‒ Его. Более тысячи лет я искал... его.

Тишина повисла в кабинете тяжким грузом. Джорджи посмотрела на меня с беспомощностью во взгляде. Я знал, что, глядя на неё в ответ, я ответил ей таким же взглядом. Наконец, она прошла между стеллажами и колоннами, её чёрные волосы блестели на солнце, когда она подошла к Грэму. Она была высокой женщиной, но рядом с ним казалась крошечной, её голова была на целый фут ниже, чем у него. Но это не помешало ей протянуть руку и обхватить ладонями его подбородок.

‒ Расскажи нам о нём, ‒ попросила она, ‒ но не здесь, ‒ она провела большим пальцем по его скуле. ‒ Мы можем поговорить в другом месте?

В глазах Грэма промелькнуло что-то похожее на благодарность, прежде чем он кивнул. Не говоря ни слова, он повернулся и повёл нас из кабинета. Он держал Джорджи за руку, пока мы шли по замку, спускаясь по лестнице и проходя по освещенным факелами коридорам. Мы миновали Большой зал и вошли в ту часть крепости, которую я не видел, когда рано утром рыскал в поисках добычи. Каменные плиты были большими и отполированными до блеска. Изделия из дерева украшала замысловатая резьба. Даже канделябры на стенах стали красивее, а железо украшали узоры в виде цветов и животных.

‒ Это личные знаки драконов, которые служили в Братстве, ‒ сказал Грэм, заметив, что я смотрю на него. На его губах заиграла лёгкая улыбка. ‒ Они намного старше, чем гербы и шотландки.

Конечно. Братство было старше самой Шотландии, возможно, старше стоячих камней, оставленных различными древними народами в Высокогорье. Я попытался осмыслить тысячу лет своей жизни ‒ наблюдения за сменой времен, подъёмом и падением цивилизаций. Но это было всё равно, что пытаться сосчитать песчинки на пляже. Невозможно измерить или по-настоящему постичь.

Наконец Грэм остановился перед парой резных дверей, похожих на те, что были снаружи Большого зала. Но они были заперты на толстый металлический засов. Пока я гадал, где он хранит ключ, он прижал руку к металлу, и засов исчез из виду.

Джорджи судорожно вздохнула. Она с любопытством посмотрела на Грэма, который одарил её ещё одной улыбкой ‒ на этот раз более милой и широкой, чем та, которой он одарил меня.

‒ Позже я расскажу тебе, как это работает, ‒ пообещал он. Когда она улыбнулась ему в ответ, я совсем забыл о том ударе, который он нанес мне в кальдарии. Ледяное копье и удары его крыльев и хвоста тоже исчезли. Из моей груди вырвался вздох, когда я смирился с тем, что до конца своих дней буду влюблён и мной будут легко манипулировать. Если бы я был таким покладистым из-за пары улыбок, у меня не было бы надежды.

Впрочем, это было не так уж сложно. Льготы с лихвой компенсировали это.

Грэм распахнул двери, и мои мысли рассеялись, когда я увидел комнату, полную...

‒ Сокровище, ‒ выдохнула Джорджи, окидывая взглядом сверкающее нагромождение золота, драгоценностей и мебели.

Помещение было огромным, со сводчатыми потолками и стенами, уставленными полками и шкафчиками, уставленными бесценными предметами. На полу рядом с троном, вырезанным из нефрита, мерцала небольшая гора сапфиров. Жемчуг и рубины дополняли миниатюрную горную цепь. Стены украшали гобелены всех размеров и форм. Полы покрывали ковры с великолепными узорами. Куда бы я ни посмотрел, повсюду меня встречали богатство и красота. Даже воздух пах насыщенно, как цветы, растущие в музее.

Я посмотрел на Грэма.

‒ Что это за место?

Наш вид притягивали блестящие, драгоценные вещи. Не один дракон хранил сокровища под своим замком. Но я никогда не видел и не слышал ни о чём подобном.

‒ Подарки от путешественников, ищущих Оракула, ‒ он уставился на дисплей так, словно был почти удивлен, увидев его. И, возможно, это было не так уж далеко от истины. Он провел столетия без эмоций. Секундой позже он подтвердил это, сказав: ‒ Мне эти вещи никогда не были нужны, поэтому я принёс их сюда, ‒ в его глазах промелькнуло извиняющееся выражение. ‒ Но я взял знания. Книги и магию. Все, что, по моему мнению, могло бы помочь мне в моих поисках.

Джорджи взяла его за руку.

‒ Расскажите нам об этом.

Он повёл нас в дальний конец комнаты, где вокруг пустого камина с красивой резной полкой были расставлены стулья и диваны. На полу лежал плюшевый ковер из белого меха. Когда мы с Джорджи устроились на двух стульях, Грэм легким движением руки развел огонь в камине. Затем он сел на обтянутый шелком диван напротив нас и начал говорить.

