, его надлежит исполнять. Скорость передвижения передовых походных колон нашего корпуса был невысок. Приходилось в прямом смысле протаптывать дорогу, ее расчисткой никто не занимался. Деревеньки, находящиеся в стороне от дороги, казались вымершими, даже собаки не лаяли, а может из-за высоких сугробов просто звуки не долетали. Разместиться на постой негде, приходилось ночевать в палатках. Ладно бы только снег, так еще и морозец по вечерам крепчал основательно. По мере приближения к холмистой и горной местности усилились ветры, прибирающие да самых костей. Это меня, одетого в теплое, толстое зимнее белье, ветерок достает, а что говорить о солдатах? Каждый вечер начальник санитарной роты докладывал о многочисленных случаях обморожения. Не завидовал я артиллеристам, им помимо заботы о солдатах, надо беспокоиться о лошадях. Падут животные, доведется людям впрягаться в лямки, буксировать орудия.
После тяжелого и изнурительного перехода корпус сосредоточился в деревне Заречье, у подножья Нижних Бескид.
Наш отдел разместился в трех верстах от основных сил армии в маетке сбежавшего австрийца. Удивительно, но слуги остались на месте. Видно, хозяин, покидая свою собственность, отдал соответствующее распоряжение.
Наконец-то нам удалось отогреться как следует. С разрешения подполковника Волкова, я, так сказать, влился в коллектив отдела. Проще говоря, организовал нехитрый ужин с употреблением коньяка, пара бутылок которого болтались в моем кофре. Пришлось у слуг маетка прикупить провизии, не грабители мы, в конце концов. Хорошо пожаренная говядина, свиные колбаски с солеными огурчиками и грибочками, сметались со стола быстро. Не скажу, что в пути мы голодали, но покушать в тепле, в спокойной обстановке - удовольствие неописуемое.
- Капитан, а вы не находите, что заедать коньяк огурцами и грибами моветон, - скривился прапорщик Шереметьев, но тем не менее коньяк употребил и хрустел огурцом. – Так делают только сиволапые крестьяне и невоспитанные офицеры.
- Помилуйте, Аркадий Всеволодович, мы на войне, сейчас не до гастрономических изысков, - ответил я прапорщику, не обратив внимания на его колкость, ведь Волков разрешил общение без чинов. – Лимоны однозначно бы замерзли в пути. Или вы любите мороженные цитрусовые?
- Все должно быть чинно и благородно, несмотря ни на что, война - не повод отступления от принятых правил. А если вы допускаете подобные вольности по отношению к своим коллегам, то это может свидетельствовать о низком уровне вашей личной культуры.
Сидевшие за столом офицеры недоуменно переглянулись. Волков поморщился, словно у него заболели зубы.
- Прапорщик, эта военная кампания у вас первая? - поинтересовался я, разливая остатки коньяка по рюмкам.
- Первая. Но это не дает вам право унижать нас своим невниманием к традициям.
- Упаси Боже, и в мыслях не было кого-то унизить, если вы приняли мои скромные угощения унижением, то прошу меня извинить. В следующий раз, специально для вас припасу лимон.
- Да, как вы смеете, мужлан, мне, графу, такое говорить?! – вспылил Шереметьев.
- Смею, потому-что я тоже ношу графский титул.
- А если я вас вызову на дуэль? Не струсите?
- Не советую. Стреляю я лучше вас со всех видов оружия. Бой на саблях и шашках у меня исконные казаки редко выигрывали. Без оружия драться вы не станете, да, и шансов у вас против меня никаких. Я вас просто убью, за два-три удара сердца. Оно вам надо? Живите и радуйтесь. Вы уже не юнкер училища, вы офицер оперативного отдела корпуса, пожалуйста, соответствуйте. Детство осталось в Санкт-Петербурге, здесь война, грязь и кровь. Не дай Бог, вам оказаться под серьезным артиллерийским обстрелом, когда на вас сверху падает земля и куски человеческих тел. Тогда точно из вашей головы выветрятся все эти ненужные мысли.
- Можно подумать, вы все это видели и испытали.
- Вы, Аркадий Всеволодович, еще в гимназии счету учились, а я воевал с японцами, командуя батареей. Все перечисленное видел своими глазами.
- Где же в таком случае ваши награды, если вы такой герой?
- Оставил в столице. Они мне здесь не нужны.
- Господа, давайте сменим тему, - предложил подполковник. – Нам надо подумать, как организовать работу отдела в сложных погодных условиях.
- Я носа не покажу на улице, - заявил прапорщик, - пока не спадут морозы. – У меня на лице кожа нежная, и так шелушиться начала.
- Вашему рапорту о переводе я дал ход, не сегодня-завтра, вас отзовут в Управление фронта, вы этого добивались, такая возможность подвернулась.
- Хочу, чтобы капитан дал мне урок фехтования, - капризно произнес Шереметьев.
- У нас Аркадий Всеволодович, учебного оружия в наличии не имеется, а боевое я применяю только по прямому предназначению. Прошу вас успокоиться, и больше к этому вопросу не возвращаться, - спокойным тоном я попросил Шереметьева.
Не понравился мой ответ этому графскому сыночку, вскочил из-за стола, и, не прощаясь, покинул столовую. Тем лучше, и так в воздухе носилась угроза дуэли, а мне не хотелось лишать жизни или калечить бестолкового молодого человека. Не хотелось мне начинать службу с выяснения отношений. Тяжело ему придется в жизни, если она у него будет, с таким характером нарваться на пулю или на клинок немудрено.
С Дороховым довелось встретиться через два дня. Встреча была неожиданная, и для меня и для Дорохова. Столкнулись с ним в штабе армии. С полковником не только пожали руки, но и расцеловались по славянскому обычаю троекратно, чем вызвали улыбки у многих офицеров. Дорохов представил меня офицерам, своим давним знакомцем, с которым в столице осваивали премудрости сабельного боя.
Пока было время до совещания, пообщались с Дороховым - давненько не виделись. Полковник передал мне поклон от моего наставника Прохора, жив еще старый казак, проживает в станице, и продолжает понемногу учить молодых казачат, не может усидеть спокойно на одном месте. Затронули вопрос о полке казаков-пластунов. Дорохов о его создании задумывался сразу после окончания войны с Японией. Очень ему понравилась тактика японских солдат, проводивших диверсии на складах и похищения офицеров на наших позициях. Год назад удалось создать один полк. Военный министр Сухомлинов решил убедиться в его эффективности. Пока казаки-пластуны направлены в распоряжение командующего Юго-западным фронтом генерала Иванова. По словам Дорохова, пластуны есть и в других частях российской армии, но с таким высоким уровнем подготовки, только его подчиненные. Я взял и понаглел, попросил у Дорохова десяток, для сопровождения моей личности на территорию противника. Да, за эти годы полковник стал хитрее, не отказал, и добро не дал. Сказал, что после совещания станет ясно, когда отправлять группы в поиск.
Если честно, то придумал я себе задачу довольно авантюрную. Найти в 4-й Австро-Венгерской армии генерала Иосифа Фердинанда своего агента « Артура». Я с ним перед похищением встречался, обозначили способ связи через Цюрих. Но все изменилось, Цюрих остался на той стороне, а я в действующей армии на этой. После бесед с Волковым я понял, что наши войска испытывают серьезный информационный голод по достоверной информации. Разведки дивизий доставляют только текущие сведения по расположению полков и дивизий, а о действиях противника на перспективу, мы понятия не имеем. Вот «Артур» очень бы помог в этом вопросе.
