— Вы же понимаете, Вик, — перед тем, как сесть на стул, Кайман развел руками в стороны, — Я не мог не отреагировать на посещение японского коллеги.

— Понимаю, — усмехнулся я, садясь в кресло, — Слушаю вас.

— Я не спрашиваю, что от вас хотел Минамото, это я и сам знаю, я спрошу у вас, что он вам предложил?

— Портфель министра водных ресурсов, — ответил я.

— А если я перебью его карту? — Коннор Кайман вопросительно вздернул бровь, — Предложу вам портфель министра по землепользованию. Как вам идея, Вик? Фактически станете вторым человеком после губернатора.

Любопытно как складывается. Минамото должность водного министра тоже назвал второй после губернатора. Кто-то из них слегка лукавит… скорее всего оба…

— У вас ведь уже есть АД-объект, — напомнил я.

— Честно сказать, Вик, АД-объект оказался не столь мощным, как мы надеялись. Опыты на мышах показывают очень слабую мутацию.

— Что же вы хотели? АД-объект в бомбоубежище полвека пролежал. Видимо, иссяк.

— Вы думаете, тот, что находится в море, тоже ослаб?

— На знаю, Коннор. Любое излучение со временем ослабевает.

— Да, Вик, наверное вы правы, — Кайман задумчиво потарабанил пальцами по столешнице, — В любом случае, мы не можем позволить японцам завладеть АД-объектом или АД-излучателем, как они его сами называют. Надеюсь, вы это понимаете?

— Конечно понимаю, — ответил я, понимая, что Каймана надо прямо сейчас брать за жабры, — Но раз вы нацелились перебить японскую карту, почему бы не вспомнить, что место самого губернатора освободилось?

— Вошли в вкус, Вик? — Кайман широко улыбнулся крокодильей улыбкой.

— Врать не стану, Коннор. Власть, она, знаете, бодрит…

— Еще как бодрит, — охотно поддержал он, — А ваша новая секретарша? А? Просто бомба!

Мы оба посмеялись, как смеются мужчины, которые очень хорошо друг друга понимают.

— Так что скажете, Коннор? Я стану губернатором?

— Станете, Вик, — легко пообещал Кайман, и по этой легкости я понял, что он лжет. Минамото был со мной честнее, признался сразу, что избрание губернатора, как говорил монтер Мечников, — продукт полного непротивления сторон. А если я отдам излучатель бритишам, японская сторона будет против.

Разумеется, Кайману о своих умозаключениях не сказал, а лишь изобразил открытую радость недалекого простачка, чем самого Каймана очень порадовал.

— Тогда по рукам, Вик?

— По рукам, Коннор.

Поднявшись на ноги, мы скрепили достигнутую договоренность крепким рукопожатием. Каждый при этом держал за пазухой увесистый камень. Когда довольный собою резидент умелся, заглянула Ксюша Витальевна.

— Шеф, я могу идти? — Ксюша Витальевна держала в руке зонтик и слегка закусывала зубками нижнюю губу. Сексуальные женщины умеют делать что-то такое, что делает их еще более сексуальными.

— Конечно, можете. Я же вас уже отпустил.

— Там тучки набежали, решила переждать, вдруг дождь пойдет, — Ксюша Витальевна вздохнула.

Я глянул в окно. В небе виднелось несколько невесомых облаков, которые не тянули на тучки даже с большим натягом. Похоже, Ксюша Витальевна напрашивается на то, чтобы я ее подвез до дому. Пока думал, как тактично от нее отделаться, запиликал мобильник. Меня выручил Аристотель.

— Вик, — прозвучал в трубке его голос, — Ты занят?

— Что нужно?

— Я сейчас в политехе, общаюсь с профессурой. Сможешь подъехать?

— Конечно. Уже выезжаю, — я перевел взгляд на Ксюшу, — Надо срочно ехать, но… могу вас по пути подвезти.

— Нет, что вы, я сама доберусь. Скорее всего дождя не будет, — предположила Ксюша Витальевна.

— Я тоже думаю, что не будет. Тогда до завтра.

— До завтра, шеф.