‒ Мою пару звали Хэмиш Кэмерон. Я встретил его, когда мне было чуть больше двухсот лет. Я... потерял его вскоре после того, как мне исполнилось четыреста. Мы были счастливы. Я любил его, ‒ он слегка покачал головой. ‒ Нет, это было нечто большее. Я был так сильно влюблён в него, что иногда мне было больно. Это как выйти на солнце, проведя несколько часов в закрытом помещении. Этот первый шаг на свет такой яркий и теплый, что ты всегда немного удивляешься, когда он тебя настигает. Вот за это я и полюбил Хэмиша.

Джорджи прикрыла рот рукой. В её глазах заблестели слёзы.

Огонь потрескивал, и сокровища вокруг нас сияли. Золотистый свет играл на лице Грэма, когда он продолжил низким, хриплым голосом.

‒ Мы были счастливы, но нам чего-то не хватало. Даже самые преданные мужские пары тоскуют по своей женщине. Мы ничем не отличались. В те дни наши женщины уже болели. Они умирали и забирали с собой свои пары, и все были в ужасе. Хэмиш тяжело переживал это. Он хотел помочь Кормаку найти лекарство. Король был болен, у него случались приступы ярости и забывчивости. Он так долго искал свою женщину... ‒ плечи Грэма поднялись, когда он вздохнул.

‒ Хэмиш боялся, что Проклятие отправит Кормака в огонь, ‒ сказал я.

Грэм кивнул.

‒ Я отмахнулся от этих опасений. Мне стыдно признаться, но я отмахнулся от этого Проклятья... по крайней мере, в самом начале. Когда я был маленьким, я проводил время с родственниками моей матери. Невидимые обладают непостижимой мощью. Я полагал, что темные дворы знают, как снять Проклятие.

‒ Но они этого не знали, ‒ тихо сказала Джорджи.

‒ Нет, ‒ ответил Грэм таким же тихим голосом. ‒ Они этого не знали. Мы с Хэмишем посетили Невидимых. Мы умоляли моих родственников в Зимнем дворе о помощи. Мы обратились к их королеве Цирцее с просьбой о помощи к правителям других дворов. Они перепробовали всё, что могли придумать, но никто не смог понять, откуда взялось это Проклятие и что оно вообще собой представляет. Поэтому Хэмиш решил, что нам следует обратиться к Оракулу. Мы выбрали Северный Ветер из-за моего происхождения. Думаю, Хэмиш думал, что Оракул может благоволить мне из-за даров моей матери. Но мы так и не добрались до него.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, но на этот раз не было ни темных шепотков, ни остатков древней магии, которые могли бы напугать меня. Просто осознание того, что худшая часть истории была впереди.

Джорджи подошла к дивану и положила ладонь на руку Грэма.

‒ Что случилось?

‒ Хэмиш... упал, ‒ прошептал Грэм, широко раскрыв глаза, словно он видел перед собой повтор фильма ужасов. Моё сердце забилось быстрее, когда я вспомнил, каким испуганным и беспомощным он выглядел после того, как молния ударила в моё крыло. ‒ Я не знаю, как это случилось, ‒ хрипло сказал Грэм. ‒ Белые Врата тогда были другими. Братство было больше, а замок переполнен. Я нигде не мог найти Хэмиша, поэтому поднялся на самый верх каждой башни. И... ‒ по щеке Грэма скатилась слеза. ‒ Зубчатые стены были сломаны, как будто он поскользнулся или, возможно, подрался с кем-то. Но там была только цепочка следов, ‒ ещё одна слезинка скатилась по лицу Грэма и превратилась в бриллиант, запутавшийся в его бороде. ‒ Я нашёл Хэмиша у подножия башни с сосулькой в сердце. Он был уже мёртв.

На секунду от шока я потерял дар речи. Затем, не веря своим глазам, я выпалил:

‒ Это невозможно, ‒ Джорджи бросила на меня острый взгляд и хотела что-то сказать, но Грэм отмахнулся от неё.

‒ Нет, Кэллум прав. Это должно было быть невозможно, потому что драконов почти невозможно убить. Но Хэмиш исчез, ‒ Грэм крепко зажмурился, и черты его лица исказились от боли. Когда он открыл глаза, в них плескалась боль. ‒ Я тоже хотел умереть. Это было так, словно кто-то вонзил сосульку мне в грудь. Я винил себя за то, что не смог защитить его. За то, что не нашёл его вовремя, чтобы спасти. И я хотел умереть, но больше всего на свете я хотел вернуть его обратно. Поэтому я пошёл к Великому магистру Братства Ледяных драконов и предложил ему своё сердце. Моей единственной просьбой было, чтобы меня назначили охранять Оракула Северного Ветра.