В шатре было… уютно. Несколько столов, десятки раскладных стульев и подставка с установленным на нем тэном. Вокруг него громоздились коробки с разными чаями, дрип-пакетами кофе и пакетики с какими-то конфетами.

А вот вопрос мужчина проигнорировал. Сергей не настаивал. У него занятие поинтереснее имелось. Он с энтузиазмом взялся за приготовление чая в стальной кружке.

В шатре они оказались не одни. Через два стола что-то оживленно обсуждала над разложенным планшетом компания из трех парней и нескольких девушек.

— Волк, — крикнул один из них, заметив Сергея. — Сделай мне тоже!

«Да у них тут дедовщина процветает.» — хмуро оценил Илья Григорьевич. Но вмешиваться не стал. Хотя бы потому что бывший подопечный представился командиром. Не стоило лезть поперек него.

— Ага, — как ни в чем не бывало, откликнулся парень, приготовив три кружки.

Одну он катнул по столешнице к «деду», почти не глядя поймавшему «подачу», а остальные принес к гостю.

— Угощайся.

— Сзади, десять, — коротко бросил бывший зам, принимая кружку.

Сергей не обернулся. Лишь дернул уголком рта. Отчего-то мужчина не усомнился, что тот и сам заметил приближающегося «деда».

Пудовые кулаки здорового медведя бухнули о столешницу.

— Лике прислали, — пробасил здоровяк выпрямляясь. — Попробуй, командир.

В голосе его была насмешка. Легкая. Почти дружеская.

На столе остались несколько тщательно завернутых в целлофан домашних пирожных.

Оставив угощение, здоровяк потопал обратно.

— Рассказывай, — предложил Сергей, подвигая родичу кружку с чаем и пирожное. — Брат пока никакой информации не дал.

Илья Григорьевич, уже почти поднесший кружку к губам, так и не сделал глоток. Медленно и осторожно он поставил чай на стол, не отрывая взгляда от бывшего ученика.

Чтобы Сергей назвал Павла братом⁈ Да еще и без всякой усмешки!..

Так получилось, что с Виктором, Павлом и Светланой бывший зам был плохо знаком. Видел со стороны. Судил по общим данным. Но, кажется, им даже словом обменяться не пришлось. Но вот отношение «ученика» к брату и сестре он помнил прекрасно!

Сергей негромко рассмеялся. И это был незлой чуть нервный смех, что Илья Григорьевич слышал на этажах. Сейчас молодой человек веселился как-то легко и искренне.

— За год многое изменилось, — чему-то своему улыбнулся, делая глоток горячего напитка.

— Я заметил, — негромко констатировал мужчина, взглядом провожая собравшуюся на выход компанию во главе с тем самым здоровяком.

Все-таки это сбивало с толку. Илья Григорьевич прекрасно умел принимать быстрые решения. Порой жесткие. Он отлично адаптировался. Однако метаморфоза Сергея выбивала из колеи больше, чем полет в сто этажей на спассистеме.

— Нам ждать сюрпризов? — спросил Сергей.

Все-таки не каждый день заместителя воеводы эвакуируют из высотки едва ли не с боем.

— Не могу сказать.

Слишком мало данных для анализа.

Молодой человек кивнул. И с расспросами больше не лез, позволив беглецу насладиться душистым напитком. А заодно и размышлениями на тему, что же так могло изменить его бывшего ученика.

— Сергей!

В шатер ворвался тот самый «медведь».

— М? — обернулся к нему Волконский.

«Беги!» — одними губами артикулировал «дед».

Илья Григорьевич напрягся. Что может грозить командиру отряда в центре лагеря?

— Во-о-о-от ты где! — раздался ликующий глас.

Здоровяк мгновенно смылся.

— Сейчас начнется, — только и успел вздохнуть Сергей.

В шатер ворвался вихрь. Черноволосый и зеленоглазый.

Девица застыла в двух шагах от Волконского.

— Иди ко мне, — ласково выдохнула она, стремительным рывком сокращая расстояние.

— Ау-у-у! — взвыл парень… счастливо⁈

Клановец поднялся, следуя за схватившей его ухо рукой и… неуловимым движением вывернулся, прижав к себе «ведьмочку».

— Ты!.. — тут же взвыла она и, наконец, заметила гостя. — Отпусти.

