— Расскажи лучше, что случилось на работе. Человек, который тебя искал, раньше тебе встречался?

Антон покосился на Ирину. Она не отвела взгляд, и он понял, что выпроводить её на кухню не получится.

— В Москве видел, ещё когда в охране работал. Не общались мы с ним, если ты об этом. Просто запомнил.

— А на складе что ему понадобилось?

— Меня спросил. Я через стекло увидел, как он с начальником разговаривает, и попросил сказать, что я занят.

— Почему?

— Потому что не хотел с ним встречаться, — огрызнулся Антон, но тут же заговорил тише: — Он просто так не приезжает. Я потом с другой стороны вышел, где разгрузка. На следующий день сюда перебрался.

Ирина медленно выпрямилась. До этого она стояла, опираясь плечом о косяк.

— А мне ты сказал, что с начальником поругался и решил несколько дней дома не показываться, чтобы он тебя не дёргал.

— Я не хотел тебя пугать.

— Ну да, ну да, — ответила она. — Ты ведь даже вчера свет велел погасить, потому что у забора кто-то остановился.

Антон опустил голову. Я дал ему немного помолчать, затем спросил:

— Он из-за башни приехал? Из-за того дня, когда погиб Орлов?

До этого Мельников хотя бы смотрел на меня. Теперь отвернулся к окну и сложил руки на груди.

— Я уже написал Веронике, что ничего не помню. Сколько времени прошло, чего вы от меня хотите?

— Ты тогда оставил пост по распоряжению Савельева. Нам нужно понять, кого ты должен был пропустить.

— Не помню я. И копии у меня нет, если вам бумага нужна. Зря вы сюда ехали.

Я достал телефон и открыл фотографию начала объяснения. Положил его на клеёнку так, чтобы Антону не пришлось тянуться.

— Вот это ты сам прислал Нике. Здесь видно и дату, и твою фамилию. До распоряжения Савельева память у тебя работала, а сейчас с ней что случилось?

Он посмотрел на экран, стиснул губы и отодвинул телефон ко мне.

— Я не обязан с вами разговаривать.

— Не обязан, — согласился я. — Только у твоего дома в Краснодаре сидят люди и ждут, когда ты вернёшься. Мы их видели. А ты здесь рассказываешь Ире про ссору с начальником и надеешься, что всё как-нибудь рассосётся.

— Какие ещё люди? — Ирина подошла к столу. — Антон, ты во что влез?

— Ни во что я не влез, это они сейчас наговорят! — Он резко повернулся ко мне. — Откуда я знаю, кто вы такие? Может, вы с ним заодно, а теперь хороших из себя строите?

— Такой вариант ты тоже можешь рассматривать, — сказал я. — Я бы на твоём месте рассматривал. Но ей хотя бы объясни, почему теперь опасно жить в собственном доме. Она тебя впустила, потому что доверяет, а не потому, что согласилась прятаться вместе с тобой.

Ирина пододвинула свободный стул, но садиться не стала.

— Мне не нужны какие-то там бумажки, Антон. Я хочу понять, кто может прийти сюда вслед за тобой. У меня завтра племянница собиралась остаться до вечера, сестра на смену выходит. Мне ей что сказать?

Он открыл рот, потом провёл ладонью по лицу. Я уже пожалел, что пришлось заводить этот разговор при ней, но оставлять её в неведении было бы ещё хуже.

— Скажи, чтобы пока не привозила, — выдавил он.

Ирина некоторое время молча смотрела на него, а потом отступила от стола.

— Вот теперь хоть что-то понятно. Спасибо, что предупредил сегодня, а не завтра.

— Да не знаю я, чего они хотят! — Антон поднялся так резко, что стул стукнулся о батарею. — А вы вообще могли их за собой привести. Сначала у квартиры крутились, теперь сюда заявились. Уходите, я ничего вам не расскажу.

Ника вопросительно посмотрела на меня. Я забрал телефон со стола и взялся за трость. Вытаскивать из него признание на глазах у Ирины я не собирался. Он сейчас спорил уже не с нами, а со своим страхом, и проигрывал так заметно, что злился ещё сильнее.

— Хорошо, мы уйдём, — сказал я, поднимаясь. — Только ей больше не ври. Мы с тобой можем друг другу не нравиться, но Ира же здесь ни при чём.

Со стороны улицы послышался звук мотора, затем за окном хрустнул гравий. Мы все услышали, что подъехала машина, но Ника увидела её первой.

— Макс, погоди, — сказала она, не вставая. — Там возле забора остановились.

