– Ага, если бы всё было так легко, то я бы давно уже так и сделала. На самом деле здесь есть, что обсудить… О, нет. Ну пожалуйста. Ради любви Мерлина, почему ты ведёшь себя подобным образом всегда и со всеми, включая предметы одежды?..
Победа над Тёмным Лордом – не преходящее, эгоистичное желание. И все части моего разума согласны с этим. Если ты не ответишь на мои вопросы, то я не буду с тобой разговаривать и ты не сможешь сделать хороший и верный выбор.
– Тогда я отправлю тебя в Слизерин!
Это тоже пустая угроза. Ты пойдёшь против принципов, лежащих в твоей основе, если нарушишь правила определения факультета.
– Ах ты коварный гадёныш, – в голосе Шляпы сквозило невольное уважение. Точно такое же, какое было бы у Гарри в подобной ситуации. – Ладно, отвечу, но только быстро. И сперва мне нужно твоё обещание никогда и ни с кем не обсуждать возможность подобного шантажа. Я НЕ БУДУ каждый раз соглашаться на такую сделку.
Хорошо, подумал Гарри. Я обещаю.
– И не встречайся ни с кем глазами, когда будешь вспоминать произошедшее. Некоторые волшебники таким образом могут прочесть твои мысли. Приступим. Я понятия не имею, стирал ли кто-нибудь твои воспоминания. Я вижу твои мысли по мере того, как они возникают у тебя в голове, но не могу заглянуть в твою память и убедиться, что в ней отсутствуют какие-либо нарушения. Я шляпа, а не бог. И я не могу пересказать свой диалог с тем, кто стал впоследствии Тёмным Лордом. Во время разговора с тобой я знаю лишь нечто вроде статистической сводки по остальным ученикам. Я просто-напросто не имею возможности открыть тебе чьи-либо секреты, как не будет её и с твоими. По той же самой причине я не могу предположить, почему ты получил палочку родственную с волшебной палочкой Тёмного Лорда, ведь ничего конкретного про него я не знаю. Но я совершенно уверена, что в твоем шраме нет ничего похожего на духа – и вообще там нет каких-либо мыслей, сознания, личности или чувств. Если бы что-то было, то оно, находясь подо мною, участвовало бы в этом разговоре. Что касается твоей злости… это как раз то, о чем я хотела говорить с тобой с самого начала, и это напрямую относится к Распределению.
Гарри сделал паузу, переваривая полученную информацию, вернее, её отсутствие. Интересно, это честный ответ, или просто самая короткая из более или менее убедительных отмазок…
– Мы оба знаем, что никакого способа это проверить у тебя нет, и ты не собираешься препятствовать Распределению, основываясь только лишь на подозрениях, так что перестань кочевряжиться и давай продолжим.
Дурацкая нечестная односторонняя телепатия, Шляпа не давала Гарри додумывать даже собственные…
– Когда я упомянула твой гнев, ты вспомнил, как профессор МакГонагалл говорила, что иногда в тебе просыпается нечто, не характерное для ребенка из любящей семьи. А ещё ты вспомнил, как Гермиона, когда ты вернулся после того, как помог Невиллу, сказала, что увидела в тебе что-то пугающее.
Гарри мысленно кивнул. Сам он ничего особенного не заметил – на его взгляд, он просто адекватно реагировал на ситуацию, вот и всё. Но профессор МакГонагалл нашла в этом что-то необычное. И если хорошенько задуматься, то он и сам вынужден будет признать…
– Что ты даже себя немного пугаешь, когда сердишься. Что гнев твой – словно меч, чья рукоятка остра настолько, что режет ладонь. Что когда ты злишься – мир предстаёт перед тобой будто через ледяной монокль – видишь чётче, но и глаз леденеет.
Ну, допустим. И в чём же дело?
– Я не смогу объяснить, пока ты сам не разберёшься. Но я знаю точно: в Когтевране или Слизерине твоя холодность усилится, а в Пуффендуе или Гриффиндоре – наоборот, твоё тепло. И вот ЭТО меня очень сильно волнует, и именно об этом я хотела с тобой поговорить с самого начала!
