Сама Лавиния, убедившись, что Константин успешно справился с очередной проблемой и пока не собирается отправляться в какой-то из близких регионов, собрала свою условную личную гвардию и отправилась на охоту в Золотой мир. Заняться ей сейчас всё равно было нечем. Охота показалась более приемлемым вариантом, чем сидеть и скучать в полном одиночестве.

Тем более теперь у неё имелся маяк на границе Золотой саванны, где было полно самой разной добычи. За несколько часов охоты Лавиния смогла заметно продвинуться к «эте». Из пятерых Защитников, которых она взяла с собой, один стал «эпсилоном», а ещё четверо прошли половину пути к этому рангу. Успешная вылазка по всем своим параметрам.

Разделывать туши убитых зверей на месте они не стали. В прошлый раз их все сожрали варрбаи, но сейчас Лавиния собиралась переправить добычу на эту сторону. Передать промышленникам, которые смогут использовать сырьё.

Тем более с их нынешними рангами это было не так сложно. Встав около одного из «бизонов», девушка коснулась его рукой, одновременно отрывая воздухом от земли. Подтащив к себе ещё одного, положила на него вторую ладонь и подумала о возвращении назад. Однако вместо привычной золотой вспышки перед аристократкой был всё тот же пейзаж. Непонимающе нахмурившись, она повторила попытку. А слева послышался растерянный голос одного из Защитников.

— Что-то не так… Я пять раз подряд подумал о том, чтобы вернуться, но всё ещё здесь.

Разговор с Ирэн Тивольской вышел максимально странным. Немного неловко говорить с человеком, который видел всю твою подноготную, вплоть до тех мест разума, к которым обычно никого из посторонних не допускают. С другой стороны, я знал о ней всё то же самое, так что тут мы были квиты. А ещё прекрасно видел мерцающую внутри неё энергию цвета индиго. Которую можно было забрать целиком или попросить Защитницу поделиться.

Использовать свою способность, чтобы вырваться, она не могла. Несмотря на добровольно озвученное после нашего столкновения желание побеседовать, её держали по тому же протоколу, что и обычного пленного Защитника. Медное ложе, выкованные из того же металла цепи, что фиксировали конечности, плюс какое-то количество медного порошка в крови.

Зато она была способна задавать каверзные вопросы. Например, о том, почему я уверен, что именно мои воспоминания настоящие, а у второго регрессора — ложные. На что пришлось честно ответить — никакой уверенности у меня на самом деле не было. Но меня отправили назад не для того, чтобы помешать кому-то конкретному. Речь скорее шла об изменении всей парадигмы большой игры. С тем, чтобы дать кому-то шанс переписать историю.

Правда, я тут же обнаружил пару несоответствий в собственной теории, которые после секундного замешательства решил озвучить. По той простой причине, что люди, которых я остановил, всё-таки имелись. Со Сан Хёк, что в моей памяти был массовым убийцей и тем, кто создал прецедент уничтожения государственной машины. Плюс Токийский мясник. Теперь я уже не был уверен, что этот японец совершил все те злодеяния, которые приписывала ему моя память. Могло быть и такое, что он стал оружием, которое позволило победить команде Индиго.

Ещё были Марковы. Хотя в их случае схема была совсем иной — я, напротив, пытался спасти им жизнь, тогда как их стремились уничтожить. Либо то, что я помню, было правдой, либо речь шла о конкуренции между командами разных цветов.

В любом случае теперь полной уверенности у меня ни в чём не было. Кроме одного — я намеревался спасти человечество. Даже в том случае, если вся моя память вдруг окажется ложной и полностью переписанной в процессе возвращения назад. Тем более ни в одном из кусочков этой самой памяти не было ничего про цветные энергии. Кто бы ни спровоцировал моё возвращение из будущего, он не собирался предоставлять мне подобной информации.

Разговор затянулся надолго. Мы пробеседовали не меньше часа, обсуждая ту сторону, команды противника, цветные энергии и варианты выхода из ситуации. Если изначально Ирэн была настроена отчасти скептически, то по мере того как мы вместе с Франсуа излагали всё больше фактуры, девушка проникалась мнением о том, что Корпус действительно спасает человечество.

Один тот факт, что ради противодействия нам потребовалось взять ещё одного человека в будущем, вернув его обратно, говорил о многом. Тем более в данном случае ему доверили куда больше разнообразной информации. Чтобы создать реальную мотивацию.

Если хорошо подумать — мои академические знания обо всех двенадцати мирах и всех животных, которые там встречались, тоже выглядели не слишком-то естественно. Сам я считал, что почерпнул их из справочников, которые изучал перед отправкой назад. В теории это могло бы быть так. Уже сейчас моя нервная система была перестроена и настолько развита, что позволяла запоминать колоссальный объём данных.

Однако человеческая память — это не компьютер. Я не мог запомнить всё настолько идеально. Что-то точно бы вылетело из головы. Тогда как сейчас, стоило мне подумать об одном из двенадцати миров и его фауне, как перед глазами едва ли не возникали страницы с длинными списками животных, около каждого из которых имелось ёмкое описание.

О вступлении в Корпус Тивольская заговорила сама. На семьдесят четвёртой минуте разговора, когда я уже немного устал ждать и думал предложить ей самостоятельно. Как ни странно, решающим фактором послужил разговор с Оливером. Увидев по видеосвязи кудрявого валлийца, который радостно помахал рукой и поинтересовался «Ну чё там как?», девушка как-то разом растеряла последние остатки недоверия. Спустя ещё несколько минут её просьба была удовлетворена, а сама пленница освобождена.

Следом наступила очередь закрытого совещания с высшим руководством Корпуса, а заодно и тремя союзническими организациями из Азии. Могу поспорить — большинство из тех, кого я наблюдал по видеосвязи, уже догадывались, что я прибыл из будущего. Однако, судя по их реакции, услышать это от меня самого точно не ожидали.

Одно хорошо — после беседы с Ирэн в голове выстроился массивный блок информации с вопросами и ответами на эту тему. Отталкиваясь от которого я наимпровизировал короткий монолог, разъясняющий все детали и отвечающий на те вопросы, которые собеседники наверняка захотели бы озвучить. Удобно. Это позволило сэкономить массу времени и относительно быстро перейти к следующему пункту нашего небольшого военного совета — основателю клиники «Сад Счастья», которого требовалось максимально быстро отыскать.

Находиться он мог абсолютно где угодно, так что для поисков требовалась помощь правительств всего мира. И пусть в каждой стране имелось своё ведомство либо межведомственная группа, которая занималась делами Защитников и располагала всеми необходимыми полномочиями, ничего подобного на глобальном уровне создано не было. Максимум — Европейская аналитическая группа в Брюсселе.

Что значило — выстраивать эту структуру придётся нам самим. При этом использовать тех же самых расследователей, которые занимались процессом до этого, было немного проблематично. Как минимум из-за того, что у них была несколько иная специализация. Эти парни великолепно показывали себя, когда в деле имелись какие-то зацепки. Хотя бы небольшие. