– Я объясню. Идите все со мной. Остальное может подождать.
И он кинулся внутрь к лифту. Недоумевая, они потянулись за ним.
– О чем он тебя просил? – тихо спросила Сова, догоняя Командора.
– Договориться о встрече с руководителем киферонского следственного управления. Наладить связь с Магистром.
– Не шепчитесь у меня за спиной, – попросил Лорис, и они испуганно притихли. – Ты была права, – вдруг сказал он Сове.
– В чем?
– Не нужно было ломать тот диск. Теперь это все равно не утаишь. У тебя есть возможность достать копию?
Сова кивнула.
– Как скоро ты сможешь это сделать?
Она печально усмехнулась и вытащила диск из нагрудного кармана своей куртки. Покидая гостиницу, она почему-то не решилась оставить его в номере без присмотра
– Значит, копия у тебя была, – задумчиво заметил Лорис.
Ей вдруг стало до слез обидно оттого, что он подозревает ее в неискренности. Если второй диск был у Совы еще вчера, то демонстративное уничтожение первого можно было расценить лишь как своевременное вранье в угоду неудобной принципиальности Лориса.
– Вчера еще не было, – сухо ответила она.
Странно, но даже это сейчас Лориса не беспокоило. Он принял к сведению то, что она сказала, проигнорировав сам тон ответа.
Командор распахнул перед ними дверь кабинета. Уже на пороге Лорис вдруг задержал Ритора.
– Простите, Ястри, то, что вы сейчас услышите, к сожалению, напрямую касается и вас. Я был бы рад избавить вас от этого, но я уже не имею права действовать иначе.
Их ждали. Начальник следственного управления негромко беседовал по видеоканалу с Магистром, который при виде всей вошедшей компании подался вперед, что могло означать, в том числе, и удивление ее составом. Действительно, что могло собрать вместе столько людей, если не то, что надлежало сейчас тщательно скрывать? Под пытливым взглядом отца Ястри Ритор обреченно сел в стороне и приготовился слушать.
– Итак, что вы хотели нам сообщить, доктор Лэвелль? – Начальник следственного управления с позволения Магистра взял руководство на себя.
Лорис подошел к демонстрационному монитору, установленному прямо напротив того, с которого за присутствующими наблюдал Магистр, и, волнуясь, вытащил из кармана еще один компьютерный диск. И, не выпуская его из рук, словно тот мог придать ему решимости, произнес:
– У меня есть все основания утверждать, что на протяжении последней сотни лет Киферон скрывает факт патологической мутации населения планеты.
И выдержав паузу, достаточную для того, чтобы смысл услышанного дошел до присутствующих, Лорис вставил принесенный им диск в дисковод.
Когда Лорис закончил свою речь, Сова с трудом смогла разжать затекшие пальцы. Как оказалось, почти час она просидела, сцепив руки в замок, и только теперь, пошевелившись, вдруг осознала, как они ноют от напряжения.
То, что ей довелось увидеть и услышать, являлось теперь не только государственной тайной Киферона, но и первым результатом начатого Орденом расследования. Магистр поблагодарил за хорошую работу и попрощался, явно не желая продолжать разговор в присутствии сына. Начальник следственного управления, не спешивший демонстрировать свою радость при виде свалившейся на него незапланированной работы, умчался раздавать подчиненным распоряжения. В комнате остались только Командор, Лорис, Сова и забившийся в угол подальше от их взглядов Ястри Ритор. Впрочем, никто из друзей и не рисковал смотреть в его сторону.
Услышанное как-то придавило всех. Даже Лорис, закончив свой доклад, надолго замолчал и, вдруг вспомнив, что он все еще в халате, принялся стаскивать его с каким-то особым раздражением. Так срывают с себя погоны. Теперь Сова знала, что заставило его передумать. То, на чем еще вчера он с упорством настаивал, сегодня потеряло всякий смысл.
