— Не стану томить вас длинными речами, — перешёл он на цантриккэ, — ибо речи без вложения маны пусты. Как известно, в Нашем Университете всего девять корпусов, по числу магических школ. И вы, вчерашние абитуриенты, нынешние студенты, также разделены на девять потоков сообразно своим классам и специализациям — пока лишь самым общим. Каждый из потоков также будет разделён, ради удобства и организационной эффективности: сперва на десять групп, а затем и на подгруппы. Сейчас я приглашаю спуститься с трибун на поле всех студентов новой волны с потока воплощения, иначе — формирования! Не спешите, но и не медлите, а также не волнуйтесь: распределение временное, один раз в полугодие возможно сменить и группу, и подгруппу!

Воплощение — без малого самый популярный выбор. По моим (очень примерным) прикидкам, с трибун после слов ректора спустилось более трёх с половиной тысяч разумных. Возможно, даже все четыре тысячи. То есть численность отдельных групп могла достигать четырёх сотен — приблизительно как в батальоне. С другой стороны, подгрупп в зависимости от специализации у воплотителей тоже больше. Направляемая старшими студентами-помощниками, огромная толпа разделилась на десяток толп поменее и просочившись каждая в свою арку, двинулась в направлении главного корпуса. Но ещё до того, как этот процесс подошёл к концу:

— А теперь прошу на поле студентов новой волны с потока преобразования, иначе трансформации!

…и с трибун потекла вниз ещё одна толпа сходного размера. Разномастные алхимики, тоже очень, очень востребованный и популярный выбор.

— … вызов, иначе призыв!..

— … исцеление, или созидание!..

Ага, вот тут черёд Лейты. А также Кенали и Тихарта, конечно.

— … ограждение, оно же разделение!

— … иллюзия, иначе наваждение!

Мой черёд.

В целом иллюзионистов оказалось не так уж много, всего с полтысячи. Соответственно, после разделения на десять получились довольно скромные кучки по четыре-пять десятков в каждой. Но выбрать кучку по вкусу у меня не получилось: изрядно задёрганный старшекурсник, надзирающий над будущей пятой группой, нашипел на меня, тыкая в знак гильдии с двумя звёздами, и отправил в первую.

А я что? А я ничего. Мне сказали — я пошёл. Это ж не выбор между Гриффиндором и Слизерином, не так ли? Программа-то везде одна…

Очень быстро оказалось, что я, выражаясь деликатно, со своим «не так ли» пролетел. И что в первой группе скучкованы преимущественно слизеринцы, то бишь владетельные и высокородные. Те, что повыше уровнями, где-то 40+, да посильнее. Правда, в трындец благородную компанию каким-то чудом затесались ещё орк, разнополые эльфы-близнецы и зверолюд трибы Кошки. Если что, уточню для особых ценителей: зверолюд мужского пола (ну да потусить с живой кошкодевочкой я ещё успею, в БИУМ и не такое водится, как я понял).

Нашу активно переглядывающуюся, но не торопящуюся знакомиться компанию провели через арку с большой цифрой 1 (личный терминал без всякого моего участия пиликнул, автоматически совершая привязку к потоку и группе: удобненько, однако), затем в бодром темпе сопроводили до шестого корпуса, завели в довольно просторную аудиторию на втором этаже и оставили на попечение преподавателя.

Который сходу ошарашил новостью:

— Прежде чем начать организационное собрание группы 5846−1-6–1, назначим старосту. По традиции, староста сильнейшей, первой группы потока сам является сильнейшим и возглавляет десятку старост. Итак, кто здесь имеет ступень выше сорок пятой?

Вот тут-то я и осознал размеры подвоха. Как оно всегда бывает в случае качественного, глубокого и тёмного подвоха, слишком поздно.

Когда взгляд с трибуны остановился на мне.

Этап дв адцатый

— Уважаемый неофит, — смерив взглядом мою физиономию и поднятую руку, сказал препод.

Так-то он, говоря объективно, смотрелся недурно: лет тридцать с виду, шикарная волна вороных волос до ниже попы, перехваченная тремя заколками, рост примерно как у меня, то есть около метра восьмидесяти пяти, осанка танцора, гармоничные черты лица. Щеголеватый без чрезмерности наряд из эльфийского шёлка, ниспадающий-струящийся, словно водопад, на тогу чем-то похожий. Но так как я — не красна девица, мне этот тип сходу не понравился.

Не из-за экстерьера, понятно дело.

Сей персонаж, конечно, вида старался не подавать, но я всё равно чуял: наводить порядок в группе первогодок, пусть даже сильнейшей на потоке, он рад примерно так же, как лошадь грызлу. Младший магистр (то бишь маг ступени 60+, а если точнее, то уже скорее 70-) явно полагал, что может потратить своё время более интересно и продуктивно.

— Да-да, именно ты. Предупреждение о том, что в первый же день иллюзорные маски натягивать не принято, ты просто прослушал, или как?

— Нет. Мой куратор всё нужное изложил, а я не дурак, чтобы пренебрегать мудрыми советами.

— Тогда почему ты до сих пор в маске?

Что за кретинская ситуация. И ведь то, что дурит именно преподаватель, от последствий не спасёт. Что-то мне подсказывает: этот типус не только считает возню с первогодками утомительно-бесполезной, но и не привык прощать свои просчёты другим… вот прям по лицу читается.

Но и не ответить нельзя. Эх.

— Потому что я уродился именно таким, каким сейчас выгляжу. Так уж вышло, господин.

Именно так. Как себя ведёшь, так и назову. Не настолько велика у нас разница, чтобы я прогибался.

Младший магистр беззвучно шевельнул губами, показывая хороший класс безжестового каста, и принялся не просто глядеть на меня, а прямо-таки буровить взглядом. Зрачки у него при этом отчётливо засветились — сугубо в магическом спектре, не наяву.

Разумеется, чем дольше он буровил, тем больше эмоций проступало на его породистом лице. На миг насыщенно-синие глаза сместили фокус на мой знак гильдии с двумя золотыми звёздами. Вернулись к лицу, пытаясь выявить нечто пока не выявленное под новые шевеления губ. Которые закончились тем, что младший магистр слегка дёрнул левым углом рта.

И зажмурился на секунду, сбрасывая усиления зрительного потока. Это как раз трюк из базовых: достаточно «выровнять» ауру, прекращая подпитку.

— Продолжим, — сказал он, как ни в чём не бывало. — Кто имеет ступень выше пятидесятой?

Поднятые руки дружно опустились… за тремя исключениями.

Я. Орк. И зверолюд.

Ой, весело начинается студенчество моё. В человеческой (а также отчасти гномьей) Империи на лидерство среди сливок общества претендуют безродный иностранец да пара нелюдей. И ведь не то даже обидно, что эти трое так высоко взлетели — в конце концов, все мы тут зелень начинающая, все имеем шансы не продержаться даже первого года; обиднее, что свои не могут конкурировать с… вот этими.

Подтвердившими дворянство.

— Так. Может, не станете усложнять и назовёте свои ступени?

— Не могу в старосты, — рыкнул орк. Внушительно так. При том, что рычать явно не хотел, а просто вот такой обычный голос у него. — Они сильнее.

— Насколько я могу судить, — сказал Кот, — я уступаю гриннейцу.

— Отлично, — констатировал младший магистр, — значит, будешь заместителем старосты, а, кхем, гриннеец — старостой. Прошу сюда обоих.

Мы послушались. А куда деваться?

Когда я со своим новым замом подошёл к столу, препод знакомым уже жестом с зажатым в кисти личным терминалом устроил нам, хех, венчание на царство. Его терминал при этом издал сдвоенный звук вроде звона басовой струны, мой — знакомое уже «ди-да-ди-дон!», а тот, что у Кота — нечто вроде «пссст», только более модулированного.

Нетрудно догадаться, что нам упали подтверждающие документы. Но вот затем младший магистр слегка удивил, указав на стопку бумаги на столе рядом с чернильницей и спросив:

— Кружевом Словес владеете?

— Нет, — Кот.

— Да, — я. — Но зачем бумага, если можно в терминале всё оформить?