Ксюша вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Я собрался тоже выходить, но был остановлен собственной мыслью: а как это Кайман так оперативно узнал, что ко мне приходил Минамото? У него есть осведомители? Наверняка есть. А еще все эти шпионы обожают подслушивать и подглядывать. И не только шпионы…

Активировал кайло в режиме геологоразведки и обошел кабинет. Первый найденный жучок был прикреплен липучкой под днищем стула, на котором сидел Кайман. Второй жучок нашелся под другим стулом, на котором сидел Минамото. Хитрые резиденты после себя оставили мне подарочки.

Обошел весь кабинет, найдя еще три жучка в разных его частях. Поубирал все жучки, предварительно перенеся их полные три-дэ модели в свой редактор. Вдруг пригодится, как-никак высокотехнологичные устройства с микросхемами, которые я при желании могу изготовить сам.

Вышел из здания, выбросив жучки в урну возле входа. Дженерал Моторс Малого одиноко стоял на парковке. Остальные работники мэрии разъехались по домам.

— Куда?

— Малой, знаешь, где Политех?

Малой молча повернул ключ в замке зажигания.

По дороге в институт предварительно созвонился с Аристотелем, и тот встретил меня на входе, чтобы проводить на кафедру сопромата, где меня ждали высоколобые институтские мужи.

— Знакомьтесь, наш новый мэр Вик Бережнов, с ним можно говорить по делу, — представил меня Аристотель, сразу задавая тон для беседы.

Я обозначил поклон, профессура сдержанно поздоровалась. Когда я уселся во главе кафедрального стола, слово взял самый представительный и седовласый из всей компании. Он начал толкать политически правильную речь о важности исторического момента и его роли в развитии страны. Я поморщился, Аристотель корифея грубо прервал.

— Не надо гнать эту муть, — заявил он со свойственной ему прямотой, — Я же сказал, Вик — свой мужик. Давайте сразу по существу.

— Позвольте мне, — дисциплинированно поднял руку сравнительно молодой мужчина в очках, уже начавший лысеть, но ещё не начавший седеть.

— Давай, — разрешил ему Аристотель.

— Правда, что вы можете изготовить любой предмет любых заданных свойств?

— Не любой. Если предмет составной, то не более, чем из семи веществ. А в формуле каждого вещества должно быть не более семи элементов.

— А какая точность? — не очень понятно спросил молодой ученый.

— Точность?

— Ну вот, скажем, нам на кафедру измерительной аппаратуры нужна точность до двухсот нанометров, сможете?

— В нанометрах мерять не умею, но точность до одной молекулы обеспечить могу. Давайте техзадание.

— У меня с собой, — он разложил передо мной чертеж одной единственной детальки в виде металлической планки, — Нужен сплав из пяти металлов плюс углерод. Вот формула.

— И это все? — удивился я

— Остальные части прибора мы сами способны изготовить, а вот эта планка должна иметь предельно точный размер.

— Понял, сейчас сделаем.

Я достал кайло, отсканировал чертеж и загрузил макет в редактор. Сплав должен состоять из пяти металлов: железа, никеля, кобальта, молибдена, титана. Шестой элемент — углерод, его содержание почему-то должно быть очень низким, менее 0,03 процентов. Повезло ученому, что я таскаю в хранилище редкие металлы.

Двадцать глаз смотрели на мое кайло с таким же примерно скепсисом, как до этого смотрел завлабораторией клиники Михал Михалыч, когда я в первый раз взялся синтезировать для Пробирникова лекарства.

Скепсис слетел с их лиц, когда кайло выплюнуло на стол металлическую планку точно по чертежу.

— Невероятно! — обрадованно воскликнул ученый, бережно запаковав детальку в носовой платок, — Мартенситную сталь сможете изготовить?

— Смогу… если объясните, что это такое…

— Да подожди ты со своими мартенситами, — возмутились коллеги, — Прессформу!

— Микрочип!

— Датчик!

— Сенсор!

Просьбы посыпались как под елку в канун нового года. Ученые пожирали меня жадными глазами, словно к ним прилетел вдруг волшебник в голубом вертолёте.

— Линзу!

— Призму!

— Клизму, блин, не хотите⁉ Товарищи ученые! Доценты с кандидатами! — призвал всех к порядку Аристотель, — Не забывайте, у Вика куча других дел, кроме как обслуживать ваши хотелки. Подавайте мне заявки, будем рассматривать. Также хочу напомнить, мы сегодня собрались по конкретному вопросу — технологии строительства жилых домов. У кого есть предложения?