Говорит тихо, вкрадчиво.

— Я все поняла, — киваю с готовностью. — Я буду всем говорить, что вы дали мне таблетку, что выполнили свою работу.

Элла Анатольевна кивает.

Дальше начинается процесс заполнения бумаг. Меня по кругу отправляют на анализы. Лежа на кушетке под аппаратом УЗИ, я слышу, как врач сообщает мне:

— Беременность маточная, шесть недель. Врать о сроке не придется.

— Хорошо.

Дальше меня затягивает вереница событий. Приходит Батыр, а я изо всех сил изображаю, как мне плохо, что я против аборта. Еще раз десять переспрашиваю его, не передумал ли он, но встречаю решительное: «Нет».

Отпускают меня ближе к вечеру, сказав, что будут ждать завтра утром для нужной манипуляции.

Домой едем в молчании. Батыр несколько раз пытался завести разговор, но я упорно игнорирую его.

Я разочарована в мужчине, которого полюбила. Будет ли он разочарован во мне, если узнает, что я родила? С ужасом понимаю, что мне плевать на это. Ради своего ребенка я пойду и не на такое.

Дом встречает могильной тишиной.

— Не переживай, в ближайшие дни я найду новую домработницу, — произносит Батыр, видя, как я осматриваюсь.

— Поверь, домработница — это последнее, о чем я переживаю, — отвечаю холодно.

Умаров буравит меня взглядом. Там читается вина, да… понимает, сволочь, что делает, но упорно гнет свою линию.

— Я заказал ужин. Скоро должны привезти.

— Я не голодна, — бросаю ему и направляюсь к лестнице.

— Тая, — зовет меня, и я замираю, но не оборачиваюсь. — Ты должна есть. Так нельзя.

— Нельзя так, как делаешь ты, Батыр.

— Тая… — звучит уже более устало. — Пожалуйста. Останься и поешь со мной.

Даю себе пару секунд на заминку и возвращаюсь к мужу. Лучше так. Пусть. Так хотя бы у него не возникнет лишних вопросов. Да и силы мне нужны, теперь во мне еще одна жизнь, за которую я в ответе.

Во время ужина я не поднимаю на мужа взгляд. Вяло ковыряюсь вилкой в салате.

— Я взял небольшой отпуск.

А вот это мне точно не на руку.

— Зачем? — поднимаю на мужа взгляд.

— Хочу быть рядом с тобой в этой… сложной ситуации.

— Можно просто не делать ситуацию сложной, и тогда не придется отказываться от работы в мою пользу.

Игнорирует…

— Как ты смотришь на то, чтобы на следующей неделе поехать вместе отдохнуть? У меня есть небольшой домик в горах. Там тихо и спокойно. Свежий воздух, очень красивые виды на горы.

— Я подумаю.

Батыр сжимает челюсти.

— Если не хочешь, можно поехать на море.

— У меня будет идти кровь после аборта, Батыр. Какое, к чертям, море? — бросаю со злостью.

— Прости, я не подумал, — звучит примирительно.

— Я сыта. Пойду спать.

Вытираю губы и поднимаюсь со стула.

— Только семь вечера, — произносит растерянно Умаров. — Я думал, мы проведем время вместе.

— Серьезно? — усмехаюсь. — И что, будем смотреть сериал, обсуждать его, упорно игнорируя основную проблему? Батыр, неужели ты не понимаешь, что теперь будет все по-другому? Я никогда не прощу тебе того, что ты делаешь.

Ухожу, так и не дав Батыру ответить мне, а утром пью пустышку, не сводя взгляда с лица Батыра.

Неужели ни один мускул не дрогнет на нем?..

Ни один…

Тая

Две недели спустя

— Здравствуй, папа, — прохожу в отчий дом и вежливо здороваюсь с отцом.

— Здравствуй, Таисия, — окидывает меня внимательным взглядом. — Как дела у вас с Батыром?

Я не ожидала увидеть его сегодня. Обычно он уезжает на работу раньше, и у меня получается избежать придирчивых расспросов, но сегодня что-то пошло не так…

— Все хорошо, отец. Батыр передает вам привет.

— Приезжайте в выходные к нам на ужин.

— Я поговорю с ним, отец.

На выходных меня тут уже не будет.

Что станет с отцом, когда он узнает, что я сбежала…

Но это второстепенно. Сейчас у меня приоритеты совершенно иные.

