На этот раз я не стал разделять группу, и мы всем отрядом добрались до главного вестибюля. Сегодня здесь было чисто. Не в том смысле, что кто-то позаботился убрать толстый слой пыли, который покрывал всё вокруг. Просто тварей не обнаружилось.

Каин уже подсвечивал нужный коридор, используя заготовленный маршрут. В случае, если там обнаружился бы завал, у нас имелись и альтернативные варианты. Но пока всё шло в соответствии с основным планом, и мы втиснулись в узкое пространство, медленно продвигаясь в технический сектор. Сперва нужно вырубить автономную систему безопасности, чтобы не бояться внезапного огня турелей за поворотом.

— Сейчас две пушки будут, — предупредила Карина. — На следующем перекрёстке.

— Вижу, — ответил я, сверяясь со схемой. — Мих, пропусти.

Приятель посторонился и шагнул вперёд. Команда замерла у пересечения двух коридоров. А сразу за поворотом прятались две турели, которые перекрывали доступ в технический сектор.

— Каин, сколько у меня времени?

«Около полутора секунд», — ответил верный помощник.

Приказы ему были не нужны. Он и сам понял, что пора разгонять мои рефлексы. Я почувствовал, как мышцы налились кровью и натянулись, словно стальные тросы. Зрение стало туннельным, изображение на периферии размазалось, зато в центре сделалось максимально контрастным. Я глубоко вдохнул, вжал приклад дробовика в плечо и вынырнул на перекрёсток.

Едва датчики зафиксировали несанкционированное движение в охраняемой зоне, как в нише под потолком началось движение. Но в моём состоянии оно казалось слишком медленным. Я успел прицелиться, всадить заряд картечи в образующуюся щель, передёрнуть затвор, развернуться и выстрелить во вторую турель, которая, к этому моменту раскрылась лишь наполовину. Каин приглушил слух, избавляя меня от звона в ушах.

Всё, теперь время пошло на секунды. Да, ночью твари спят, но мы не знаем, как они реагируют на громкие звуки. А в том, что выстрелы были слышны даже в самых отдалённых углах лабораторного комплекса, я даже не сомневался.

— Вперёд, — сухо скомандовал я и, пропустив Мишку, пристроился за его спиной.

Продвигались быстро, но без суеты. Леха, замыкающий наш отряд, закрывал за собой все двери, что попадались в коридоре. Не факт, что это остановит противника, но даст нам время, чтобы отреагировать на его появление. А тратить его на осмотр каждого закутка нам не хотелось. И этот момент мы также обговаривали заранее.

— Ещё два поворота — и открытая турель, — выдохнула Карина.

— Принял, — буркнул я, — Каин…

«Боевой режим активирован», — сухо доложил он.

Мишка, не дожидаясь приказа, сместился в сторону, пропуская меня в авангард. Не останавливаясь, я выскочил за поворот и дважды вдавил спуск. Картечь напрочь снесла систему наведения, а вторым выстрелом я заклинил механизм и порвал гидравлику управления. Турель клюнула стволами и уставилась в пол. А мы спокойно миновали очередное препятствие.

Дальше мы уткнулись в очередной завал. Я замер у груды бетонных обломков и вызвал карту. Каин послушно начертил два альтернативных маршрута. Один вёл в обход, делая большой крюк через лаборатории, а второй находился под самым носом. Всего-то и нужно было пробить стену в соседнем помещении.

— Миха, действуй по жёлтому варианту.

— Есть, — отозвался приятель и ударом ноги вынес хлипкую дверь в кабинет начальника технического отдела.

Выучка взяла своё и прежде, чем вломиться внутрь, приятель отпрянул, сместился в сторону, охватывая помещение взглядом.

И вдруг замер.

— Цель на десять часов, — прошептал он. — Не движется.

— Твою мать, — выдохнул я. — А как всё хорошо начиналось…

— Да сожгите его на хрен! — прошипела Дашка.

— Весь комплекс взвоет, — парировал я.

— В обход — тоже не вариант, — пометил Саня. — Там мы можем на целый взвод тварей напороться.

— И что предлагаешь? — Я обернулся к нему.

— Заложить взрывчатку и снести стену. Если тварь дёрнется, спалим её к херам, — предложил он.

— Миха, слышал?

— Да.

— Действуй.

