Десять.

Ничего.

И вот из портала начала медленно вылезать здоровая голова какой-то твари.

Тело монстра вылезало из портала толчками, кольцо за кольцом. Голова — сегментная, в роговых пластинах, величиной с бычью. Жвалы ходили вхолостую, пробовали воздух. Тело — длинное, членистое, с частоколом ног по бокам. Каждая пара цепляла камень и подтягивала следующее звено.

Мерзко.

Это была здоровая степная сколопендра. Метров шесть, если не больше.

Заметил сразу, что идёт неправильно: тварь не помчалась по округе в поисках еды, не рыскала туда-сюда. Она пёрла строго вперёд, как по нитке. Тварь вели.

— Маш, у неё поводок, — тихо сказал я. — Сейчас появится хозяин.

Мария уже достала револьвер, готовясь начать стрельбу.

— Зоокинетик? — выдохнула она.

— Он самый.

— Это сектанты, — озвучил нашу общую догадку Пётр.

Как только из портала появился последний сегмент твари, начали выходить и люди.

Первый, в сером балахоне, не сводил глаз с монстра — вёл. Следом слаженная группа из трёх магов, у двоих над ладонями тут же вспыхнули огненные шары. А третий прикрыл всю группу воздушным куполом.

Вышел пятый маг, и воронка закрылась, стоило ему только махнуть рукой. Вот этот меня интересовал больше всего. Маг земли.

Нас они не заметили. Возможно, зоокинетик и начал сканирование, но что он мог противопоставить трём инквизиторам? Наш верхний слой мог пробить только маг высшего уровня, такой, как Софья Михайловна. А этот… нет.

Итого: зоокинетик, землевик, два огневика и воздушник. Пять. Тварь шестая, и она, похоже, была самым опасным врагом для нас.

Её бы из пистоля, но заряд будет набирать силу около получаса, а из автомата такую махину не замочишь. Насекомоподобные виды монстров уж больно живучие.

Я прикидывал, с чем ко всему этому подступлюсь. Источник на дне. Правая рука мёртвая. Радовало только то, что антимагии была целая обойма, значит, шансы есть. К тому же ещё и энергетик держал на ногах, но злость держала крепче.

Пётр придвинулся ко мне, тяжело дышал, после изгнания он держался на одних только волевых.

Шустрик забрался под складки плаща Маши и не пищал: понимал, что нельзя. Девушка посмотрела на меня, ожидая решения.

— Заряжай антимагические в барабан, — сказал я.

Мария вынула разрывные из камор и перезарядилась.

— Значит, так: Маша, бьёшь по серому, тот теряет поводок. Пётр перехватывает тварь. Я тем временем займусь нашим обратным билетом — землевиком. Остальных в расход.

— Это какой план? — буркнула девушка, повернувшись к врагам. — Мы уже до «Д» дошли?

— «Я», — криво улыбнулся в ответ. — Работаем.

Выгреб из кошеля последние две горсти мелких макров. Пистоль заряжать уже поздно, так что используем их для источников. Половину забрал себе, другую протянул наставнику.

— Наполняй источник. И покажи нам, неспособным, на что способны настоящие зоокинетики-инквизиторы.

Наставник зажал макры в кулаке, прикрыл веки.

Я проделал то же. Жар пополз от кулака вверх по левой руке — по правой нельзя, там пусто, сожжённый канал ныл сухой ниткой. Источник принял. Этого, конечно, мало, но иного выбора нет, нужно действовать.

Сколопендра уже начала движение по спирали, изучая территорию. Ещё один круг — и мы окажемся у неё на пути.

— Сейчас, — выдохнул я.

Мария ударила.

Серый тут же дёрнулся, схватившись за виски. Поводок ослаб, а затем порвался.

Сколопендра встала на дыбы первой третью тела, готовясь смыться от приносящих боль людей.

— Пётр!

Старик уже вытянул раскрытую ладонь. Лицо вмиг посерьёзнело, жилы на шее вздулись.

— Тяжёлая, гадина… — прохрипел он. — Долго не выдержу.

— А долго и не надо.

Тварь крутанулась на месте. Замешкалась на какое-то время, не понимая, чего она хочет: убежать или служить новому господину.

Одна секунда.

Вторая.

Развернулась.

И помчалась на сектантов.

