Стефани Гислидоттир была еще жива. Лежала в луже собственной крови (на этот раз настоящей) и тяжело дышала. Ее грудь была раскурочена двумя выстрелами из "Черри Бесс". Когда Хеллборн подошел поближе, она попыталась дотянуться до своего "кольта", но альбионец отфутболил пистолет в сторону.
— Голубые пещеры Ксанаду?… — прохрипела она.
— Странные метаморфозы иногда происходят с людьми, — заметил Джеймс и присел рядом с ней на корточки. — Ник Ливермор вырос в Дабликсити. Похоже, у него случился острый приступ ностальгии.
— Где? — не поняла Стефани.
— Дабл-Икс-Сити — Город ХХ века, — охотно пояснил Хеллборн. — Этот оазис мы открыли в 1902 году. Последний из мертвых египтянских городов. Разумеется, мы тут же начали колонизацию. Родители Ливермора были среди первых поселенцев и привезли Ника туда совсем ребенком. Первый мэр был большим поклонником Кольриджа — он и дал тамошним аттракциям эти романтические имена. Настоятельно рекомендую посетить! Особенно пирамиду Кублай-Хана. Местные гиды уже морочат головы туристам. Будто бы в Альбионе побывал разбитый яванскими царями монгольский флот и похоронил своего императора…
— Передай Францу, — прохрипела она. — Передай Францу…
— Только без лишнего пафоса, — заметил Хеллборн. — Франц Стандер оплакивает тебя уже несколько часов. Мы с ним были уверены, что ты умерла на тротуаре у входа в "Американское кафе Рика".
Она что-то ответила, но Джеймс ничего не расслышал, потому что в этот самый момент, заглушая падающие капли дождя и все прочие звуки, небо над городом разорвала безумная сирена, сопровождаемая лучами прожекторов.
— Это еще что за дерьмо?! — удивился Хеллборн, когда могущество сирены упало на несколько децибел.
— Это они… — Джеймс обернулся и при свете все той же тусклой лампочки ясно увидел, как Стефани улыбается. — Это летят они… Yster mense in staal skepe!..
— Только без пафоса, — машинально повторил альбионец. — Они — не там, они — здесь. И я — один из них.
— Они везде, — бластер-капитан Гислидоттир закашлялась, кашель снова перешел в хрип, а потом она выплюнула сгусток крови и замолчала.
"Мне и в самом деле наплевать. А как она умерла? Хеллборн, ублюдок, это ты ее убил?!"
"На этот раз — я. То есть не совсем я. Ну да какая разница? Вот оно чудо! Герой одинокий, славное имя его повторяют уста повсеместно…"
За спиной послышались шаги. Хеллборн повернулся в ту сторону и увидел Реджинальда Беллоди в насквозь промокшем форменном комбинезоне. В руках тот сжимал "Вишневку Бесс" с оптическим прицелом.
— Почему ты велел мне назваться Магрудером? — поинтересовался старый товарищ.
— Это пароль такой. Нам пора убираться отсюда, — без лишних послесловий заявил Хеллборн, однако не преминул добавить: — Отличная работа, Реджи.
— В этом и заключается работа разведчика? — уточнил Беллоди.
— Не задавай банальные вопросы, не получишь банальных ответов, — поморщился Джеймс. — Это война, мы солдаты; если потребуется — мы будем прыгать по мокрым крышам чужих городов, далее везде. Звучит в ночи раскатом грома наш тяжкий шаг…
И тогда упала первая бомба. Довольно далеко, где-то в центре города.
— Твою мать! — Хеллборн первым увидел мелькнувшую в лучах прожекторов гигантскую тень. — Что это такое?!
— Не может быть, — прошептал Беллоди. — Это "Vliegend draakje", фантом-бомбардировщик. Про него была заметка в последнем номере "Популярной механики".
— Виковский? — уточнил Джеймс.
— Конечно, — только и успел ответить приемный потомок итальянских моряков. За первой бомбой последовала целая серия.
— Все, побежали, — крикнул Хеллборн.
На первом этаже ему пришлось перпрыгнуть через огромный труп Линдеманса.
— Как ты справился с ним?! — спросил Джеймс на ходу.
— Как ты и посоветовал, — отозвался Беллоди. — Выпустил в него полный магазин, а потом еще полмагазина в голову. Живучий ублюдок!
