Ничего.

И всё равно, прежде чем показаться из-за угла, я некоторое время собирался с силами. Высунулся, уставился на турель, от которой поднималась тонкая струйка дыма. Две пули легли точно в блок управления, пройдя в узкую щель между стволом и бронированной защитой. Это точно сделал не я.

— Спасибо, Каин, — поблагодарил интерфейс я.

«Мне было несложно», — отозвался он, но я почувствовал в его голосе скрытые нотки удовлетворения.

— Готово, — бросил я своим и принялся натягивать ботинок.

Через пару минут мы уже проходили мимо поверженной турели. Дальше — полная неизвестность. Ни Карина, ни работник, чей модуль мы использовали для построения карты, не заходили дальше этого места. А впереди нас ожидал ещё один поворот под прямым углом.

Мы замерли возле него, и я снова высунулся наружу, мгновенно фиксируя всё, что там находится. Голову я убрал раньше, чем мозг успел отразить увиденное. Но визор тут же вывел картинку.

— Чисто, — кивнул я. — Миха, встаёшь за мной.

— А если там твари?

— Мы сейчас спорить будем⁈ — резко огрызнулся я, и Косой тут же сместился за спину.

Мы вышли на финишную прямую. Коридор заканчивался дверью. И всё. Было даже не ясно, каким образом она открывается. В смысле, уходит вниз, вверх или в сторону. Полотно во всю ширину коридора, нет места даже для откосов. И выглядит она очень солидно, вряд ли получится её даже подорвать.

Подойдя ближе, я окончательно убедился, что нам её не открыть. В центре расположилась панель сканера, и ни фига не отпечатков. Стоило попытаться рассмотреть её повнимательнее, как по моему лицу пробежался лучик света, а на панели вспыхнула надпись: «доступ закрыт».

— Приехали, — выдохнул я.

— Пропусти. — Вперёд протиснулась Дашка.

Пока она рассматривала сканер, тот дважды считал её лицо, повторив запрещающую надпись. Но её это нисколько не волновало. Она вытянула нож и без малейшей жалости разнесла экран пяткой на рукояти. Затем жалом, вычистила осколки, добралась до начинки и принялась перебирать провода. За её спиной тут же навис Мишка и принялся комментировать.

— Нет, синий — это питание. Попробуй жёлтый и белый замкнуть.

— Миша, блин! — огрызнулась подруга, нахмурив брови. — Отвали, а? У меня, вообще-то, нож в руках.

— Понял, — криво ухмыльнулся он и поспешил устраниться.

Дашка ковырялась с панелью минут пять, и это время показалось нам вечностью. Впереди, в темноте, терялся поворот, и мне постоянно казалось, что из-за него вот-вот выглянет белая рожа.

Но всё обошлось. В двери наконец что-то щёлкнуло, и она с тихим шелестом вышла немного наружу, а затем ушла вверх. Я оказался прав: взрывать её было бы бесполезной тратой ресурса. Мало того, подобным воздействием мы легко могли её деформировать, и тогда она навсегда осталась бы закрытой. Сомневаюсь, что её бы даже резак взял. Разве что передний слой стали получилось бы срезать. А за ней, с вероятностью в сто процентов, скрывался слой бетона, который пришлось бы долбить до рассвета.

— Моя девочка, — ощерился Мишка и поцеловал Дашку в щёку.

— Блин, Миша! — снова возмутилась она. — Нашёл время…

А я уже рассматривал комнату, что открылась нашему взору.

Едва дверь ушла вверх и мы перешагнули порог, как в нос ударила вонь. Сладковатая, тяжёлая, она висела в воздухе плотным слоем, и от неё мгновенно скрутило желудок. Так пахнет разложение, когда ему дают время как следует вызреть в закрытом помещении.

Я рефлекторно прикрыл лицо сгибом локтя, но это не помогло. Запах просачивался сквозь ткань, оседал на языке, заставлял дышать ртом. И от этого становилось только хуже.

Как всегда, на помощь пришёл Каин и просто лишил меня обоняния.

Командный центр открылся нам во всей красе. Под потолком висел голографический проектор, с которого срывалась огромная мультиэкранная сетка. Десятки окон отображали поток информации с камер. Часть из них темнела пустыми квадратами (видимо, выбитые нами или просто вышедшие из строя во время бардака). Но некоторые ещё работали, и по ним пробегали едва заметные помехи. В центре под этим мерцающим полотном стоял сенсорный стол. На нём горел пульт управления, подсвечивая комнату холодным синим светом. Перед столом выстроились четыре кресла. Три из них пустовали, а в четвёртом сидел труп.

