Рио зарычал, выражая негодование. Несколько десятилетий назад с одобрения большей части вампиров Рода кровавые клубы были запрещены законом как варварский вид развлечений. Но некоторые из них продолжали работать, разумеется подпольно, только для избранных. В ограниченном пространстве устраивалась охота на людей, как на диких животных. Пили кровь, насиловали женщин, затем жертв убивали. Ни один человек, каким бы сильным и ловким он ни был, не мог спастись от стаи вампиров, охваченных Кровожадностью.

Убийство в клубе, очевидно, произошло в результате ссоры между двумя вампирами.

— Виновный арестован?

— Нет, пока ведется расследование. — Андреас кашлянул, прочищая горло, и продолжил: — Поскольку убит... П1, к тому же сотрудник Агентства безопасности, есть серьезные основания полагать, что обстоятельства его смерти вызовут большой скандал. Очень щекотливая ситуация.

— Кто бы сомневался, — проворчал Рио.

Ну, по крайней мере, не он один упал мордой в грязь. Даже у находящихся в добром здравии благополучных вампиров бывают трудные периоды в жизни. И все же это его не успокоило и не ослабило чувства вины за совершенные ошибки.

— Мне нужно связаться с Бостоном, — сказал он Андреасу, проводя рукой по холодному влажному лбу.

Слабость неумолимо подступала, но он справлялся с ней усилием воли. Черт. Ему необходимо продержаться до захода солнца, когда он сможет выбраться за пределы Темной Гавани и найти себе Донора.

— С тобой все в порядке? — озабоченно сдвинув брови, спросил Андреас.

— Все отлично, — заверил его Рио.

Ответ не убедил немца, но он был слишком хорошо воспитан, чтобы высказывать свои сомнения.

Его взгляд скользнул по дермаглифам Рио, которые горели интенсивными красками голода. Рио мог утверждать, что угодно, но глифы его выдавали. Метки Рода являлись визуальным выражением состояния вампира, они с абсолютной точностью показывали, голоден он или сыт, испытывает ярость или радость, сексуальное возбуждение или удовлетворение.

Сейчас дермаглифы Рио меняли цвет от темно-красного и фиолетового до черного, свидетельствуя о том, что он испытывает сильный голод и боль.

— Мне нужна секретная линия, — сказал он Андреасу. — Срочно, если это возможно.

— Конечно, прошу.

Райхен жестом пригласил Рио в кабинет, из которого только что вышел со своим племянником. Кабинет быль просторный и изысканный, демонстрирующий роскошь Старого Света. Андреас обошел огромный письменный стол из красного дерева на ножках в виде когтистых лап и открыл потайную панель на полированной поверхности.

Райхен нажал на кнопку, и два книжных шкафа у противоположной стены разъехались, за ними оказался большой плоский экран.

— Можешь воспользоваться телеконференцией, — предложил он Рио. — Для выхода на секретную линию нажми «восемь». Кабинет в твоем полном распоряжении, оставайся здесь столько, сколько нужно, тебя никто не потревожит.

Рио кивнул в знак благодарности.

— Что еще я могу для тебя сделать? — спросил радушный и предупредительный хозяин поместья. — Или для нашей, э-э, гостьи наверху?

— Да, для нее... Я обещал принести ей поесть.

Андреас улыбнулся:

— В таком случае я попрошу приготовить ей что-нибудь особенное.

— Спасибо, — сказал Рио и добавил вслед направившемуся к двери Райхену: — Послушай, Андреас... думаю, ты должен знать. Эта женщина... она Подруга по Крови. Мне самому это стало известно несколько минут назад. У нее на теле есть метка, сзади на шее.

— О! — Райхен замер на месте, обдумывая услышанное. — А она знает, что это означает? Знает, кто мы?

— Нет... пока нет. — Рио взял телефонную трубку и нажал «8», затем начал набирать номер бункера. — Ей ничего не известно ни о существовании Рода, ни о том, какое она к нему имеет отношение. Но чувствую, что скоро мне придется все ей рассказать.

— В таком случае я приготовлю для нее коктейль. И покрепче. — С этими словами Райхен направился к открытым дверям кабинета. — Я сообщу, когда еда будет готова. Если еще что-то понадобится, только скажи.

— Спасибо.

Когда тяжелые двери кабинета закрылись, Рио полностью сосредоточился на звонке. После того как прозвучал сигнал соединения, он ввел код технической лаборатории.

