Когда она смогла открыть глаза, то увидела, что Зар стоял на коленях рядом с ней, и в его глазах была боль.

– Зачем, госпожа? За что? – прошептал он.

– Теперь я для тебя не госпожа. Прости, Зар, по-другому я не могу, – покачала головой Ирэн и твердо добавила: – Я больше никому не позволю умереть вместо меня, прости.

– Я знаю, что подвел тебя и не оправдал доверие…

– Не говори ерунды! – Ирэн дотронулась до руки оборотня и сжала ее. – Я рада, что ты все это время был со мной и всегда помогал мне и защищал. Я очень ценю это. Но теперь пришло время тебе строить свою жизнь самому, а мою оставить мне.

– Да, госп… Ирэн, – быстро поправился Зар.

Девушка ему тепло улыбнулась и убрала свою руку. Поддерживая ее за плечи, Стаурус помог ей подняться. Он все еще обнимал ее, боясь, чтобы она не упала. Но в теле Ирэн была странная легкость, а в животе разлилось приятное и согревающее тепло.

Ленка подошла к ней ближе, за ней, как на привязи, шел Власлен. Глаза девушки были красными от слез. Она крепко обняла Ирэн.

– Прости, подруга. Мне так жаль, что не смогла…

– Только не начинай еще и ты, – не размыкая объятий, тихо прошептала Ирэн ей на ухо. – Это моя вина и только моя. И с ней я буду жить дальше. Поэтому ничего не говори, прошу.

Ленка отодвинулась от нее и встревоженно посмотрела на бледное лицо подруги.

– Ирэн…

– Нет, потом, давай потом поговорим. Сейчас у нас есть еще одно важное дело. – И она повернулась в сторону, где на траве лежало тело Антона, а рядом с ним сидели Горец и Сашка, тихо о чем-то переговариваясь. – Мы должны похоронить его и проститься с ним… навсегда. – Слезы потекли из ее глаз, но Ирэн быстро взяла себя в руки. Она потом даст волю своим чувствам, а сейчас…

– Я знаю хорошее место и думаю, Отшельник не будет против. – Рокер нагнулся и осторожно поднял тело Антона с земли. – Стаурус, ты знаешь, где это?

Владыка только кивнул.

– Я иду с вами. – Власлен стоял возле Ленки, оттеснив Мегана за спину.

– Повелитель? – удивился Стаурус. – Почему? Зачем?

– Я не оставлю свою истинную без защиты, пока все не уладится, – произнес он, глядя на Владыку взглядом, не терпящим возражений.

– Истинную? – переспросил Стаурус и посмотрел сначала на Ленку, а потом на Ирэн, которая только кивнула ему в ответ, подтверждая слова Власлена.

– Ну что ж, Повелитель, как говорится, я нам…

– …не завидую, – закончил за него фразу Власлен и открыто улыбнулся, от чего на его щеках появились две милые ямочки. – Так что я с вами, пока, а там посмотрим. Да и своим оборотням я уже отдал приказ, они идут к твоей столице, Владыка.

– Спасибо. – Стаурус протянул Власлену руку. Тот крепко пожал ее.

Через секунду на поляне остались только выжившие оборотни Повелителя и Стафий.

Когда туман развеялся и в глазах появилась четкость, Ирэн смогла рассмотреть место, куда перенес их Стаурус. Первое, что поразило ее, – это тишина. Было тихо, спокойно и умиротворенно.

«Как на кладбище», – промелькнуло у нее в голове.

Вокруг места, где они все стояли, были только скалы, голые седые камни. И вдруг из одной скалы вышел человек, при виде которого сердце Ирэн забилось сильнее, а ноги сами понесли к нему.

– Девочка моя, что с тобой? – Женька крепко обнял подругу, но, услышав ее тихие всхлипы, немного отстранился и постарался рассмотреть ее лицо. – Боже мой, что с тобой случилось? – Он видел перед собой заплаканные красные глаза с темными, почти черными кругами под ними, опухшие от слез губы и нос.

– Женька, Женечка. – Ирэн снова уткнулась в грудь друга детства.

– Я оставил тебя на два дня. И посмотри, на кого ты стала похожа. – Но, видя, что она не реагирует на его вопросы, обратился к остальным друзьям, которые слишком тихо стояли чуть в стороне. – Ребята, что у вас… – слова замерли на его губах, когда он увидел Рокера с его ношей. – Антон? Как? Почему?