Слова Распределяющей шляпы выбили Гарри из колеи. Получалось, что ему явно не стоит идти в Когтевран. Но ведь там Гарри самое место! Это же очевидно! Он просто обязан поступить в Когтевран!
– Отнюдь, – терпеливо возразила Шляпа. Похоже, подобные возражения ей уже приходилось выслушивать много и много раз.
Но Гермиона в Когтевране!
Всё тем же терпеливым тоном:
– Ты вполне можешь с ней встречаться и после уроков.
Но все мои планы…
– Так перепланируй! Нельзя всю жизнь пускать под откос из-за нежелания немного пошевелить мозгами, сам понимаешь.
Ну и куда мне, если не в Когтевран?
– Кхм. «Умные дети в Когтевране, хитрые – в Слизерине, желающие геройствовать – в Гриффиндоре, а те, кто по-настоящему работают – в Пуффендуе». В последнем описании чувствуется доля уважения. Тебе прекрасно известно, что добросовестность не менее важна в жизни, чем умственные способности. Ты считаешь, что будешь предельно верен друзьям, когда их удосужишься завести, и не боишься, что твоя работа затянется на множество лет…
Но я лентяй! Я ненавижу работать! Особенно я ненавижу тяжёлый труд во всех его проявлениях! Хитрые и изящные решения – вот мой конёк!
– И ещё в Пуффендуе ты найдёшь множество верных друзей. Дух товарищества, о котором раньше ты мог только мечтать. Ты научишься полагаться на других людей, и это залечит некую язву у тебя глубоко внутри.
И снова ступор. Но что хорошего я могу принести в Пуффендуй? Едкие слова, злой юмор, презрение к неспособным поспевать за мной?
Дальше мысли Шляпы потекли медленно и осторожно.
– При Распределении я должна учитывать также и интересы всех учеников на всех факультетах… и я думаю, что ты мог бы стать хорошим пуффендуйцем и удачно вписаться в коллектив. Вот тебе ещё одна истина: в Пуффендуе ты будешь счастливее всего.
Счастье для меня не самое главное. Я не добьюсь всего, что могу, в жизни, если поступлю в Пуффендуй. Я растранжирю свой потенциал.
Шляпа вздрогнула – Гарри каким-то образом это почувствовал. Словно он только что заехал ей под дых – а точнее, в ту её часть, которая исполняла её главную функцию.
Почему ты пытаешься запихнуть меня на факультет, который мне не подходит?
Мысль Шляпы была едва слышна:
– Я не могу говорить с тобой о других – но неужели ты думаешь, что ты первый потенциальный Тёмный Лорд, прошедший через меня? Я ничего не знаю о конкретных случаях, но мне известно следующее: из тех, кто не замышлял зла с самого начала, некоторые послушались моих советов и попали на факультеты, где были счастливы. А некоторые… не послушались.
Гарри заколебался, но ненадолго. И все они стали Тёмными Лордами? Или, может, некоторые достигли величия на стороне добра? Каково процентное соотношение?
– Точной статистики предоставить не могу. Я ничего не знаю конкретно, а потому ничего не могу посчитать. Я знаю только, что по моим ощущениям твои шансы не очень хороши. Я бы даже сказала, очень нехороши.
Но я никогда не стану таким! Ни за что!
– А вот это я уже раньше слышала.
Никакой я не потенциальный Тёмный Лорд!
– Именно такой. Совершенно точно.
Но почему! Только потому что я однажды подумал, что было бы круто иметь армию слепых фанатиков, скандирующих: «Слава Тёмному Лорду Гарри!»?
– Забавно, но не об этом ты только что подумал, быстро заменив мелькнувшую мысль на другую, менее опасную. Нет, ты вспомнил, как хотел выстроить всех приверженцев идеи чистоты крови и поголовно гильотинировать. Сейчас ты говоришь себе, что это была шутка, но это не так. Будь это в твоей власти, и если бы никто никогда об этом не узнал, ты бы так и сделал прямо сейчас. Вспомни ещё то, как ты сегодня обошёлся с Невиллом. Ведь глубоко внутри ты знал, что поступаешь неправильно, но это тебя не остановило, потому что это было забавно, у тебя была хорошая отмазка и ты решил, что Мальчику-Который-Выжил всё сойдет с рук…