Гидеон тут же снял трубку:

— Слушаю тебя, дружище.

— Я уже в поместье Райхена, — сообщил Рио, хотя в этом не было никакой необходимости, поскольку компьютеризированная система бункера идентифицировала входящий номер. Но в висках гак стучало, что было трудно собраться с мыслями. — Доехали без приключений. Я с женщиной в Темной Гавани Райхена.

— Ее надежно разместили?

— Да. В гостевой комнате на третьем этаже.

— Хорошая работа, парень.

От незаслуженной похвалы Рио только стиснул зубы. Очередной приступ голода и головокружения заставил его судорожно вздохнуть. Он тихо выругался, пытаясь скрыть слабость.

— Рио, ты в порядке?

— Да, все хорошо.

— Как в заднице? Ладно, давай выкладывай, — произнес Гидеон. Он был не только гением, когда дело касалось высоких технологий, но и обладал поразительным чутьем на всякие неприятности. — Что с тобой происходит? По твоему голосу не скажешь, что у тебя все хорошо, amigo [9].

Рио потер ломившие от боли виски:

— Обо мне не беспокойся. Но обстоятельства осложнились, Гидеон. Эта журналистка оказалась Подругой по Крови.

— О черт! Ты серьезно?

— Я видел метку собственными глазами.

Рио слышал, как Гидеон что-то быстро сказал кому-то, кто вместе с ним находился в лаборатории. В ответ раздалось глухое рычание, которое могло принадлежать только П1, Лукану, основателю и главе Ордена.

«Отлично», — подумал Рио. Разумеется, он не собирался ничего скрывать от Лукана и готов был все ему выложить.

— Здесь Лукан, — сказал Гидеон в трубку. — Ты там один, Рио?

— Да, сижу в полном одиночестве в кабинете Райхена.

— Хорошо, повиси немного, я сейчас выведу тебя на экран.

Рио криво усмехнулся:

— Ну давай, я жду.

Он смотрел, как плоский экран напротив него начал мигать. И словно открылось окно в соседнюю комнату: появились Гидеон и Лукан, они сидели в технической лаборатории бункера. Гидеон, как всегда взъерошенный, пристально смотрел на Рио поверх очков с голубоватыми линзами. Лукан расположился в одном из кожаных кресел возле круглого стола, предназначенного для совещаний. Он также смотрел на Рио, нахмурившись и прищурив глаза.

— Здесь, в Темной Гавани, женщина в безопасности, и она в полном порядке, не пострадала ни малейшим образом, — без вступления произнес Рио. — Ее зовут Дилан Александер; судя по информации, содержащейся в ее компьютере, она живет и работает в Нью-Йорке. Полагаю, ей около тридцати...

— Рио. — Лукан подался вперед, пристально глядя на изображение Рио на экране лаборатории. — К ней мы вернемся через минуту. Сейчас меня интересует другое. Что с тобой происходит, парень? С февраля от тебя не было никаких вестей, и прости, но вид у тебя — просто дрянь.

Рио тряхнул головой и провел рукой по мокрым от пота волосам:

— Я в порядке. Просто хочу разобраться с этой проблемой, и все.

Рио сам не понимал, говорит он о Дилан Александер и ее снимках или о другой, порядком затянувшейся проблеме, с которой он пытался разобраться с того самого дня, как произошел взрыв и он чуть не погиб. Черт возьми, лучше бы он все-таки погиб.

— Лукан, я в норме.

Выражение лица Лукана не изменилось, он продолжал пристально вглядываться в лицо на экране, словно пытаясь оценить правдивость слов Рио.

— Ты же знаешь, парень, мне не особенно нравится, когда меня обманывают. Я хочу знать, может ли Орден на тебя рассчитывать. Ты еще с нами?

— Лукан, ты же знаешь, Орден — это все, что у меня есть.

Это было правдой. И похоже, такой ответ удовлетворил проницательного П1. Пока удовлетворил.

— Итак, ты говоришь, что журналистка, которая сейчас с тобой, — Подруга по Крови. — Лукан вздохнул и потер подбородок. — Рио, ты должен доставить ее сюда, в Бостон. Но прежде коротко расскажи ей о существовании Рода и ее связи с ним, а затем привези сюда. Гидеон организует перелет.

вернуться

9

 Друг (исп.)