— Максим, а ты не думал о простом варианте? Раз уж тебе ничего не сделали, более того — дали такие возможности… Может, всемогущая Система не считает тебя угрозой? Может, она даже одобряет твои действия? Хотя, что это я. — Он внезапно улыбнулся, и в улыбке этой была какая-то хитрая, почти отеческая снисходительность. — Давай я просто спрошу. Поверь моему многолетнему опыту, иногда стоит просто поговорить.

Он повернулся к разлому в реальности, который всё ещё пульсировал мягким светом, открыл интерфейс коммуникатора. Перед ним возникло полупрозрачное голографическое окно, в котором он начал пролистывать контакты.

Я замер. Он что, собирается связаться с Системой? Напрямую?

— Андрей Борисович. — Произнёс президент ровным тоном, каким говорят с очень важным собеседником. — Доброго времени суток. Извините за беспокойство.

Ничего не было видно и слышно, но президент кивал, будто слушая.

— У меня к вам вопрос. Есть ли у вас какие-либо претензии к гражданину Андрееву Максиму Андреевичу? Ограничения на его передвижения, в частности, на возвращение в зону земной юрисдикции? — Он сделал паузу, слушая невидимый ответ. Его лицо оставалось непроницаемым. — Нет? Никаких санкций, блокировок, скрытых миссий по его нейтрализации? — Ещё пауза. Кивок. — Понял вас. Благодарю за ясность. Тогда мы возвращаемся домой. До связи.

Он повернулся ко мне. Голографическое окно исчезло.

— Всё в порядке, Максим. Никаких претензий. Система не имеет к тебе нареканий. Так что оставить в сторону конспирологические теории. Пора домой. А девушкам, повторюсь, нужна нормальная гравитация и удобные кровати.

Я обернулся. Девушки смотрели на меня, ожидая решения.

Я вздохнул. Глубоко. Посмотрел на спокойное лицо президента, на тёплый свет земного кабинета, на космос вокруг, усеянный обломками вражеского флота.

Что ж. Раз уж меня лично пригласили и даже получили добро свыше…

— Действительно, пора домой. — Тихо сказал я девушкам, мягко направляя их к разлому. — Всё будет хорошо.

И влетел в разрыв вслед за президентом.

Глава 10:

По возвращении мы с президентом не сразу приступили к разговорам. Я взглянул на состояние девушек — они выглядели так, словно готовы рухнуть на пол прямо тут и вырубиться.

— Вячеслав Вячеславович, давайте возьмем паузу. — Сказал я, указывая на них. — Мне нужно отвезти их домой.

Президент понимающе кивнул.

— Согласен, Максим. У меня как раз накопилась гора бумаг, которые, вот незадача, почему-то не хотят решаться самостоятельно и без моего участия. Езжай. Буду ждать тебя здесь.

Мы вышли из дворца, я, бросив взгляд на безучастно стоящих девушек, качнул головой и распечатал купленный, кажется, в прошлой жизни внедорожник, после чего мы медленно покатились по ночной Москве. Ехать, конечно, было недолго, до моей башни было буквально рукой подать, но сам процесс был чертовски умиротворяющ — то что нужно прямо тут и сейчас.

После постоянных проблем: убийств, взрывов, захвата чужих планет и полётов через сотни световых лет — простая рулёжка и следование знакам светофоров выглядело как что-то невероятное из старой жизни. Немного выбивали из созерцательного состояния довольно часто пролетающие над головой флаеры, значительно разгрузившие городской траффик. Но это было и к лучшему, потому что в кои то веки дороги были пустые — нонсенс для Москвы в любое время суток. Я реально, за всё время, хоть и была ночь — увидел максимум с пару десятков машин, тогда как флаеров носились сотни.

Система сильно изменила жизнь города. Пропали грузовики — и это логично, потому что проще в инвентаре лично привезти груз, чем платить непонятно кому и непонятно с какими гарантиями. Хотя о чём это я, совсем из головы вылетел функционал пересылки посылок. Уверен — предприимчивые дельцы уже вовсю выстроили новую логистику, используя возможности Системы. Такими темпами и обычные магазины вымрут как класс. Что может лучше, чем выбор товара во внутрисистемном аукционе и его оплата с моментальной доставкой? Эволюция сетевых маркетплейсов до идеала. Особенно, если там есть возможность оспаривания покупок и призыв независимого арбитра для разрешения споров в виде всемогущей Системы.

