Возвращение на бывший Базар не обрадовало. Форт оказался осаждён песчаными жабами. Твари тысячами крутились вокруг убежища. Люди уже даже не пытались с ними бороться, разве что отстреливали самых наглых – тех, кому удавалось добраться до прорезанных высоко вверху форта окон.

– Кажется, я зря рассчитывал, что на месте Базара будет оазис, – задумчиво пробормотал Морьо.

Теперь вся зелень была выжрана – жабы не привередливы, и если поблизости нет мяса, вполне удовлетворяются растительной пищей. Правда, людей оставлять в покое не собираются. Усиленное магией зрение позволяло разглядеть, что в большей части построек уже нет дверей. Выбиты и выдернуты. Если там кто и прятался, то теперь уже не прячется. Жабы могут быть удивительно прожорливы. Держится пока только форт, но и они как‑то слишком вяло отстреливаются.

– Ах да, нехватка боекомплекта, – поморщился Морьо. – Было ведь что‑то такое в докладах!

Он тогда поручил разобраться, мэру Йерба‑Буэно, и благополучно забыл об этом деле. Видимо, мэр, как всегда, слишком вольно отнёсся к своим обязанностям, и разобрался в своей обычной манере – одной рукой выделил деньги, а другой – их украл.

Карнистир тяжко вздохнул и принялся готовить очередное заклинание. Настроение, и без того не слишком хорошее, и вовсе сдвинулось на отметку «апатия». Его уже не злил тот факт, что вокруг одни идиоты, которые не в состоянии выполнять даже простейшие обязанности. Его не раздражала собственная несдержанность. Не печалил тот факт, что он оказался вдали от дома и любимой лаборатории, в диких местах без нормального транспорта и прислуги. Вот разве что мысль о гоблине по‑прежнему вызывала глухое раздражение… но это можно оставить на потом. Сейчас нужно разобраться с первоочередной проблемой.

Он изрядно растратил силы на ультимативное «Буйство жизни». Повторить такое в ближайшее время не получится, да и нельзя. На таком расстоянии он не сможет контролировать магию, так что накроет вообще всех, в том числе и обороняющихся в форте. На мгновение он помечтал о такой возможности. Предстоящее общение с этими людьми не вызывало никакого энтузиазма.

Нет, нельзя. Наверняка они уже доложили о происходящем в Йерба‑Буэно. Если Карнистира обвинят ещё и в уничтожении подданных авалона, можно будет поставить крест не только на карьере учёного, но и на свободе вообще.

– О чём ты думаешь, идиот? Набрался от людей безалаберности. Ты ведь всё равно сейчас не сможешь применить «Буйство жизни», – выругал себя Карнистир, даже не обратив внимания на то, что опять говорит сам с собой. Он так тщательно изживал в себе эту привычку, и вот опять!

Впрочем, когда сосредотачивался на какой‑то проблеме, Карнистир забывал о неудобствах. И сейчас он лихорадочно размышлял, как имеющимися малыми силами можно остановить нашествие хтонических земноводных. Желательно – быстро.

Несмотря на расстояние, жабы его заметили, и несколько из них бросили попытки добраться до людей в форте, предпочтя новую добычу. Карнистир, не отвлекаясь от размышлений, заставил их сердца биться в сто раз чаще. Жабы пустили из всех отверстий кровь и перестали его беспокоить. Правда, уже спешили новые – эти твари настолько тупы, что не учатся даже на примере своих соплеменников.

Убивать вот так, по одной‑две‑десять? Нет, Морьо слишком ленив для такого. Нужно придумать что‑то более универсальное, но в то же время не затратное.

Морьо зашагал к трупам. Требуется осмотреть их поближе, выяснить, насколько сильно хтонические жабы отличаются от обычных. Раньше он этим не интересовался, так что придётся восполнять пробел в знаниях прямо сейчас.