Я же следил за обстановкой и одновременно вёл атаку на защитный амулет землевика.

Тот успел соорудить защитное укрепление для союзников и поставить на пути взбесившейся твари преграду. Поздно. Амулет на груди мага вспыхнул и осыпался искрами. И я тут же пробил верхний слой, продавил защиту разом, всем, что накопил. Аж у самого зазвенело в висках, левую руку прострелило до плеча. Землевик подломился в коленях и упал.

Чисто сработали. Он нас не видел, только взбесившуюся сколопендру.

Источник снова в ноль. В ушах гул, в глазах потемнело, под ногами поплыло, к горлу подкатило. Я закусил губу до крови и устоял. На злости.

Зоокинетик смог отбиться от атаки Маши и тут же попробовал восстановить контроль над монстром, но было поздно. Вакантное место уже занято Петром. А он опытный маг и навряд ли уступит.

Старик стиснул зубы, чуть не рыча. Сколопендра в какой-то миг развернулась в нашу сторону. Петра шатнуло, он осел на колено, но ладони не опустил, взяв верх над разумом твари и вновь направив её на врагов.

— Маша, добей серого!

Бах-бах! — револьвер Черкасовой дал два выстрела антимагическими. Купол над зоокинетиком лопнул как мыльный пузырь.

Бах! — и серый ткнулся лицом в камень.

Поводок остался у Петра.

Дальше крики. Воздушника тварь сожрала первым. А оставшиеся в глухой обороне огневики выпускали фаерболы один за другим, но без толку: пластины твари держали удар.

Бах! Бах! — Мария положила обоих. Последние два патрона.

Сколопендра замерла над растерзанным сектантом, водя жвалами. Пётр держал её, и по тому, как тряслась протянутая рука, я видел, что наставник на пределе.

— Христофорович, отпускай её рядом со входом в храм. Только медленно.

Наставник не спеша разводил пальцы. Тварь не сорвалась прочь, а обмякла, опустила голову, свернулась кольцом.

Пётр упал навзничь, хватая ртом воздух.

— Старый я для такого зверя, — выдавил он и хрипло засмеялся. — Бурого удержать — это одно. Бурый меня любит. А эта тварь сожрать хотела всю дорогу.

— Не убивай её, — сказал Марии, которая взяла автомат и направилась к монстру. — Оставь.

— Почему? — она опустила ствол.

— Пусть сторожит руины, а сдохнет — ну и чёрт с ней. Степная тварь, ей в болоте всё равно не жить. День, два — и всё.

Пётр, не вставая, повёл рукой. Сколопендра поднялась, подползла к спуску в подземелье и, получив свободу, быстро спустилась вниз.

Мария глянула на тварь, на меня и пожала плечами.

— Уходим, — сказал я. — Сейчас. Через ближайший переход, в «Кержак».

Напарница свела брови.

— А как же дождаться своих? Захар наверняка наводку дал.

— Хватит, сейчас у нас есть возможность уйти, и надо ею воспользоваться, — я мотнул головой в сторону трупов сектантов. — Эта группа не вернётся к вечеру, и секта поймёт, что храм взяли. И пришлёт не пятерых, а столько, что мы не дождёмся подкрепления из ордена. Надо уходить.

— А в «Кержаке» телепорт по часам. Если не успеем к вечернему, то придётся ночевать в степи, — сказала напарница.

— Значит, нужно поторопиться.

Пётр упёрся ладонями в колени, встал.

— Логично, Игорёк. Только вот этого, — он покосился на мага земли, — как заставить открыть портал, и чтобы ничего не заподозрил? Он маг, а не баран на верёвке.

— А вот тут, Христофорович, ты сработаешь.

План был дерзкий, и Пётр понял его раньше, чем я договорил.

Он закатал левый рукав, провёл ладонью по чистому предплечью. На коже проступил рисунок — два щупальца, уходивших к плечу. Это тебе не рядовой боец. Татуировка выглядела свежей, но наставник тут же состарил края, размыл линию, посадил тень так, будто носил её годами.

— Косметика, — сказал он буднично, опуская рукав до самого запястья. — Для него я теперь старший по ордену. Пока моя метка выше его метки, он должен подчиниться мне.

— А как же риски, что сработает блок, и маг сгорит? — спросила Маша, оглянувшись ко входу в подземелье, где исчез отпущенный Петром монстр.