Но я ищу более мощные и выраженные источники мыслефона. Яркие, но холодные. Отпечатки Теней, паразитов, которых по ошибке спасли дреги, были именно такими. Темными, холодными и жестокими. Вызывающие в душе то самое чувство гадливости, какое вызывают тараканы, несущие грязь с помойки.
Вот этот мыслеобраз сработал. Сам удивился, что получилось достучаться до моего восприятия. Точнее выделить определенное ощущение в океане прочих. Меня словно потоком несло в сторону…
— Вот идиот! — говорю я с чувством через секунду. Дим же шлёт мне образ бобриков, натянутых на канделябры и стукающихся друг о друга. Напарник, сам знаю, что сглупил.
Если вкратце, то меня увидели. Я нашел яркую точку и дотронулся до неё. Ощутил двойную пульсацию и понял, что это те сгустки мозговой плоти, что заменяют кер и эотулы боевым кильмам. Просто их совместная работа дает эффект синергии. Даже подумал, что так и мы с Димом работаем. Потому в слиянии мы такие быстрые, точные и непобедимые.
Вот в этот момент я ощутил чью-то злобу, но приправленную удивлением и страхом. Вальту, точнее Тени в его теле, стало интересно, что это с нейроузлом биофабрики происходит. А тут, сюрприз, знакомые всё лица. То есть мы с Димом. И он знает, что я знаю, где он. Лависа здесь точно нет, но и тут они пробуют разобраться с заваленной дорогой в Центр. И вот я присовался, что не сотрёшь.
Что делает повелитель плохишей в любом старинном фильме, когда понимает, что к нему пришел пушной зверёк? Да, напарник, именно песец. Правильно, он шлет орды своих миньонов в его сторону.
Переключаюсь на связь со Стрелком и остальными. Обрисовываю им ситуацию, а еще чувствую, что Гиз бьет себя, кулаком по голове и тихо матерится. И что не так? На вас внимание меньше будут обращать. Будет легче прорваться. Да и сейчас истуканы покидают позиции и стягиваются к центру. О, там у мукары есть. Вот нам везёт.
Везёт, что их не было при втором штурме Последнего Приюта. Хватило и тех тяжело бронированных инисов для ближнего боя. И древнего гиганта, что почти вытер пол мнов и Даргулом. Кстати, а он где? Его я не засёк, да теперь и некогда уже.
Провожу рукой по местам расположения внутренних карманов, где хранятся кертулы. Они у меня уже постоянно лежат там на всякий случай. Вроде столкновения с захваченными нервными узлами. Потом еще ульмы с разными препаратами, но это для новых коллег. В карманах внешней портупеи, что мне сшил ящероид Фисо, находятся метательные снаряды, частично потраченные. Правда мне шеры для стрельбы не нужны. Ну, кошусь на руку с биопушкой в ней, почти. Трофейные иглы я и метать могу.
Подхватив с поясов убитых усиленные дротики в мешках, падаю в слияние. Знакомое чувство синергии, усиления и объединения. Мы вместе, мы идём за тобой, Вальт. Неизвестно, как зовут того самого паразита внутри него, есть ли у них вообще имена, так что пусть будет Вальтом.
Они тоже едины, но тут один использует другое. Мы же наоборот, пришли к согласию и едины. И мы идём за всеми вами. Вы риск, поражающий фактор, который нужно устранить. Чтобы спасти то, что ещё можно спасти. И дать этому миру возможность исцелиться. Под миром подразумевались как его жители, так и разум, Танат.
Широкий коридор, а впереди на одно колено присел ряд стрелков. За ними стоит вторая шеренга. Анализ, принятие решение и реакция на угрозу происходят мгновенно. Разбег, прыжок к стене, мимо проносятся иглы, так как враги не успевают. Наши броски по застывшему противнику куда точнее. Пара истуканов оседает с иглами во лбу.
Толчок от стены в сторону врага. В полет отправляем еще пару игл. Одна пробивает руку присевшему стрелку, а вторая забирает жизнь кильма рядом. Тут и мы обрушиваемся на стрелках. Клинки полувыпущены и прижаты к предплечьям. Из костяшек кулаков выросли лезвия. Размашистыми ударами пускаем их вход.
