Дверь едва удержалась в петлях от моего удара. Забежал в комнату и увидел картину, в которой разобраться было непросто.

Тётя молчаливой статуей стояла посредине помещения и злобно хлопала ресничками. Больше ничего другого она в своём состоянии сделать не могла. Напротив неё растерянно осматривался Кир. Но самое интересное, что у стены, навалившись на неё, сидела неподвижная предположительно женская фигура раза в два больше ребёнка из комков снега (!) и безучастно взирала на всех.

Быстро оценив ситуацию и то, что новое действующее лицо была только фигура, а значит, и опасность может исходить только от неё, я среагировал мгновенно. Особо не церемонясь с Киром, схватил его за шкирку и задвинул за Ирэн и, встав перед ними, лицом к снежной бабе, зажёг атакующие огни.

На плечо неожиданно легла ладонь.

— Не надо. Гаси огни. — изменившимся голосом прохрипела тётя. — Она не опасна.

Я послушно опустил руки, хотя в душе сомнения остались. Но раз тётя так говорит, значит, ей виднее.

— Что это? — спросил я, кивнув на снежную фигуру.

Недаром моя тётя занимала такой высокий пост в академии. Мне бы понадобилось больше времени, чтобы снять чары. А она подошла к фигуре и внимательно её рассматривала, не торопясь ответить на мой вопрос.

— Кир, я же попросила только напитать шар, чтобы узнать силу твоей магии. Скажи на милость, о чём ты думал, когда начал магичить? — она наконец-то отвернулась от фигуры и теперь разглядывала испуганного мальчишку. В её голосе звучал упрёк, но было видно, что она не сердится, а скорее удивлена.

— Ну … я вначале … это … а потом … и вот … — Кир, смущённо опустил голову и из-за этого было плохо слышно, что он говорит.

— Кирилайн, прекрати мямлить и отвечай чётко, ясно и быстро, — вмешался я в их диалог, сгорая от нетерпения узнать, что же здесь произошло.

Вместо испуганного, дрожащего, из сутулившегося ребёнка через мгновение передо мной стоял молодой маркиз, в роду у которого были предки королевской крови.

— Как вы и просили — он посмотрел на Ирэн — Я сосредоточился, набрал всю силу, которую смог собрать, и уже собирался перелить её в шар, но именно в этот момент грохнул гром за окном. Это было совершенно неожиданно при ясной погоде, оттого я испугался. А дальше получилось целая цепочка мыслей: гром, значит осадки; так как осень — значит скоро снег; а если снег, можно будет поиграть в снежки; а если играть, значит с Ликой. — чётко произнёс ребёнок, но потом всё-таки не удержался и всхлипнул. — И вот что получилось. А когда она появилась — он кивнул в сторону фигуры — гром прозвучал уже в этой комнате, и она, испугавшись, выпустила волну снега, но герцогиня Ирэн оттолкнула меня, и весь поток попал в неё. А баба после этого села и больше не поднимается. — и он так же, как и мы, посмотрел в сторону замершей фигуры.

— Ближайшее время будет уделено теории и контролю магии. Ни о какой практике речи быть не может! Ни у тебя, ни у Лики! Медитация и контроль! И тебя это тоже касается, — сказала она, запыхавшейся, Лике, которая только что замаячила в распахнутой двери. — Никогда не знаешь, какой очередной бред придёт к вам в голову в момент применения магии!

Тем временем снежная баба уже начала подтаивать.

— Теперь надо здесь всё убрать. Сейчас это просто куча снега. — Выходя из комнаты, напоследок проговорила Ирэн.

Даже это неинтересное занятие Лика умудрилась превратить в игру. Гвен принесла несколько вёдер, в которые нагребали снег, а потом, как предложила Лика, на толстой верёвке спускали через открытое окно наружу. А уже там вёдра принимал Эрик и их освобождал. Хоть меня никто об этом и не просил, но я решил помочь. Лика и Гвен наполняли вёдра, я спускал их вниз, а Кир радостно всё это комментировал.

После всех случившихся событий о первоначальной причине моего появления здесь я забыл.