После случайно обнаруженного совпадения патологий Лорис первым делом кинулся искать другие похожие случаи. И не нашел. То, что ему удалось обнаружить, было хуже. Вместо подробных записей в карточках пациенток значилась лишь короткая фраза: «Роды противопоказаны». Следующей шла запись о прерывании беременности. И таких записей было много. Катастрофически много для благополучной страны с высоким уровнем медицинского обслуживания, при котором женщине ничего не стоит избежать нежелательной беременности. Значит, беременности были желанными. Обнаружив патологию на ранних стадиях развития, эмбрион ликвидировали, и попытку завести ребенка можно было повторить. И повторяли. По много раз.
У семьи императора хватило денег, чтобы заплатить за сложнейшую генетическую модификацию. Но так повезло далеко не всем. У Киферона просто не было достаточных средств, чтобы обеспечить всех желающих негласными услугами по чистке генов. Деньги можно было добыть, только став столицей и заполучив контроль над финансовыми потоками административного центра Федерации. А для этого нужно было тщательно скрывать неблагополучие в собственном доме.
Что значит тайна отдельной личности в сравнении с тайной целой планеты? Но даже решившись разворошить эти тайны, Лорис старательно избегал называть имена, и имя инфанты так ни разу и не прозвучало в его речи. Впрочем, умеющим видеть, все было ясно к без того.
– Что теперь будет? – вслух спросила Сова.
– Орден сделает официальный запрос через Парламент и начнет расследование, – ответил ей Командор. – Магистр прав: следствие должно вестись секретно, иначе нам не миновать массового оттока населения. А о том, что является здесь мутагенным фактором, мы не можем пока даже догадываться. Одно ясно: Киферону никогда не бывать столицей.
Словно приняв какое-то решение, Ястри Ритор вдруг поднялся из своего угла, где он просидел, не шевелясь, все это время, и они обернулись в его сторону.
– Простите, мне нужно срочно отлучиться, – ни на кого не глядя, пробормотал он.
Сова тоже поднялась. Он взглянул на нее и вспомнил о своих обязанностях телохранителя.
– Я останусь здесь, – пообещала она. – Не волнуйтесь, Ястри, я вернусь в гостиницу под охраной.
Он кивнул и стремительно вышел из комнаты. Они проводили его взглядами и переглянулись.
– Интересно, что он теперь сделает? – задумчиво протянул Командор.
– Это уже не важно. – Сова с облегчением вздохнула, осознав, что от нее, наконец, уже ничего не зависит. – Теперь это уже совершенно не важно. Я думаю, наша работа на Кифероне окончена.
Лорис отрицательно покачал головой:
– Завтра мне нужно вернуться в госпиталь.
За стойкой регистратуры сидела пожилая, благообразная женщина со строгим лицом. Лорис вежливо поздоровался. Она проводила его недоуменным взглядом. Микрочип пропуска скользнул по замку двери – и тут в киферонской практике Лориса случилась третья неожиданность: дверь не открылась.
Он попробовал еще раз.
Нет, помещение для персонала было по-прежнему недоступно.
– Простите…
Строгая медсестра стояла рядом с ним и смотрела на него уже с подозрением.
– Я бы хотел пройти в лабораторию. – Лорис улыбнулся и беспомощно развел руками: – Но без вашего содействия не справлюсь. Что-то с пропуском.
Она протянула руку за чипом. Он покорно отдал пропуск и пошел за ней следом – назад, к стойке регистратуры.
– Но это просроченный пропуск, – веско пояснила она.
– Не может быть. Я пользовался им еще вчера.
– Вчера госпиталь не работал. Мы всегда закрываемся на праздники.
Он уже почувствовал неладное.
– Этого не может быть. Вчера я был тут на стажировке и…
– А, так вы, наверное, студент? – старушка вдруг успокоилась. – Но ведь ваш колледж арендовал клинику только на праздники. Поэтому у вас временные пропуска.
– А где Эльви? Она меня видела здесь. Может быть, она мне поможет?
– Эльви? Кто это?
Но он и сам понял всю бессмысленность своего вопроса. В этой запутанной игре он и вправду был лишь студентом. Профессор, устроивший Лорису Лэвеллю благотворительную стажировку в частном госпитале, уже покинул Киферон.