Броневой Общий чат.

— Народ, двигаемся вдоль тропы, каждый по очереди наполняет из луж алхимические колбочки, за это дают хорошие плюшки. Резак, ты первый, а затем вперед, на разведку.

— Принял.

Резак нырнул к самому дну, протянул руку к очередной светящейся луже, на миг озарился поблёскивающими искрами, удивлённо покачал головой, а затем исчез, как и очередная лужа крови, растворившись в водной толще. Только взвихрившаяся вода и поднятый со дна ил, указывали на то, что здесь только что кто-то был. Мы поплыли вдоль отмеченной дорожки, один за другим припадая к ним, собирая драгоценную жидкость и получая халявные бонусы. Пару раз за это время я подплывал к предметам, напоминающим гигантское оружие, но если они когда-то таковыми и являлись, то сейчас они уже стали частью пейзажа. Вросли в землю и в камни, став с ними единым целым. Никакой пристальный взгляд тоже не показывал ничего интересного.

Интересное началось, когда бредущий по дну Странник дошёл до очередной лужи и попытался собрать из неё кровь. Сначала он исполнил пантомиму с невидимым стеклом, не пускающим его руки к желанной добыче, а зачем отлетел, отброшенный ударившей из лужи зеленоватой молнией. В воде отбрасывание в сторону прошло как в замедленной съёмке: зато искры, пар и обильные пузырьки, начавшие бить из-под его забрала, были как настоящие. Да и десятая часть его очень не маленьких хитпоинтов, испарившихся в этот момент, показали что дело серьёзное.

В чате он ругаться начал ещё не приземлившись и, если убрать бессвязные междометия и нецензурную лексику, из его слов можно было вычленить некую суть, что нехорошая лужа его к себе не подпускает, да к тому же ещё и проделала дыру в его теле, начиная от указательного пальца, которым он к ней тянулся и до самого сердца, которое теперь безвозвратно разбито таким несправедливым к себе отношением.

Путём недолгих расспросов удалось выяснить, что кровь Древних Богов не желала быть собранной руками низменного существа, не имеющего ничего общего с божественными сущностями. Это заявление заставило меня задумчиво поскрести щетину, что под водой не даёт нужного эффекта, пришлось просто подумать головой. Если у Странника нет ничего общего с Богами, то откуда это, вообще, взялось у всех остальных? Павшего бога мы били вместе: и Странник как раз был один из тех, кто продержался дольше всех, значит дело не в этом.

В чат мы написали одновременно со Снегирём.

— Божественный артефакт.

— Вещички божественного ранга.

И действительно, к этому моменту у каждого из нас кроме Странника и Снегиря было по вещичке божественного ранга или принадлежащих раньше павшим богам. Благодаря им, мы прошли божественный фейсконтроль, а вот он нет. Попытка Снегиря это подтвердила, невидимое стекло его тоже не пустило.

Ладно это дело исправимое, всё самое ценное я носил с собой, так что, немного поковырявшись в инвентаре, я достал оттуда обрывок дырявый тряпки, которую почему-то называли плащом Павшего Бога. Накинул его на плечи Странника и отправил проверять ещё раз.

Выглядела это странно, развивающиеся за его плечами тряпка будто была напитана болотной жижей, которая начала отравлять воду, оставляя за идущим танком медленно расползающуюся полосу грязи. Однако это помогло, кровь древних признала его право, одарив частичкой силы и всосавшись в поднесённую колбу. Тот же фокус прокатил и со Снегирем, а вот когда я пошёл на второй круг, пытаясь собрать как можно больше ценного ингредиента, мне не призрачно намекнули, что жадность до добра не доводит. Каждый игрок мог владеть не больше, чем одним пузырьком такой благодати, а все попытки получить больше, закончатся отнятием всех полученных плюшек, да ещё и гарантированными карами небесными. Жадность тут же поутихла, что не помешало нам провести эксперимент и на нашей феечке. К тому времени как Резак вернулся с разведки, та, будучи правой рукой богини Жизни, как раз покрылась искрами полученной силы, а в тропинке на одну лужу стало меньше.