Замок большой, уборка сама не сделается, поэтому крыльцом я не ограничилась и, передохнув, продолжила. В этот же вечер, намывая окна в гостиной, я вспомнила историю, которую мне рассказывала моя подружка. Как-то однажды к ней на дачу приехали родственники. И пока мама сидела в беседке за чаем и развлекала гостей, моя подружка занималась тем, что намывала окна во всём доме. А когда она через несколько часов закончила, и уставшая подходила к беседке, услышала разговор мамы и её сестры:

— Весна, тепло уже. Завтра, наверное, вымою окна в квартире. — сказала тётя подружки.

— Хорошее дело. У нас окна … — начала говорить мама, оглянувшись в сторону дома, посмотрела на сверкающие стёкла, закончила: — А у нас они и не пачкаются.

Мама просто не обратила внимание на то, чем всё это время была занята её дочь, а просто увидела результат работы и порадовалась. Хотела бы я видеть лицо подруги в этот момент. Когда она мне это рассказывала, смеялись мы громко. И сейчас, вспоминая эту историю, я невольно улыбнулась. Мне бы так — раз и чисто. И при этом чтоб сделал всю работу кто-то другой, а не я.

С этого дня началась глобальная приборка замка. Благодаря порталу, который сумели настроить Александр и Марк в этот же день, замок наполнился слугами и началось деятельное бурление. Слуги, словно муравьи, двигались по замку, передвигая материалы и спешно восстанавливая разрушенное.

Следующая неделя была для меня очень насыщенной. Мы с Софи и ещё несколькими девушками, которых прислала Криста, вычищали весь замок, вымывали и чистили каждый уголок, от чердака до подвала. Мы занимались не только приборкой замка, но и разбирали завалы снаружи, возвращая территории её первоначальный вид. Хвостом за мной бегали Кир и Бяда и старались хоть чем-то помочь.

Во дворе замка появились строительные материалы и специально обученные люди. Благодаря их усилиям прилежащая территория стала быстро преображаться. За считаные дни восстановили прачечную, псарню, конюшню. Стражники, которые прибыли с нами, наконец-то занялись своим прямыми обязанностями — охраной, осматривая территорию и поддерживая порядок. Ветер носил запах свежей стружки и сырой земли.

Чем занимались Марк и Александр, я не знала, но практически каждое утро, после завтрака, который по-прежнему с удивительным мастерством готовила Гвен, они уходили порталом во дворец и возвращались уставшие только к ужину. По отдельным фразам, брошенным между делом, я могла только догадываться, что занимались они магом, напавшим на нас в дороге. И результаты этого дела совсем не нравились принцу, но подробности он не рассказал.

На самом деле было очень тяжело всё успевать. Несколько часов в день я и Кир, под руководством Ирэн занимались медитацией. Она нас хвалила, говорила, что у нас всё получается, что мы проявляем чудеса терпения и настойчивости, но я изменений в себе не видела. Моя магия с интересом наблюдала за моими занятиями, но больше пока не своевольничала.

А потом, после медитации, вновь была приборка. Хотелось сделать всё быстрее, но при этом не потерять в качестве. Каждая деталь требовала внимания, каждый предмет — своего места. Уже совсем скоро замок заметно преобразился. Его внимание к тому, чем мы занимаемся, ощущалось каждую минуту, но больше он не пакостил, чем сильно упростил задачу.

Ещё была бухгалтерия, с которой мне тоже предстояло разобраться, но я решила, что правильнее будет решать задачи постепенно. Вначале приборка, потом бухгалтерия и всё остальное. Я составляла каждый вечер план работ на завтра, распределяя задачи по времени, чтобы чрезмерно не перегружать себя и своих помощников и не терять сосредоточенность.

В какой-то мере меня спасало то, что по вечерам в своей комнате я пыталась заниматься кинусайга. Используя разноцветные лоскутки шёлка, можно создать мозаику по предварительному эскизу, перенесённому на деревянную основу. Борозды глубиной 2 мм прорезаются по контуру рисунка. Затем, подходящие по цвету лоскутки шёлка, немного превышающие размер кусочка мозаики, аккуратно вкладываются и фиксируются в них специальным инструментом. В результате получаются оригинальные, текстурные панно, где смыкание лоскутков создаёт интересный эффект натяжения и складчатости ткани.