- Это моя преподавательница по танцам! – горделиво отвечает за нас всех храбрая девочка, которая пока, в силу своего возраста, не понимает всей патовости ситуации. – А вы что, в гости к нам пришли? – переводит на меня свой ясный взгляд больших небесных глаз.

- Да, куколка… Твой братик – мой жених… Получается, - нелепо улыбаюсь, продолжая играть в эту клоунаду, хотя уже минуты, как три хочется послать всё на хрен. Но, как я уже говорила: начал позориться – делай это до конца.

- Правда?! – с неподдельным восторгом восклицает девчонка, бегая от меня к брату счастливыми глазками. – Круто-круто! А старого жениха вы куда дели?

Дорогие, я тут тг-канал состряпала... можете присоединяться, чтоб первыми быть в курсе новостей, смотреть красивые артики по книгам и просто болтать) ссыль найдете в информации обо мне)

Вячеслав Львович оказался человеком суровым и прямолинейным. Одним своим рявкающим тоном, сложенным в короткое предложение, он заставил жену замолчать и перестать извергать раздражающие звуки, дочь слезть с моих рук и скрыться в направлении своей комнаты, а меня – перестать сгорать от желания провалиться сквозь пол, желательно, прям до первого этажа, чтобы сразу выйти из подъезда и избавиться от этой семейки…

- Так, куда ты дела своего предыдущего жениха, кисуль? – как бы между делом уточняет Давид, галантно отодвигая для меня стул за накрытым в зале столом, куда нас всех отправил его отец.

Справедливости ради, судя по дергающемуся глазу и сжатым челюстям, отправить он нас всех хотел в совершенно другое место.

- Пришлось расстаться, не пережила знакомства с его родственниками, - ехидно отшучиваюсь, улавливая на лице парня хищное выражение.

- Ты же знаешь, что от меня так просто отделаться не получится? – опускается на место рядом, оставляя жаркий поцелуй на щеке.

Ну, мы же при родителях, ей богу!

- Тогда я постараюсь сделать всё, чтобы твои предки тебя сегодня прибили и избавили меня от этой проблемы, малыш…

- Ну, - нетерпеливо взвизгивает матушка, слишком экспрессивно шлепаясь на стул напротив. – И как давно вы знакомы? – фыркает со скептицизмом и нескрываемым раздражением , яростно начиная елозить ножом по тарелке и вызывая тем самым мерзопакостный скрежет.

- Евгения! – громогласно цедит глава семейства, не выдерживая этой пытки.

- Ну-у-у-у, - задумчиво тянет Давид, попутно наполняя мой бокал шампанским. – Где-то около недели.

Ну, серьёзно дурак что ли?

Округляю глаза, глядя на него, как на «не особо далекого».

- Ты шутишь? – недоверчиво вспыхивает матушка, тщательно пережевывая мясо, которое, судя по, скопившемуся в глазах, яду, она мечтает выплюнуть мне прямо в лицо.

- Дай подумаю, - Давид картинно хмурится, словно ему серьёзно с трудом удается сложить дни с субботы до пятницы. – Не, всё правильно, около недели. Не шучу, получается, - легко отзывается и с небывалым аппетитом начинает уплетать свою порцию.

- Давид, не испытывай мои нервы, - устало вздыхает женщина, словно раскусив этот фарс. – Ты знаком с этой, - настороженно осекается, кидая взор на мужа, что предупреждающе глядит из-под кустистых бровей. – Меньше недели, а уже волочешь её в родительский дом и называешь невестой.

- Саша, - четко и громко вставляю свои пять копеек, улыбаясь так приторно, что, надеюсь, она захлебнется в этом сладком сиропе. – Меня зовут Александра, - меня жутко раздражает тот факт, что она позволяет так пренебрежительно разговаривать о моей персоне в третьем лице в моём же присутствии.

Я, так-то, на минуточку невеста вашего сына! Имейте уважение! Хоть и фиктивная… Согласна даже на фиктивное уважение!

Мать Давида бросает на меня колючий недовольный взгляд и нервно дергает уголками губ.

- Мам, это любовь с первого взгляда, - мечтательно тянет её сын, глядя на меня такими невозможно влюбленными глазами, словно вот-вот потеряет сознание. Я даже на мгновение тушуюсь. Такого актера страна просрала…!