— Там тупик, — сообщил через чат рога. Сотня метров и пещера заканчивается каменной стеной. Пишут, что вход запечатан, а скрытый за ней хозяин всё ещё не отошёл от ран, полученных в последней эпической битве, и совершенно не желает никого видеть. Советуют попробовать прийти ещё раз через пару-тройку тысячелетий.

— Да? А не написали до обеда зайти или после? А то ко мне через пару тысячелетий после обеда электрик зайти должен, проводку глянуть.

На мою шикарную шутку даже никто ха-ха в чат не написал, пришлось сделать вид, что не обиделся и повести всех за собой, смотреть на преградившую путь стену.

Чем дальше мы плыли, тем чище становилась вода и тем больше становилось видно деталей. Мы плыли явно по искусственному круглому гроту, будто просверленному гигантской машиной для прокладки тоннелей, или, может быть, проплавленному в скале магией. Хотя, может быть, когда-то в илистом дне этот путь проложил земляной червяк в пару километров длиной, а затем эти стены затвердели и закаменели. По крайней мере наверху, там, где пещера не заросла илом, были видны неровности и подтёки на застывшем камне. Хотя чем дальше мы плыли, тем меньше таких участков было видно и скоро всё свободное пространство стен стали занимать темные кристаллы овеществлённой магии. Также здесь всё чаще стали попадаться экспонаты древнего оружия, теперь, несмотря на то что они превратились в камень, я стал в этом абсолютно уверен: вот меч с двухметровой рукоятью и не менее массивной гардой, для защиты чьей-то гигантской руки. На рукояти ещё видны завитки и клеймо неизвестного мастера. Вот копьё, больше похоже на телеграфный столб, вот молот, чья боевая часть размером с микроавтобус. Около него, бредущий по дну Странник, остановился на несколько секунд, почесал шлем, попробовал приладиться к сломанной рукояти, но только махнул рукой и побрёл дальше.

К концу путешествия пещера совсем сузилась из-за множества магических наростов, а вот выход перегораживала совершенно голая, слегка выпуклая каменная стена, будто кто-то заткнул дыру гигантским каменным шаром. Я подплыл к нему, постучал костяшкой среднего пальца, прислушался, не раздастся ли изнутри радостный голос хозяина, приглашающий войти долгожданных гостей. Дождался только логов, о которых говорил Резак. Вспыхнули они ярко-алыми буквами и мягко послали нас чёртовой матери, с пожеланиями заглядывать через пару тысяч лет. Я постучал ещё раз, поскрёб локтем, соскабливая с него тонкий слой слизи. Похоже на обычный камень.

Если бы сейчас с нами были наши рудокопы, можно было попытаться тупо пробиться внутрь силой. Те за час, даже в сплошном камне, могли проковырять дыру глубиной в пяток метров. Интересно, насколько толстая эта дверь, отделяющая нас от местного повелителя? Хотя какая разница? Бригады рудокопов с нами всё равно нет, а молот Странника не предназначен для того, чтобы пробивать многометровый камень. Что тогда? Уйти отсюда не выполнив задания? После такого нас могут не пустить обратно на корабль, а я всё ещё надеялся провести на нём наш отпуск. Неминуемую схватку с отрыванием голов я тоже затевать не хотел, даже если это у нас получится и корабль не будет уничтожен, ни у кого из нас нет опыта управления им и возвращение может стать катастрофой, тем более учитывая то, что за нами гоняется ещё один божок.

— Что же делать?

У нас есть множество взрывных зелий. Если их сложить между стеной и дверью и запалить, получится приличный взрыв. Или…

В мои раздумья вмешался голос Снегиря, пускающего пузыри и беззвучно бормочущего себе под нос, что-то типа:

— Интересно, интересно…

Он тоже явно читал пришедшие к нему логи, но реакция его на них была несколько иной, чем у остальных.

Снегирь Общий чат.

— Ну что, детишки, вы готовы?

— Готовых к чему?

— Как к чему? Ко встрече с местным жителем придонного ила.

— Ты о чём, вообще?

— Я о каком-нибудь здоровенном крабе, или жирный мокрице, которая выполняет здесь роль главного босса. Готовы ли вы с ним встретиться?