Он откинулся на спинку, запрокинув голову. В затылке зияла дыра от пули, с рваными краями, как будто выстрел сделали в упор. На потолке, прямо над креслом, прилипли засохшие мозги. Тёмные, сморщенные, с потрескавшейся коркой.

Рядом валялся пистолет. Обычный, табельный, с затвором, вставшим на задержку. Видимо, выпал из руки, когда тело последний раз дёрнулось.

Я медленно прошёл внутрь, стараясь не смотреть на труп, но взгляд сам возвращался к почерневшему лицу. Кто-то из сотрудников решил не ждать, пока его сожрут или обратят. Он предпочёл уйти сам. И, судя по всему, он оказался последним, кто держал оборону.

— Не подходите к нему, — глухо произнесла Марта.

— Я и не собираюсь, — ответил я.

Но к столу подойти всё же пришлось. Ведь мы явились сюда именно за этим.

— Даш, справишься?

— Да-а… — хриплым голосом отозвалась она.

Судя по бледному виду, рвотные порывы она сдерживала из последних сил. А я в очередной раз порадовался, что у меня есть Каин.

Подруга подошла к столу, склонилась над ним и вдруг рванулась в сторону, упала на четвереньки и принялась извергать содержимое желудка на пол. Мишка дёрнулся к ней, но я придержал его за руку и покачал головой, когда он посмотрел на меня. Помочь Дашке он всё равно не мог.

— К двери, — бросил ему я, — охранять вход. Марта, встань с ним. Лёха, Саня — за мной.

Команда зашевелилась. Дашка медленно поднялась, вытерла рот рукавом и вернулась к панели управления. Карина схватилась за стул с трупом и вытолкала его в коридор. Уверен, что дышать от этого легче не стало, хотя концентрация вони должна была упасть. По крайней мере, возле пульта.

Мы втроём прошли до двери, которая расположилась на противоположной от входа стене. Эта была не запертой и вообще не имела замка. Створка подалась в сторону, не издав ни единого звука. В лицо пахнуло свежим, прохладным воздухом, а под потолком вспыхнул свет, заливая серверную. Всюду ровными рядами стояли шкафы, мигающие разноцветными лампочками. Святая святых лабораторного комплекса. Наверняка информация, что здесь хранится, стоит столько, что продав её, мы будем безбедно жить до конца своих дней.

Вот только планы у меня были другими.

— Даш, как закончишь, загляни сюда, — бросил подруге я. — Саня, Лёха, осмотреть всё. Только ничего не трогайте.

Друзья кивнули, рассредоточились и двинули вглубь серверной, по обеим сторонам. Вскоре от дальней стены донеслись их возгласы:

— Чисто…

— Чисто, — словно эхо, повторил Лёха.

Мы вернулись обратно к пульту, над которым колдовала Дашка.

— Как тут у тебя? — спросил я.

— Почти закончила, — не отрываясь от работы, ответила она — Здесь почти каждая команда под отдельным паролем. Ума не предложу, как они их все запоминали.

— Там серверная. — Я кивнул за спину.

— Я поняла, — ответила подруга. — Что от меня нужно?

— Собрать жёсткие диски, но так, чтобы не выключить свет и управление вратами.

— Хорошо, займусь, как только закончу здесь.

— А не проще сразу серверы обесточить? — подал голос Санёк. — Безопасность останется без управления.

— Не останется, — покачала головой подруга. — Все турели на автономном питании, с собственным блоком управления. Отключив серверную, мы лишим себя возможности управлять ими. Вначале нужно всё отключить с пульта, а уже затем забирать жёсткие диски.

— Ты как? — Я переключил внимание на Карину.

— Нормально, — ответила она. — Справлюсь.

— Хорошо. Даш, поторопись. Нам до рассвета нужно выйти отсюда.

— Грех, не лезь под руку, ладно⁈ — огрызнулась она. — Я работаю.

Тишина стояла такая, что звенело в ушах. Но никто в этой комнате не чувствовал покоя. Каждый звук, даже самый тихий, заставлял дёргаться. Мишка переминался с ноги на ногу и слишком часто поглядывал в коридор. Его пальцы то сжимались на стволе огнемёта, то расслаблялись, будто он не мог решить: ждать или уже пора жарить. Марта кусала губу и не отводила взгляда от тёмного проёма. Карина стояла у стены, но даже в её неподвижности чувствовалась натянутая струна.