В итоге я добрался до башни, припарковался рядом, приветливо кивнув парочке знакомых орков, стоящих у входа в качестве охраны, поднялся наверх на лифте и остановился на гостевом этаже, сдав девушек на руки своей матери. Если бы не необходимость ехать общаться с президентом, сам бы с ними остался, а так, пришлось взвалить проблему на неё. Впрочем, она только была рада.

Сам же, обменявшись только приветственными фразами, вышел из башни обратно, прокручивая в голове теории о том, о чём президент, внезапно обрётший нереальное могущество, хочет со мной поговорить. Нет, идеи в голове, конечно, были, но как он и сказал, лучше просто поговорить, чем строить догадки, терзаясь мыслями.

Сел в машину и вдавив педаль газа, поехал обратно. Но уже через пару минут, недалеко от перекрёстка, меня подрезали.

Прямо перед капотом машины резко приземлился белоснежный флаер, заставив меня ударить ногой по тормозу и одновременно с этим резко дёрнуть на себя ручник. Бампер остановился в миллиметре от летательного средства, которое какой-то идиот посадил прямо посреди дороги.

Я медленно выдохнул, убирая руки с оплётки руля и уставился вперёд. Из флаера вывалилась шумная компания молодежи, человек десять наверное, три парня и стайка девушек в коктейльных платьях, мельтешивших так сильно, что сложно было их посчитать.

Один из тройки парней, увидев мою машину, скривил презрительное лицо.

— Гляньте, пацаны, какое тут ископаемое! — Крикнул он, уверенной походкой направляясь к моей машине и его товарищи пошли за ним следом.

Я с интересом наблюдал за развивающейся ситуацией, гадая, что же произойдёт дальше. Право дело, так отвык от подобных бытовых неурядиц, иногда встречающихся каждому человеку, что слегка растерялся. Впрочем, долго думать о том, что им нужно — не пришлось.

Центральный из троицы, не мудрствуя лукаво, с размаху ударил кулаком по моему стеклу. По стеклу совершенно нового внедорожника, на котором я даже пары тысяч километров не накатал, даже с учётом того, что постоянно печатал новый. Такими темпами я его похоже никогда не обкатаю. Тяжело выдохнув, я просто героическим усилием воли сдержался от того, чтобы не прикончить придурка.

Я немного приоткрыл окно и сразу же поморщился от резкого запаха перегара, смешанного с дорогим парфюмом. Эти засранцы пьяны? И управляют флаером в состоянии алкогольного опьянения? Хотя распространяются ли правила дорожного движения на то, что летает над головой или правоохранительные органы ещё не перестроились?

— Эй, ты деревенщина! Ты куда прешь? Мой новенький флаер! Я за него тридцать тысяч кредитов отвалил, а ты мне весь лак на корпусе поцарапал своей вонючей тачкой! Понаедут в столицу со своих сёл на тарантасах, и думают, что ухватили бога за бороду. Ну всё… Готовься почку продавать. — Парень лет двадцати пяти, в дорогом на вид костюме, сверкал золотыми часами на запястье и самодовольной белоснежной ухмылкой. Впрочем, сейчас у всех пользователей зубы были на загляденье, так что это уже давно не показатель дорогого стоматолога. Как и почки кстати, поэтому я не понял, к чему был этот демарш про торговлю органами.

Его друзья, такие же нарядные и развязные, подхихикивали как гиены, а девушки позади них смотрели на меня с плохо скрываемым презрением и заодно любопытством, ожидая шоу.

— Деревенщина? Вонючая тачка? — Спокойно переспросил я, откидываясь на сидушку и глядя на этих клоунов. — С каких это пор, дорогущий внедорожник теперь признак бедности? Раньше такие машины уважали на дороге.

— Раньше и девки в поле рожали. — Хохотнул один из свиты. — Сейчас только лохи по асфальту пыль глотают. Все ровные люди в небе передвигаются, а у нищебродов просто не хватает бабла на нормальный транспорт.