— Поговори. Кстати, Таисия, когда вы порадуете нас с матерью внуками? Вы уже больше трех месяцев женаты, пора бы…

Улыбка на моем лице дергается. Нерв защемляет, из глаз чуть ли не искры сыплются.

— Порадуем, папа, — отвечаю хрипло.

— Не затягивайте. Все, я уехал.

— Пока…

Стою ни жива ни мертва, словно к полу прибитая.

Несколько минут выравниваю дыхание, успокаиваю ноющее сердце. Только после этого захожу в дом.

— Привет, мамуль!

— Дочка! Аллах, ты такая красивая стала! Замужество тебе определенно к лицу.

Они сговорились сегодня все?

— Ты к Адаму?

— Да, он хотел мне показать презентацию его приложения. — А еще рассказать план моего побега.

— Давай, дочка. Беги.

Ухожу к брату. Тот сидит в огромных наушниках и активно печатает код.

— Привет, — кричу ему, и Адам машет в ответ.

Быстро сворачивает приложение, выключает один компьютер. Подъезжает к шкафу, достает оттуда небольшую коробку.

— Что это?

— Ноут. Тонкий и легкий. На нем установлены проги, чтобы сбивать местоположение. Будем общаться через него. Еще тут новый телефон. Сразу скажу — с него к нам не звони. Все общение только через ноут.

— Поняла.

Адам смотрит на меня внимательно:

— Уверена?

— Да.

— Может, передумаешь? Я так понял, Батыр в последние дни изменился.

Батыр изменился, да. Мне кажется, он даже постарел. Словил откат. Ходит за мной по пятам, постоянно касается. В том числе живота.

Каждый раз, когда он это делает, все внутри меня поджимается. Потом я успокаиваю себя тем, что он не может знать о моем обмане. Живота нет, ребенок еще не шевелится.

Батыр плохо спит. Я слышу, как по ночам он бродит по дому, пьет. А потом приходит в спальню и садится на пол с моей стороны кровати.

Ему плохо, ему больно. Он наконец понял, что сделал. И думает, что это непоправимо.

Хочу ли я его переубедить? Да.

Буду ли я это делать? Нет.

Я уеду из родного города и начну жизнь заново. Наверняка однажды Батыр найдет меня… если вообще будет искать.

— Не передумаю. Рассказывай. Что там дальше?

— Это новый паспорт. Имя твое, все остальное новое. Сразу скажу, паспорт — липа. Ни одна таможня тебя не пропустит по нему, так что лучше не использовать его нигде. Я тебе его даю так, на всякий случай, вдруг билет на автобус покупать придется. Я нашел тебе место. Это недалеко, в трехстах километрах отсюда. В тупиковом поселке. Дальше — заповедник. Место нетуристическое, непроходное.

— Может, стоит спрятаться где-то в мегаполисе?

— Хочешь спрятать что-то — положи на видном месте, — усмехается.

— Понятно.

Адам кладет на колени конверт.

— Тут бабки. Наличка. Хватит надолго. А вот это, — отдает написанную от руки бумажку, — номер кошелька. Его нереально отследить. Если что-то пойдет не так, в любой момент пиши мне через ноут. И звони, конечно, сестренка.

— У тебя же будут проблемы! — ахаю.

— У меня они будут в любом случае, — усмехается. — Но и врать, что не я тебе помогал, не собираюсь.

Не сдержав порыва, подаюсь к брату, обнимаю его.

— Я так люблю тебя, Адам.

— И я тебя, Тай, — гладит меня. — Ты поаккуратнее там, побереги моего племянника или племянницу.

Шутит, а у самого глаза на мокром месте.

— Тая, ты должна понимать, что он найдет тебя рано или поздно. Беременность можно вести в частных клиниках, а вот рожать придется в государственном роддоме. Данные оттуда попадут в общую базу. Найти тебя будет непросто, но сделать это вполне реально. Особенно обученному человеку.

— Мне важно родить, Адам… А дальше посмотрим… Отец будет в бешенстве.

— Будет, — кивает брат. — Он еще не отошел от побега Виты… но не думай о нем. Тая, я тебя поддержу. Поверь, у меня достаточно денег, чтобы обеспечить тебя.

— Конечно, — усмехаюсь грустно. — Ты же у нас хакер.

— Тихо ты, — толкает меня плечом в плечо. — В общем, знай: даже если что-то пойдет не так, я тебя защищу.