Тёмный седан стоял чуть дальше калитки. Водитель заглушил двигатель и несколько секунд оставался за рулём. Антон подошёл к окну, оттянул край занавески, но тут же отступил к столу. Всё раздражение с его лица пропало.

— Это он, — сказал Мельников, схватившись за спинку стула.

— Тот, который приезжал на склад? — уточнила Ника.

— Да, он. Только там в кепке был.

Мужчина вышел из машины. Это я заметил благодаря прокачанному зрению, даже из небольшой щёлочки. Волосы короткие, у висков с сединой, на нём лёгкая куртка и тёмные очки. Ничего приметного, кроме того, как внимательно он смотрел на дом. Возле окна ещё стояла Ирина, и он наверняка заметил её движение. Затем достал телефон.

На столе завибрировал смартфон Антона. Тот дёрнулся, но руку так и не протянул.

— Пока не отвечай, отойди от окна, — сказал я. — Ира, вы тоже.

Ирина направилась к двери, на ходу поправляя рукав.

— Я калитку запру. Она просто прикрыта, я же вас впустила…

— Не надо, поздно уже, — остановил я её. — Он у ограды, не выходите к нему.

Телефон на столе замолчал. Почти сразу с улицы донёсся голос:

— Антон, я тебя на работе не застал. Выйди на минуту, есть разговор.

Говорил он без нажима, даже приветливо. Соседке через дорогу волноваться было не о чем: приехал человек к знакомому, зовёт поговорить. Только сам знакомый стоял возле стола и никак не мог успокоиться.

— Ничего ему не отвечайте, — сказал я и вышел в прихожую.

Входная дверь была заперта на поворотную защёлку. Через вставку из матового стекла проникал свет, но дорожку от калитки отсюда не было видно. Справа находилась кухня, за ней, судя по пристройке, должен был быть выход во двор. Я оглянулся на Ирину.

— С другой стороны выйти можно?

— Через кухню, потом вдоль сарая. Там калитка к соседям, они через свой двор ходят на другую улицу.

— Она заперта?

— На крючок с нашей стороны.

Ника негромко выругалась, я же сосредоточился на звуках снаружи. «Сонар» помог отделить разговоры в комнате от того, что происходило во дворе. Щёлкнул язычок калитки, затем под чужими подошвами зашуршал песок на дорожке. Мужчина больше не ждал, что к нему выйдут.

Возле крыльца шаги стихли, а потом сбоку скрипнула доска. На стекле мелькнула тень и ушла к краю. «Взор» на мгновение сделал её чётче. Посетитель встал не перед дверью, а сбоку, где его не увидит тот, кто решит открыть.

— Ника, он уже во дворе, справа от входа, — сказал я. — Уводи их через кухню, потом к машине. Я следом.

Она хмуро посмотрела на меня.

— Только не вздумай устраивать здесь разборки. Ты его один не удержишь.

— Мне и не надо, просто отвлеку. Идите, пока он здесь.

— Максим, давай вместе, — Ника взяла меня за локоть. — Дверь заперта, пусть стучит.

Снаружи дёрнули ручку. Защёлка выдержала, но Ирина вздрогнула и прижала ладонь ко рту. Я осторожно высвободил руку.

— Значит так, вы выходите, я с ним поболтаю, отвлеку, потом сразу к вам. Спорить сейчас смысла нет, ты сама понимаешь, что сведения Антона важны.

Она явно мне не поверила, но спорить возле двери было некогда. Ирина взяла Антона за рукав, а тот уставился на вход, будто ждал, что сейчас всё решится без него.

— Пойдём уже, — сказала она, потянув сильнее. — Ты у меня второй день из комнаты выходить боишься, а сейчас решил остаться?

Ника увела их на кухню. Я остался у стены, перехватив трость поудобнее. Незнакомец ещё раз нажал на ручку и негромко усмехнулся.

— Смирнов, я знаю, что это ты. Надо же, где встретились. Всё пытаюсь понять, зачем тебе эта история понадобилась.

Я посмотрел на матовое стекло. Узнал он меня слишком быстро. Возможно, разглядел через окно, а может, ещё возле квартиры Мельникова кто-то сообщил ему о наших поисках. Выяснять это через дверь было бессмысленно, но удивление я запомнил. До сих пор я рассчитывал хотя бы на то, что для него останусь случайным гостем. Но получалось так, что он уже давно в курсе моих дел и моего интереса о… чёрт, даже говорить, как-то странно, но да, о моей смерти в теле Орлова.