Противники не успевают переключиться на ближний бой. Они стоят очень тесно и мешают друг другу. Кто-то тянется к костяным ножам и гвэрам на поясах, но мы как всегда быстрее. На каменный пол, разбрызгивая белесую кровь, падает рука, сжимающая раскладную саблю-пилу. Уходим вниз, пропуская контрудар над головой. Плюс одновременно наносим ближайшему противнику удар предплечьем по ногам. Вогнутая часть прижатого к руке клинка с шипением выделяемой кислоты перерубает ноги. Истукан молча падает. Мы и разы, что сражались вместе с нами, уже привыкли к их молчанию.
Удар кулаком под челюсть заканчивает дело, когда острые клинки пробивают череп и мозг. Не у всех есть редкий кимбар павших Вестников Таната, он же второй мозг. Иначе наших врагов пришлось бы расчленять. Даргул этим и занимается. В слиянии мы сильнее и понимаем, что здесь есть кто-то ещё. Тот, кто уничтожил макура и аккуратно вырезал врагов в коридорах. Понимаем и откладываем это в уголок памяти. Сейчас неизвестный или неизвестные лишь возможная угроза. Главное добраться до Вальта и нейроузла.
Руки, в стороны, несколько поворотов вокруг своей оси в процессе подъема и враги вокруг нас падают. Точнее их руки, ноги, головы перерубленное оружие. Последние тела ещё не упали, а мы снова бежим вперед. Теперь впереди нас ждет группа рукопашников. Иршеры они закинули за спину, взяв в руки различное холодное оружие. Они нам не соперники, но их много. Мы не будем с ними долго возиться. Мы просто пройдем сквозь них как дикий гон, сминая и опрокидывая.
Пригибаемся и выкидываем перед собой правую руку, нанося удар по дуге. Нить пфэра срубает врагам в первом ряду ноги. Ударом на возврате сносим части их них руки. По их изувеченным телам мы прокладываем путь. Акустическая атака снова нас выручает, оглушая врагов. Пока они застыли, выпускаем из пор на теле струи все разъедающего кислотного тумана. Клинки легко прорубают нам дорогу. За нами следом идёт Стрелок. Они закончат дело.
Также на бегу достаем из кармана несколько белых пластинок концентрата. Это не муты, что оказались по большей части одичавшими потомками разумных из других миров. И не звери-мобы. Да, это просто тела, но мы не нарушаем негласный запрет на поедание себе подобных. Потому в пасть отправляются безвкусные пластинки усиленного рациона. Танат делает эти похожие на вату кусочки специально для нас. Другие разы могут их есть, но плюются от отвращения. Но нам после таких энергозатрат нужны силы. Да и вкус этой дряни мы не ощущаем.
По нашему телу разливается тепло. Пищеварение у димортула дикое. Из-за угла выбежал одинокий раз из Верующих. Вот он кричал, когда мы походя выпустили ему кишки и отбросили его к стене. Нет времени на добивание, да и не жить ему с такой раной. Даже местные регенеративные препараты его не спасут. Кровь так и хлещет.
— Монстр! — кричит кто-то, кто шел за ним. Вслепую, чисто на звук, отправляем в полёт иглу иршера. Тихое сипение, а потом за нашей спиной слышен звук от падающего тела. И этот готов. Похоже Верующие в ближайшее время окончательно исчезнут. Никто не будет об этом жалеть. Даже часть Резаков решила бросить свой клан после второго сражения за Последний Приют. Не все безглазые были такими отбитыми, как их покойный лидер.
У нас еще есть обычные снаряды для биопушки. Иглы и кислотные гранулы. Следующей точкой на нашем пути был обширный зал. Мы не вбежали туда без раздумий. Высунули голову, окинув взглядом помещение, и тут же убрали. Мимо нас, высекая крошку из камня, пронеслись массивные костяные диски. И там мукары в числе пяти штук. Плюс куча стрелков. Кувырок к другой стене и выставляем вперед левую руку. Мы погружены в пик слияния, когда выпускаем иглы и кристаллики они. Боевые кильмы умирают всё также молча. Снова мимо проносятся диски и немного игл. Часть солдат уцелела. Мы не всесильны.
Правда время настолько замедлилось, что мы ловим себя на том, что испытываем удивление. Кажется, что протяни мы руку, то поймаем ею диск или снаряд иршера. Заодно замечаем, что враги стреляет скопом, в одном место. Поток дисков иссякает. Сейчас изнутри будут поданы новые мешки с гигантскими фэсами, но это наш шанс. Стреляй мукары попеременно, прижимая нас и не давая поднять голову, мы бы тут встряли. Может Тени и искусны в подлых интригах, обмане и подмене смыслов, но они не бойцы. А мы именно бойцы. Смертоносный дуэт и машина смерти.