— Они все живучие, — Хеллборн вспомнил, как долго умирала бластер-капитан Гислидоттир. — А вот и новая партия живучих ублюдков, — заметил альбионец. — Стоп! За мной!
Они укрылись в одном из соседних подъездов, откуда открывался прекрасный вид на только что оставленный дом с кучей трупов на последнем этаже.
— Сегодня в Харбине открылся авиасалон, — констатировал Джеймс. — Все новинки белголландской военной промышленности! Что это за хрень?!
— Понятия не имею, — признался Беллоди. — Впервые вижу.
— Вспомнил! — чуть было не подпрыгнул Хеллборн. — Вспомнил! Это он! Hydrogeable! Гидрожабль!
Ему показалось, что он снова слышит рассказ русского инженера Потапова:
"Очень необычное несущее тело — два спаренных вертикальных цилиндра. Подозреваю, что они были наполнены не гелием, а чем — сказать не могу. Тяжелая броня, мощное вооружение. Как минимум четырехдюймовые гаубицы. Сколько — сказать не могу …"
И теперь эта машина, упавшая с черного неба, висела над пагодообразной крышей белголландского шпионского гнезда. В галерее по-прежнему горел свет. Хеллборн отобрал у товарища винтовку и посмотрел в оптический прицел. Так и есть, по абордажным канатным лестницам уже спускались десантники в черных комбинезонах. Сейчас они увидят кучу трупов и…
…и больше ничего не успеют сделать…
Хеллборн нащупал в кармане трофейный радиопульт, сдвинул предохранительный колпачок и нажал на кнопку.
СМЕРТЬ, РАЗРУШИТЕЛЬ МИРОВ!
Обреченный дом заслонила шестиэтажная огненная стена.
Отброшенный взрывной волной, "гидрожабль" пересек неширокую улицу и впечатался в противоположное здание. Грохот — скрежет — грохот — окруженный облаком кирпичных обломков, корабль медленно, но верно устремился к поверхности земли. Смерть встретила его на полпути. Хеллборн отчетливо видел, как один из черных несущих цилиндров распорола кривая огненная полоса. Что было дальше, он не успел разглядеть.
— INCOMING! — заорал Беллоди и потащил его вглубь подъезда. Хеллборну еще показалось, будто он слышит крики погибающих людей. Потом мир перевернулся.
— Именно так, дядя Берти! — вопил альбионец, в то время как снаружи бушевала преисподняя. — Мы улетим отсюда далеко-далеко! навсегда!!! к чертовой матери!!!
…Чихая и кашляя, они кое-как выбрались на поверхность земли через черный выход. Похоже, бомбардировка в целом и гибель гидрожабля в частности, разбудила этот сонный уголок. Казалось, адский огонь не только разогнал тьму, но и прогнал дождь. Улицы постепенно наполнялись людьми. Все как обычно — зеваки, добровольные спасатели, мародеры (ничего не поделаешь, бандитский район).
А вот и первые машины. Хеллборн бросился наперерез одной из них, "мерседесу" военной полиции, размахивая золотым медальоном. Эти молодые манчьжурские солдаты явно не говорили по-английски, но все прекрасно поняли и машину тут же уступили. Джеймс подождал, пока Беллоди устроится рядом, и рванул с места.
— Куда мы сейчас? — на всякий случай уточнил товарищ.
— В посольство, — сказал Джеймс. — Там видно будет.
Добирались долго. Пробки, свежие развалины, красочные пожары, перекрытые дороги. Тигриный медальон неизменно выручал. Но машину все равно пришлось бросить за два квартала от посольства. К этому времени бомбардировка давно прекратилась.
На воротах их встретил не самый частый собеседник. Сэр Дункан Вендельбет, альбионский посол в Харбине собственной персоной.
— Добрый вечер, сэр, — машинально поприветствовал его Хеллборн.
— Сэр Джеймс? — узнал его посол ("Ого, он помнит мой совсем свежий титул!"). — И лейтенант Беллоди, если не ошибаюсь? Искренне надеюсь, вы были заняты важным делом, и только поэтому потеряли счет времени. — Сэр Дункан перевел взгляд на "Вишневку Бесс" в руках Беллоди. — Да, похоже на то. Вот что, молодые люди. Доложитесь начальнику охраны, он найдет для вас приличные посты. А двух свежих солдат мы сможем отправить в город. Мы формируем спасательные команды в помощь добрым гражданам Харбина.
