«Cristo» [10].

Ее образ был таким реальным, что десны болезненно заныли, от жажды пересохло в горле. Рио практически ощущал на языке вкус ее крови — смесь можжевельника и меда.

Рио ясно осознавал, что это — иллюзия, что он никогда не попробует ее крови.

Дилан Александер — Подруга по Крови, и о том, чтобы пить ее кровь, не могло быть и речи. Один укус, и возникнет кровная связь, разорвать которую способна только смерть. Рио уже успел приобрести опыт такой связи, в результате чего едва не погиб.

Никогда он не повторит совершенной ошибки.

Рио зарычал, когда танцующая перед ним красотка решила перейти к более решительным действиям. Он открыл глаза в тот момент, когда она пробормотала что-то непристойное, положила руки па его бедра и широко раздвинула их. Облизав губы, она опустилась перед ним на колени и потянулась к молнии на его брюках. И тут Рио охватило не вожделение, как следовало ожидать, а ярость.

Кровь застучала в висках, во рту пересохло.

Черт! Нужно бежать отсюда.

— Отойди, — глухо прорычал Рио. — Все пошли прочь.

Красотки отпрянули от него, как от хищника, вырвавшегося из клетки. У одной из них хватило смелости спросить:

— Ты хочешь чего-нибудь особенного? Скажи нам, как тебе нравится.

— С вами никак, — буркнул Рио, вставая и поворачиваясь к ним устрашающей левой стороной.

Его никто не стал останавливать, когда он, пошатываясь, покинул приватный кабинет, прошел через главный зал и отыскал неприметную дверь, через которую они с Райхеном попали в клуб. Вышибала, завидев его, благоразумно отступил в сторону.

На улице было темно. Летняя ночь дохнула прохладой в разгоряченное лицо Рио. Он ртом хватал воздух, в надежде остудить закипевшую от ярости кровь, и отчаянно выругался, когда это не помогло.

В темноте его зрение обострилось. От гнева и голода зрачки вытянулись в вертикальные щелки, глаза полыхали янтарным пламенем. Рио с трудом переставлял ноги, вернулась хромота, от которой, казалось, он избавился.

Клыки увеличились. Одного взгляда на глифы было достаточно, чтобы понять, что он на грани.

Черт возьми. Надо было укусить одну из красоток. Еще несколько часов назад он испытывал сильнейший голод, а сейчас ситуация стала просто критической.

Опустив голову и засунув сжатые в кулаки руки в карманы брюк, Рио попытался ускорить шаг. Он решил направиться в парк, где в ночное время бродяги могли стать легкой добычей для вампира. Но, свернув на боковую улицу, он увидел дымившую сигаретой девушку, которая стояла, привалившись спиной к кирпичной стене. Выпустив облачко ядовитого дыма, она принялась грызть ногти.

Туфли на высокой платформе и шпильках и обтягивающая мини-юбка сами по себе служили хорошей рекламой, но вместе с облегающим топиком, который едва прикрывал пышный бюст, не оставляли сомнений в том, что эта девушка была такой же, как красотки из клуба, только дешевле.

Девица заметила, что за ней наблюдают, и повернула голову.

— Ich bin nicht arbeiten, — проворчала она, продолжая грызть ногти. — Не работаю, понял?

Не слова не остановили Рио, он мрачным призраком приближался к ней.

— Моя работа на сегодня окончена, понял? — недовольно рявкнула девушка. — Никакого секса.

— Мне не это нужно.

— Ха, — усмехнулась она. — Ну, тогда отва...

Она не успела ни договорить, ни закричать, за долю секунды Рио преодолел расстояние в несколько ярдов и резко развернул девушку так, что она оказалась лицом к стене. Волосы у нее были короткие, так что шея оставалась полностью открытой. Рио глубоко вонзил клыки в мягкую плоть и сделал первый жадный глоток.

Девушка сопротивлялась только вначале. Очень быстро она затихла, боль сменилась наслаждением. Рио пил быстро, восстанавливая истощенные силы. Насытившись, он лизнул ранки, заживляя их. Следы укуса исчезнут через несколько минут, но оставалось сделать еще кое-что. Рио положил ладонь на лицо девушки, закрывая ей глаза. Чтобы стереть воспоминания Донора, требовалось всего одно мгновение, но именно в этот момент из-за угла вышел мужчина и увидел их.