Но никто не спешил отвечать на его вопросы, сохраняя скорбное молчание. И только сейчас Женька рассмотрел, что такой заплаканный вид не только у Ирэн. Подозрительно блестели глаза даже у Горца.

– Не стойте снаружи, проходите. – Голос звучал из самых недр скалы и разносился гулким эхом вокруг, отчего по спинам собравшихся побежали мурашки.

– Отшельник? – раздался шепот Стауруса.

Вход в скалу был так хорошо спрятан, что казалось, будто Руфус появился прямо из камня. Навстречу друзьям вышел молодой черноволосый мужчина, который рассматривал цепким изумрудным взглядом присутствующих и грустно улыбался. Слегка склонив голову, он произнес:

– Владыка. Повелитель, – и кивнул им в знак приветствия, как равным себе.

Стауруса окутала странная мощь, которая исходила от Отшельника. Он никогда не чувствовал этого, общаясь с ним раньше, и всегда думал, что Отшельник очень старый, вернее, дряхлый. Поэтому Стаурус удивился, увидев сейчас перед собой молодого красивого мужчину. Но что-то знакомое было в его силе. Такое он уже встречал. В мире Ирэн. Совсем недавно. И вдруг догадка осенила его, он улыбнулся, потом склонил голову и тихо произнес:

– Приветствуем тебя, император Руфус. Извини за вторжение, хотя, помнится, ты обещал пригласить меня к себе.

– Я всегда знал, что ты умный мальчик. – И Отшельник ему улыбнулся. Затем он оглядел всех по очереди и, когда заметил Рокера с его ношей, тихо произнес: – Проходите, друзья, я ждал вас и знаю, зачем вы пришли.

Ирэн было собралась ему что-то сказать, но он быстро остановил ее движением руки:

– Следуйте за мной, – и скрылся в глубине скалы.

Друзья тихо и осторожно зашли в пещеру и от входа повернули направо, а не налево, где находился зал с камином, как прозвал его Рокер. Они шли по темному и холодному коридору, уходя все глубже и дальше в недра седых скал. Впереди было темно, но Отшельник шел уверенно. Впереди него сами собой тусклыми синими огоньками загорались факелы.

Они шли уже несколько минут, все время куда-то сворачивая, пропуская одни повороты и коридоры, петляя по другим, и Ирэн стала понимать, что выбраться из этого лабиринта переходов сами они уже точно не смогут. Отшельник остановился внезапно, потому что коридор, в который они в очередной раз свернули, закончился небольшой круглой пещерой.

– Здесь никто и ничто не нарушит его вечный сон, – сказал он, и его слова утонули в этой мертвой и густой тишине. Казалось, что она просто давит на всех, и постоянно хотелось еще больше пригнуться под ее невыносимой тяжестью.

Затем Отшельник махнул рукой, и прямо в центре пещеры появился монолитный прямоугольный постамент. Потом откуда-то повеяло холодом, и вокруг вдруг резко запахло зимой и морозом. Казалось, еще чуть-чуть – и пойдет снег, но вместо этого на каменном постаменте появился хрустальный гроб, нет, скорее всего ледяной, именно ледяной. Его прозрачные стенки были украшены замысловатым узором, как на оконном стекле.

Рокер, медленно ступая, подошел к постаменту и осторожно опустил Антона на его ледяное ложе. Он аккуратно сложил руки мальчика на груди, поправил такую непослушную прядь его русых волос, которая все время норовила залезть ему в навечно закрывшиеся глаза. На синих губах Антона замерла счастливая улыбка, и она теперь останется на его лице уже навсегда. Рокер отошел, стараясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы. Он вспомнил, как был счастлив Антон оттого, что пойдет с ними в такой новый и неизвестный мир, как радовался приключениям, встречам, новым эмоциям. Он был счастлив, как ребенок, которому обещали купить новую игрушку. А что он получил взамен? Вечность.

Как только Рокер отошел от гроба, друзья стали по одному подходить к Антону и очень тихо говорить ему прощальные слова. Ирэн была последней. Она осторожно приблизилась к постаменту: почему-то ноги никак не хотели слушаться, и ей стоило приложить немало усилий, чтобы сделать эти несколько шагов. Она медленно провела рукой по холодному мертвому лицу мальчика, прикоснулась к его посиневшим губам, затем низко наклонилась, поцеловала его в холодный лоб и очень тихо произнесла: