Тут я обошёлся согласным кивком. Дескать всё внимательно читал, угрозу понимаю, но паниковать не намерен. Артузов особо – да и вообще – не удивился, поскольку успел, как искренне считал, меня изучить. Правда принимал второй слой маски за истинную суть, но не в том дело. Зато Молчанов не удержался от высказывания:
- Не боитесь проснуться с отрезанной головой, Фомин?
- Страх – это не моё, Георгий Андреевич. Согласен с императором Марком Аврелием. Кажется, именно он говорил: «Делай, что должно и будь что будет». Вот и я буду делать всё, чтобы избежать печальной участи обезглавливания, но затуманивать свой разум бессмысленной паникой не намерен. Надеюсь, что удастся выстрелить быстрее и точнее тех, кто придёт за мной. Если придёт.
- Видите, Георгий Андреевич, как я и говорил.
- Да… уж, - слегка поморщился Молчанов при прозвучавших словах Артузова. -Типаж!
- Зато результат. Так что с документами? Он будет работать с особенным усердием, его лично касается.
- Пришлю курьера. Под вашу. Артур Христианович, личную подпись. Работа по «рютинцам», «смирновцам» и по сторонникам Троцкого в целом. Первые две части подробны, третья… не очень. И охрану ему выделите. Это важно
Мда, вот это я вляпался. Да по самые уши, с громким плеском! Охрана – это хоть и можно было ожидать, но хотелось бы избежать такой помехи. Нет, лжепокушению она помешать в принципе не способна. Ну будет ещё пара-тройка трупов, только и всего. Проблема в том. что я уже в самом скором времени лишусь значительной части мобильности. С охраной на встречи с группой Ларионова особенно не потаскаешься.Печально и досадно. Ай, справлюсь, как-никак такой вариант развития событий также предусматривался, Будет немного сложнее руководить людьми, но… всё равно возможно.
Затем меня вежливо попросили удалиться. Не совсем, а на время, пока снова не позовут. Что ж. не проблема. Посидеть в приёмной, обмениваясь ничего не значащими фразами с секретаршей – тоже неплохое времяпрепровождение. Параллельно подумаю над меняющейся обстановкой и тем, что именно предстоит сделать в ближайшее время.
Однако, я заметил нечто особенное в отношении к своей персоне.Предупредительность со стороны Диты, новой секретарши Артузова. На сей раз ради меня расстарались на чай с печеньем, да и тон обращённых ко мне фраз понимающему человеку о многом говорил. Перспективность! Вот какое клеймо на меня поставила сия довольно проницательная девушка. А с такими людьми лучше всего проявлять вежливость и доброжелательность, что она всячески и демонстрировала. Вне зависимости от того, что основным патроном для неё однозначно был сам Артузов.
Любопытно. Что именно? Многое, но особенно появление тут Молчанова и моё при сём событии присутствие. Если бы глава Секретно-политического отдела захотел на меня посмотреть – легко мог вызвать к себе. А тут вон оно как, в присутствии Артузова. Интрига со стороны главы Иностранного отдела? Возможно. Смысл?Мало информации, сделать определённые выводы просто не получится. Остаётся лишь ещё более пристально наблюдать за происходящим и корректировать собственные действия исходя из узнанного.
В компании секретарши и чая с печеньками я просидел минут двадцать. Потом пришлось встать, потому как из кабинета Артузова вышел Молчанов, важно прошествовав по направлению к выходу. Меня он на сей раз практически полностью проигнорировал, лишь мимолётным взглядом удостоил. Вроде как обо всём нужном уже поговорили и нет больше необходимости обращать внимание на «четырёхкубикового» сотрудника, к тому же из другого отдела. Ну-ну, прямо вот взял и поверил! Вдвойне поверил, потому как в дверях кабинета появился Артузов и произнёс одно только обращённое ко мне слово:
- Зайди!
А видок у Артура Христиановича стал ещё более озабоченный, чем был до того. Никак Молчанов чем-то серьёзным моё как бы начальство озадачил? Так и хочется узнать о сути произошедшей после моего ухода части беседы. Но я понимал – суетиться насчёт этого не стоит. Удастся определить по косвенным признакам и обмолвкам – хорошо. Не удастся… невелика потеря, переживём.
- Чай не предлагаю, видел, что Дита уже позаботилась, - криво усмехнулся Артузов после того, как мы оба присели, а сам глава ИНО пододвинул к себе папку с какими-то бумагами. – Ты привлёк к себе внимание очень важных людей, Алексей.
- И это помимо ликвидации Троцкого?
- Помимо. Тогда тебя не знали вовне замкнутого мира «тайных полиций». Сейчас имя выплеснулось наружу, этого больше не изменить. «Человек, убивший Троцкого» - несколько газет в Европе уже тиснули такие вот заголовки. Хорошо, что пока без твоих фотографий.
- Я не люблю фотографироваться.
- К счастью, -процедил Артузов. – Но этого всё равно не избежать. Найдутся «доброжелатели», готовые передать и фотокарточку, и более полные о тебе сведения. Потому рассматривается вопрос об ответных мерах. Догадываешься, какими они будут?
- Засекретить внутри страны можно, но выгоды никакой. Задвинуть меня на малозначительную должность можно, но лишено смысла. Я полезен, в том числе и вам лично. Визит же главы Секретно-политического отдела показывает его ко мне интерес. Он… присматривался? – увидев подтверждающий жест Артузова, я продолжил. – Тогда остаётся одно – меня начнут «выводить в люди».
- Скорее на газетные полосы, - поправил Артур Христианович. – Это даст тебе большие возможности, но… Ты, Алексей, не глуп и должен понимать.
- Что мне выгодно держаться вас.
Циничная такая улыбка Артузова показала, что мы друг друга понимаем. Мне и впрямь было выгодно его держаться. Более того, полезно всячески содействовать нынешнему начальству, делая его положение как можно более прочным. Он… мой щит. В случае чего и от недоброжелателей прикрыть способен в межфракционной борьбе внутри ВКПб, и послужить «искупительной жертвой», если это вдруг понадобится. Однако именно сейчас самое время прощупать почву касаемо одной интересной темы.
- Вы ведь имели возможность убедиться в том, что я делаю неплохие прогнозы, Артур Христианович… Не желаете ли услышать ещё один?
- Тема сторонников Троцкого сейчас крайне уместна, Алексей. К одному из разработчиков плана ликвидации Льва Давидовича и непосредственному исполнителю прислушаются. Тем более я.
- Не троцкистами едиными,- позволил я себе лёгкую улыбку, которая должна была немного да подействовать на Артузова. – Тема другая, не по профилю ИНО, но для вас, зампреда ОГПУ, способная оказаться интересной
Навострил уши, едва только заслышал слова «зампред ОГПУ». Для обладателя столь высокого звания, особенно полученного совсем недавно, важно упрочить своё положение. А в конкретном случае, учитывая состояние Менжинского… В общем, всем всё понятно.
- И до аппаратных игрищ успели добраться. Слущаю…
-Вот и я привык внимательно слушать и смотреть, Артур Христианович. Две чрезвычайные комиссии, которые скоро отправят в Поволжье и на Украину, для контроля за выполнением плана заготовки зерновых и прочего. При каждой видный сотрудник ОГПУ. Не просто в высоком звании, а с самого верха нашей структуры.
- Это не тайна, знают многие, кому хоть чуточку интересно.
- За место представителей от ОГПУ шла, скажем так. борьба?
- Естественно, - кивнул глава ИНО. – Шанс выполнить ответственное поручение даже не Менжинского, а самого товарища Сталина. Повышенное внимание при успехе, награды.
- И возможный взлёт в итоге, Артур Христианович. Не сейчас, через некоторое время.
Явный намёк на продолжающее ухудшаться здоровье Председателя ОГПУ был услышан. На меня посмотрели очень внимательно, но замолчать не приказали. Сказалось то, что предъидущие наработки привели к возвышению Артузова до звания зампреда ОГПУ и закрепления репутации человека, умеющего быстро и надёжно устранять реальные угрозы для СССР. Операции «Трест» и «Синдикат» были раньше, дивиденды от них успели растаять, а вот ликвидация Троцкого случилась совсем недавно.
- К чему это упоминание, Алексей?