- Любовь – это прекрасно, - как-то удрученно подает голос отец, щедро отпивая из бокала крупную порцию коньяка. Нервишки шалят у мужика, видать. Интересно, с чего бы это, да? – А как вы встретились? – задает, казалось бы, простой вопрос с вполне искренним интересом.

А вот об этом, наверное, точно не стоит рассказывать правду… Замираю с пластмассовой улыбкой на лице и украдкой поворачиваюсь к Давиду, мысленно молясь, что бы он не блеснул своим простодушием и честностью хотя бы сейчас.

- На работе у Саши, - без запинки отвечает и по примеру отца опрокидывает в себя янтарную жидкость, пока я ловлю, грохнувшееся в пятки, сердце.

- И чем же Саша занимается…? – ехидно фыркает моя гипотетическая свекровь, и я вызывающе вздергиваю бровь.

- Ну так, хореографом, очевидно же, - выдерживаю уничтожающий взгляд маменьки и гордо задираю подбородок.

Есть и пить совершенно не хочется, но я заставляю себя непринужденно смаковать бокал и пилить ножиком резиновое мясо.

Мало того, что Евгения человек дерьмовый, мать так себе, так ешё, и как хозяйка – полное гов…

- Но ты-то там что забыл? – задает резонный вопрос отец, испытующе глядя на беззаботного сына.

- Танцевать люблю, - без запинки парирует, надевая на лицо самое невинное выражение. – Там… Контемп, брейк, твёрк…

- Давид, остановись, - тихо шиплю, сжимая переносицу.

- И вы этим зарабатываете на жизнь? – презрительно кривится мамаша, напоминая о своём существовании, а то, вдруг мы забыли, что она ещё здесь.

- Да, а что в этом такого? – расслабленно передергиваю плечами и незаметно вздрагиваю, когда на мою коленку под столом ложится крупная горячая ладонь.

- Ну, это же, - кривится и морщится, не в состоянии подобрать слова. – Это же несерьёзно. Посвятить свою жизнь тому, чтобы бездумно трясти задницей…? А в старости куда денетесь, когда скакать не в состоянии будешь? – резко переходит обратно на «ты», позабыв манеры.

- Вот! – победно щелкаю пальцами и с аппетитом возвращаюсь к своей тарелке. – Вы говорите точь-в-точь, как мой бывший.

Рука под столом тем временем сжимается крепче, протиснувшись на внутреннюю сторону бедра. Кто-то, кажется, всё ещё обеспокоен наличием у меня бывших.

- Умный молодой человек! – восклицает Евгения и широко ухмыляется, намереваясь меня этим задеть. – Бросил Вас, да? Иначе, где он сейчас…

- Одному богу известно, - пространно отвечаю, пряча улыбку за бокалом. – Он же теперь ближе к нему, - добавляю еле слышно, внося мрачную двусмысленную нотку в эту, не имеющую смысла, дискуссию.

- Что? – в неверии уточняет мать, с опаской кося лиловым глазом в мою сторону.

- Что? – невинно переспрашиваю в ответ, пока бедный глава семейства не давится куском «подошвы» и не начинает кашлять.

Совершенно неожиданно нашу наитеплейшую дружественную атмосферу нарушает громкий и требовательный звонок в дверь.

- Я открою, - спешно спохватывается маменька и, швырнув салфетку на стол, улепетывает в направлении коридора.

Озадаченно хмурюсь и только сейчас замечаю рядом с её местом ещё один набор посуды.

- Это что, ещё не все твои родственники, Давидик? – любезно уточняю, поворачиваясь к парню, и растягиваю губы в убийственной улыбке.

- Кошечка, хорошая моя, умоляю, - жарким шепотом начинает причитать на ухо, поглаживая большим пальцем оголенную кожу над резинкой чулка. – Я не думал, что у матери хватит на это мозгов. Потерпи ещё. Плачу вдвое больше…

Спустя несколько мгновений на пороге возникает ангел во плоти. Невинное божье создание. Сосуд целомудрия. Другими словами – Настенька…

Одетая в закрытое наглухо платье, кое даже моя мертвая прабабка, земля ей пухом, в жизни бы не надела. На высоком воротничке белые рюшечки, длинная юбка ниже колена так и кричит, что до свадьбы его хозяйка ни капли в рот, ни сантиметра в ж…