За время исследований вокруг образовалось целое кладбище из настойчивых жаб. Штук тридцать нашли свою смерть, пока Морьо разбирался в их внутреннем устройства. В конце концов, решение было найдено. Карнистир довольно ухмыльнулся – ему всегда было приятно вот так находить решение интересной загадки. Особенно, если удавалось придумать что‑нибудь элегантное и необычное. Кто бы мог подумать, что в организме хтонических жаб могут остаться обычны паразиты! И что они окажутся настолько эффективны, стоит лишь чуть‑чуть подстегнуть их развитие!

Обычные плоские черви – трематоды, двуустки, которые проводят в жабе вторую стадию развития, прежде чем попасть к финальному хозяину – какой‑нибудь птице. Морьо прекрасно знал механизм работы этих паразитов в обычной, неизменённой природе. В процессе развития они выделяют мутаген, который провоцирует развитие в животных лишних конечностей, а то и рака. Естественное поведение для паразита – ему ведь выгоден промежуточный хозяин, который будет плохо и медленно двигаться, и которого легко поймает финальный хозяин.

Всё, что оставалось сделать Карнистиру, это поправить метаболизм паразита таким образом, чтобы он выделял другой мутаген, более сильный. Не тот, который вызывает рост лишних конечностей у жаб и лягушек на стадии головастика, а более сильный, влияющий на взрослого хозяина. Несколько экспериментов помогли зафиксировать правильные изменения, а потом осталось только составить заклинание, которое будет действовать автоматически.

Карнистир был горд – результатом часа напряжённой работы стало заклинание, с которым смог бы справиться даже пустоцвет. Оно не требовало много энергии, лишь вносило крохотные изменения в метаболизм паразитов. Карнистиру оставалось только выпустить заклинание и любоваться результатом.

Первые несколько секунд ничего не происходило. А потом… жабы начали худеть на глазах. Ещё бы, на производство нового мутагена требовалась уйма энергии, а где её брать паразиту, как не из самой жабы? Но действие заклинания не ограничивалось только истощением. У жаб начали стремительно расти дополнительные органы. Лишние лапы, глаза, ноздри. Иногда – рога. Одна жаба отрастила себе огромные уши, формой подозрительно напоминающие эльфийские. Карнистиру это показалось насмешкой над его народом, пусть и невольной, и он потратился на то, чтобы жабу испепелить. Не совсем профиль мага жизни, но плохим бы он был специалистом, если бы не мог использовать заклинания других школ!

Всё было кончено буквально за несколько минут. Карнистир с удовлетворением обозревал результат своей деятельности – огромное кладбище бывших жаб, которые теперь скорее напоминали экспонаты из музея естественных наук. Каких только уродцев не породило его заклинание!

– Определённо, это нужно будет взять на заметку. Пожалуй, если доработать, можно будет использовать что‑то подобное для быстрого восстановления утраченных конечностей, – задумался Карнистир. – Хотя дорабатывать придётся очень долго. И понадобится множество экспериментов.

Настроение у него немного поправилось. То, как ловко и изящно он решил сложную проблему, слегка поправило пострадавшее после встречи с гоблином самолюбие. Определённо, он ещё не безнадёжен, а та ошибка… это была просто ошибка. От них никто не застрахован. Главное – не терять уверенности в себе, и продолжать идти к своей цели.

* * *

Последние несколько дней выдались очень трудными для Айсы. Сначала – долгий переход, во время которого на неё навалилось огромное количество обязанностей. На племя… точнее, на остатки племени, давило предчувствие беды. За ними охотится авалонский маг второй ступени, страшный Вивисектор, и не один, а с целой армией солдат! Никто из тех, кто оставался в роще, даже дети, не надеялся выжить, как бы ни старался подбодрить их вождь. Большее, на что они могли рассчитывать – это успеть добраться до Хтони и сгинуть там, чтобы не достаться врагу. Поневоле, и оставшаяся часть племени, те, кто вернулся из похода, перенимала эти настроения. Но не Айса. Она была уверена – Дуся их не бросит, и обязательно что‑то придумает. Встреча с этим гоблином стала для них счастливым случаем, что бы там ни ворчал Вокхинн, несмотря на трудности, они со всем справятся. Она ничуть не удивилась, что когда Дуся вернулся, скорая смерть как‑то неожиданно отложилась. Правда, легче не стало, но зато стало куда интереснее.