— Не-а, — решил Сергей, еще крепче сдавив крепкое тренированное тело черноволосой красотки.

Илья Григорьевич улыбнулся про себя. Все верно, обычно в таких местах посторонних не бывает. А свои и так уже все видели. Потому-то и не стеснялась девушка в выражении чувств.

Зато вопросы о мотивации Сергея сразу отпали. Полностью.

— Пусти!

Парень не шелохнулся. Красотка выждала буквально секунду.

— Ух!

Острый локоток точно вошел в живот клановцу. А еще через миг он уперся головой в столешницу.

— Успокоился? — спокойно спросила девушка, крепко удерживая кисть в заломе.

— Да.

Давление исчезло. Сергей выпрямился и перевел дыхание.

— Позвольте представить, — коротко начал он, будто ничего и не случилось. — Мой родич Илья Григорьевич Волконский. Именно благодаря его урокам я пережил «адскую недельку». Полагаю, перед нами будущий комендант Красноуральска.

Беглец вздохнул. Мысленно. Слова бывшего ученика показались ему преувеличением. Ведь научить чему-то ТОГО Сергея было просто невозможно.

«Стоп!». Слова молодого человека мужчина осознал не сразу. Комендант… Чего⁈

— А это Марика Орлова, — продолжил Сергей. — Моя…

Бз-з-з-з!

— Слушаю.

Лицо Сергея посерьезнело. Он внимательно выслушал собеседника, после чего обернулся к бывшему заму воеводы.

— Это Павел, — сообщил молодой Волконский. — Твоя дочь пришла в себя.

— Поздравляю. Вы живы.

Кошкина не вдумывалась, произнося эти слова. Гораздо больше ее интересовали показания диагностов и реакция пациента на свет.

Алена моргнула. Веки подчинились с трудом. Но она прекрасно помнила, почему именно оказалась здесь. Так что жаловаться — грех!

— Не пытайтесь говорить, — продолжила целительница выдавать «стандартные формулировки». — Речь восстановится в течение четверти часа… Анна!

Молоденькая медсестра шагнула вперед.

— Добавь пять кубиков *что-то непроизносимое*.

Игла с лекарством воткнулась в капельницу почти сразу.

— Операция прошла успешно, — обернулась в Алене красивая кудрявая девушка в чуть старомодных, но невероятно ей идущих очках. — После расширенной диагностики мы сможем начать реабилитацию.

Вопреки наставлению, несостоявшаяся убийца все-таки попыталась открыть рот и что-то сказать. Однако ей не удалось выдавить из себя и слабого стона.

— Я предупреждала, — тут бесстрастно сообщила целительница, проверяя скорость капельницы. — Вы меня понимаете. Моргните один раз, если да. Нет — два раза.

Алена с трудом сомкнула веки.

— Отлично, попробуйте поднять руку.

Волконская попыталась. Это оказалось непросто. Очень. Она так и не поняла, удалось ли ей. Но «кудряшка» удовлетворенно кивнула.

— Отлично, — сообщила она. — Думаю, через несколько часов вы сможете встать. Желаете провести это время во сне?

Девушка прислушалась к пустоте в своей голове и вновь сомкнула веки. Последним, что она увидела, стала приближающаяся к ее лицу ладонь целительницы.

Затем она провалилась в сон. Долгий, крепкий, и, что важно, абсолютно без снов.

— Глазки открываем.

Голос Павла разнесся по палате.

Девушка не отреагировала.

— Реснички дрожат, Алена Ильинична, — спокойно заметил клановец, на миг представив себя героем анекдота: «А если гранатой проверю⁈».

О, чудо! Под давлением аргументов пациентка ожила. И даже вполне осмысленный взгляд продемонстрировать изволила.

Вообще-то, девушка пришла в себя минут пятнадцать как. О чем Кошкина тут же и сообщила сюзерену. Однако все это время несостоявшаяся убийца старательно делала вид, что еще находится в глубокой отключке. В общем, разумно. Если бы не одно «но».

— Ты действительно думала, что это сработает? — мягко поинтересовался Волконский, намекая, что девушка тут даже высморкаться не сможет без его ведома.

Чуток сомнения в контроле ситуации пациентке не повредит.

— Где я? — спросила она.