Мы с Даргулом, прорабатывая возможные варианты, не думали, что кто-то собьёт кильм. Но разные варианты штурма, как я уже упоминал, мы проработали. Потому сейчас парни затаятся, а мы вызовем огонь на себя. Проблема в данном варианте только одна. Успеют ли нам прийти на помощь остальные.
Даргул тоже был в курсе данной проблемы, а потому поступил очень просто:
— Нико, тут мы разделяемся.
Мне кажется, что я ослышался, но Палач Таната вносит ясность:
— Так мы внесём больше хаоса в действия Теней. Легко концентрироваться на одной угрозе, но против двух одиночек, да ещё и настоящих Вестников…
Головорез нехорошо усмехается. У него опыт, а у меня слияние. Мы смертельно опасны по отдельности. Оба быстры, выносливы, сильны и смертоносны.
— Удачи не желаю, — киваю Даргулу, — но постарайся не умереть. Во многом это твоя битва.
— Ты на редкость прав, спасатель, — отвечает мне бывший вестник, срываясь вперёд и исчезая в ближайшем тоннеле. Слышу хлопки выстрелов и крики. Сначала злые, а потом полные ужаса и боли. Быстро он. Мы отстаем, Дим.
Меня уносит в знакомое состояние слияния. Теперь мы снова нечто большее. Пускаем волну от сонара. Мощную и сильную, что делает нас заметными. Это с мобами и мутами такое проходит, а подготовленные разы получают сигнал. Идите к нам.
Включаем контрвибрацию и исчезаем в соседнем тоннеле. Прыжок, зацепляемся за потолок крючьями на ногах. Замираем и недолго ждём. Внизу пробегает пара бойцов, которых мы пропускаем. Вот на следующую за ними группу мы и обрушиваемся. Двоих подминаем под себя, а выброшенными вперёд руками достаём пару впереди. Одному прорубаем дыру в голове, а второму рассекаем позвоночник вдоль. Прямо сверху и до копчика. Минус два, а после пары синхронных ударов крест-накрест обезглавливаем поваленную парочку и уходим в сторону кувырком.
В трупы без голов прилетают костяные дротики со сверкающими наконечниками. Пока троица бойцов снова не обстреляла нас бронебойными, машем правой рукой, выпуская жгут пфэра. Перерубленное оружие и отсечённые руки падают на камни. Разы смотрят на нас без эмоций. Значит, боевые кильмы. Новый взмах отделяет и им головы. Костяные панцири не остановят острую нить, но задержат. Потому бошки долой.
— Что это за тварь? — истошно кричит один из отправленных вперед разов, поднимая веерник.
— Вот сейчас обидно было, — рычу я, уходя с линии атаки. Этих явно направили на заклание, но мы все переиграем.
Срываю с пояса диски фэсшера и отправляю в сторону врага. Не орите так. У вас по две руки. Вторую просто сломаем, а вас за одно шкирку и в угол.
— Поговорим, каннибалы?
— Неверный, — кричит один из них, — ты нам за это ответишь.
— Что, Вальт таки подлизал зад этому остроухому?
Эта парочка даже посерела от злости. Вот не зря нам в отделе разные профессора читали лекции о деструктивных культах. С расчетом, что мы столкнемся с их последствиями. Вот кто бы знал, а где мне это пригодится.
— Вальту не нужен этот неверный, — кричит один.
— Он отослал его искать другой артефакт.
— Ага, а тот его отдаст сразу же? — деланно зеваю я. — Как лоха его развели.
Так, надо меньше с Панком общаться. Перенимаю его обороты.
— Он склонится! — скалит зубы второй, баюкая культю вывернутой рукой. — Дар жалких Творцов у него уже есть. Теперь у него будет армия. Мы вели их за собой. Тебе повезло, еретик.
Хм, слово еретик он по-английски сказал.
— Меня зовут Нико, — представляюсь я наконец. Папочка пленников дергается, вижу в их глазах шок и испуг. Однако очень скоро они, отдаю должное, взяли себя в руки.
— Тогда узри свой конец и покайся, неверный! Тебя это все равно не спасет! — выплюл мне в лицо первый. — Скоро Вальт поведет сотни. Вам не устоять.
— Двести тысяч готовы и миллион на подходе, — хмыкаю я, вспомнив эпизод из старого фильма.
— То есть тут кильмы растят, а вас слили как балласт. Меня задержать.