— Эй! Was zur HoSle ist das? [11]

Мужчина был лысый и крепкий, и, очевидно, сцена у стены ему совсем не понравилась. Вытерев руки о грязный фартук, он рявкнул что-то шлюхе по-немецки — по-видимому, что-то веское, потому что она рванулась выполнять приказ. Но, вероятно, недостаточно быстро, с точки зрения своего хозяина, потому что, когда она с ним поравнялась, он внезапно саданул ее кулаком в челюсть. Девица взвизгнула и опрометью бросилась бежать, скрывшись за углом, а хозяин направился к Рио.

— Лучше уходи, — прорычал Рио. — Тебя это не касается.

Но здоровяк только покачал бычьей головой:

— Хочешь секса с Утой, плати мне.

— Ну, тогда подойди и получи, — понизив голос, произнес Рио.

Любой, имеющий хотя бы каплю здравого смысла, услышал бы в его словах угрозу. Но здоровяк пропустил все мимо ушей. Он вытащил из-за спины нож, совершив тем самым смертельную ошибку. Рио еще не слишком хорошо контролировал себя, чтобы спустить конфликт на тормозах. Здоровяк надвигался на него, словно ножом собирался вырезать из Рио свою сутенерскую долю. Вампир набросился первым. Повалив человека на тротуар, он руками сдавил ему горло, ощущая, как под грубой кожей лихорадочно пульсирует кровь.

Словно издалека, Рио слышал, как бьется сердце человека, ему казалось, что все это происходит не с ним. Сейчас, когда голод был утолен, его полностью захлестнула ярость. Она владела его разумом и направляла волю, погружая Рио во тьму, которой он боялся больше всего.

«Maldecido».

«Monstruo».

Он снова слышал слова, которыми его называли в детстве, они барабанным боем гремели в ушах. Рио вспомнил сумеречный лес и запах человеческой крови, смешанный с запахом земли. Хижину, где прямо у него на глазах убили его мать…

Тьма поглотила его, и он снова был одичавшим, напуганным ребенком, без дома, без семьи, и рядом не было никого из ему подобных, чтобы объяснить, кто он такой на самом деле.

«Comedor de la sangre».

С ревом Рио склонился над дергавшейся добычей и диким зверем вцепился зубами в горло. Не голод заставил его сделать это, а ярость и мучительная боль превратили его в монстра. В проклятого. В кровопийцу.

«Manos del diablo».

Эти дьявольские руки больше не принадлежали ему. Рио не видел улицы. Голова отключилась. Мысли исчезли. Но он с отчетливой ясностью почувствовал тот момент, когда сердце человека перестало биться.

Сквозь пелену мрака он знал — сегодня ночью он убил.

Раздавшийся в соседней комнате глухой удар нарушил тревожный сон Дилан. Она резко села, окончательно пробудившись. Из-за стены донеслось тихое рычание, и человек — или животное — упал и мучительной агонии.

В соседней комнате разместился Рио. Он сказал ей об этом вечером, когда принес ужин и рюкзак с ее вещами и пожелал спокойной ночи. Предупредил, что будет поблизости, за стеной. Едва ли это сообщение успокоило ее.

Дилан слышала, как вопреки угрозе он поздно вечером куда-то ушел. В течение нескольких часов в соседней комнате было тихо, и вот в четыре утра там раздался шум.

Все это подтверждало слова Рио о том, что он опасное ночное существо. Судя по звукам, он вернулся с какой-то попойки.

Скрестив руки на груди, Дилан сидела и слушала, как он застонал, затем ударил кулаком по тяжелой мебели и страшно выругался, когда ноги под ним подкосились.

Господи, как часто в таком состоянии возвращался домой ее отец! Накачавшись в каком-нибудь баре, он с трудом передвигался, так что Дилан с матерью и братьями стоило огромных усилий дотащить его до постели, чтобы он по дороге не упал и не разбил себе голову. С детства у Дилан сформировалось стойкое отвращение к мужчинам, не способным справиться со своей слабостью. Однако шум за стеной заставил ее засомневаться в том, что Рио банально пьян.

вернуться

10

 Христос (исп.).

вернуться

11

 Что, черт возьми, это значит? (нем.)