— Чтоб вас черти драли! — выругался он и протиснулся в кабинет.

С баллоном на спине и гидравлическим шлангом, идущим к стволу огнемёта, он выглядел неуклюже. Но это его не заботило. Опасливо кося на замершую белую статую, он подошёл к стене и принялся закладывать заряд. При помощи пневмопистолета вбил в основание несколько цилиндров, в которые вставил небольшие взрывпакеты. Активировал детонаторы и вернулся обратно в коридор. Тварь даже не шелохнулась, даже когда Мишка пробивал бетонное основание стены.

— Бойся, — тем не менее шёпотом скомандовал он, и мы отпрянули в коридор.

Грохнуло знатно. Из открытой двери вырвалось облако бетонной пыли. Мелкие камешки с визгом отрикошетили от стен, сбивая с них штукатурку. И тут в проёме появилась белая рожа твари. Я не успел дать команду, как Мишка вдавил клавишу на огнемёте.

Пламя с рёвом вырвалось из сопла и окутало тварь. Нас обдало жаром, несмотря на то, что мы находились позади. Лаборатория мгновенно ожила и наполнилась воем, от которого заныли кости. Тварь рухнула на пол и забилась в припадке, окутанная пламенем. Мишка продолжал жарить, пока та наконец не успокоилась. Воздух быстро наполнился отвратительным запахом горелого мяса и дымом. Дышать стало невозможно. Мало того, что глотку забивало гарью, так ещё и кислород выгорал быстрее, чем успевал заполнять узкое пространство коридора.

Отряд зашёлся в кашле. Не спасали даже наниты, которые усердно обогащали кровь кислородом, выхватывая его остатки из окружающей среды. А время нещадно утекало сквозь пальцы.

— Вперёд, вперёд! — прохрипел я и первым двинулся к дымящейся твари на полу.

Стараясь дышать только ртом, я перешагнул тело и, ориентируясь исключительно по вектору, который проецировал Каин, прошмыгнул в пробой в стене. Но не успел сделать и шага, как в меня вцепились белые пальцы.

Адреналин влетел в кровь, боевой режим включился в ту же секунду, и я атаковал ублюдка. Недолго думая, я сунул ствол дробовика в подбородок твари и вдавил спуск. Грохнул выстрел, и верхняя часть башки белого испарилась. Вот только это его не остановило. Тварь потянула меня на себя.

Ствол дробовика уже был втиснут между рук монстра, облегчая задачу. Я лишь протолкнул его чуть глубже, перехватил поудобнее и что было сил крутанул влево, используя оружие как рычаг.

Какими бы крутыми ни были эти создания, они всё ещё обладали биомеханикой человека. Приём сработал как надо, и руки сорвало с моей разгрузки. Второго шанса я ему предоставлять не планировал. Сделал небольшой шаг назад и выбросил ногу навстречу белому телу. Урода снесло с пути, будто в него печатался грузовик. Он отлетел вглубь кабинета, врезался спиной в стену и растянулся на полу. А я уже целился в его колени.

Дважды гавкнул дробовик, и тварь заскребла пальцами по полу, всё ещё пытаясь до меня дотянуться.

— Грех, рядом! — рявкнул в ухо приятель, и я шагнул в сторону, освобождая линию атаки.

Пламя с рёвом вырвалось из ствола, и в кабинете мгновенно кончился воздух. Пришлось снова использовать дробовик, но на этот раз я палил по окну. Как только в помещение ворвался ледяной воздух снаружи, дело сразу пошло на лад. Пламя окутало тварь, и теперь она полыхала со всей возможной силой. А я ткнулся спиной в стену, сполз по ней вниз, где оставалась возможность дышать, и принялся набивать патроны в магазин дробовика.

Как только с тварью было покончено, мы выскочили в коридор, оставляя завал за спиной. Дышать сразу стало легче, но сердце продолжало стучать где-то в районе горла.

Порядок выровнялся, и перед моими глазами снова заплясал баллон с керосином, подчиняясь движениям Мишки. А вот скорость нашего движения выросла. Мы больше не тащились, всматриваясь в детали вокруг. Да, тварей пока не было видно, но ощущение того, что нам дышат в спину, стало ощущаться физически. К тому же мы перестали быть для тварей невидимыми. Контакт случился, и теперь на нашей одежде висели бактерии-маячки, чётко указывая остальным, где мы находимся.