— Мы возродимся и увидим, как вкусят твою плоть. А твой камень…
Дослушивать мы не стали. Прыжок в слияние и удар клинками по шее каждому. Времени нет, нужное мы прояснили.
Ситуацию фиговая. Я считал по описаниям щупалец, что здесь скрытая сеть местного метро, а оказалсяцех по клепанию оболочек и боевых фильмов из них. Видимо Вальт готовит нам сюрприз, чтобы задержать.
И паразиты друг друга вроде не предают, хоть это пока спорное заявление. Скорее всего Лавис ищет другой путь в центр. Или он здесь, но пытается активировать транспортную сеть. Корректируем планы.
По мысленной связи сообщаю нашим группам расклад. Стрелок матерится, а остальные молчат. Пусть выдвигаются, ещё по уцелевшему кер-уимбару дальнего действия пусть предупредят остальных. Нам нужны всё.
Далее группы выдвигаются на соединение, а я ищу Даргула. Он нас не слышит и мне это надо его найти. Это просто, так как кровавый след очень красноречив.
— Ипутся кандибобрики! Как он все успевает? — говорю я, выпав от шока из слияния.
Тут есть на что глянуть. Не один тоннель, а несколько параллельных забиты останками разов. И там, и тут лежат как целые трупы, так и куски.
Останавливаюсь и отмечаю странность. Будто в одном коридоре одна тактика, а в другом более жесткая и безжалостная. Интересно. И макура сняли тихо.
Понимаю теперь, почему вестники были одиночками. Вечно скакать туда-сюда из слияния и обратно никаких нервов не хватит. Но надо предупредить ребят, что тут действует кто-то неизвестный. Третья сила, которой могут быть как солдаты Лависа, там и кто-то неизвестный. И так я пропустил выстрел дротиком, который лишь по случайности разминулся с моим черепом.
Всё, хватит болтать. Работаем, рисконавт. Мы снова едины и попадаем к земле. Просвечиваем все акустической волной, фиксируем местоположение противников, уходим в сторону кувырком. По каменному полу бьют иглы с кристаллическими наконечниками, высекая крошку. Нас там уже нет. Мы ближе к стрелкам и поднимаем руки, а на предплечьях в сторону уходят щитки. Острия тойлей входят в ноги пары бойцов, присед рывок на себя и втягивание струн живых гарпунов. Наши противники, оказавшиеся на пути у сбитых истуканов, также падают.
Добавляем крик из глотки. Акустический удар оглушает противников. Сближаемся и начинаем работать клинками. Кристаллическая кость и пары кислоты на лету пробивают костяные панцири. Первый, второй третий и все остальные гибнут один за одним. Одна пробежка меж поваленных тел и удары, раздаваемые направо и налево, решают дело. Мы даже не отрубаем головы, а просто пробиваем мозги. Этого, если судить по оставленным кем-то трупам, должно быть достаточно.
Идём за Даргулом и тут уже никого живого нет. Правда приходится выходить из слияния, так как нужно связаться с другими группами. Стрелок и остальные заходят на плечах боевых кильмов, которых стягивают к центру пещер. Тут я вспоминаю и про связь с разумом спракса, и про то, как общаемся с моими кертулами при их активации в последнем приюте. Потом последнего не было, но в момент повышенной активности при запуске у меня это получилось. Так может и тут попробовать найти те самые матки, о которых говорили те Верящие?
Сказано — сделано. Прячусь в тени у стен и отдаю контроль над броней Диму. Напарник в случае чего прикроет. Сам я стараюсь расслабиться и поймать в голове тот момент между бегущими мыслями и войти в нужное состояние. Вдох, выдох, созерцание этого момента и ловим тот самый миг. Проваливаемся в него и уходим ещё глубже. Дыхание ровное, неглубокое, а мысленный взор носится по пещерам. Точнее ищем яркое пятно, отголоски мыслефона.
Я не вижу коридоров пещер и тех, кто их заполняет. Скорее это напоминает удаленное осязание. Будто что-то трогаешь, а потом мозг достраивает изображение. Аккуратно обхожу тусклые точки примитивных нейроузлов, которые заменяют боевым кильимам камни душ. Чуть более выраженные отметки разов. Их немного. Вероятнее всего это последние Верующие в Танате. Может некоторые из них прошли через врата на Тау-137. Как я, Тэй, Лерк, Илу, Тигс и остальные Искатели. Те, кто руководил корпорацией Сентком или был приближен к руководству этих мясников.
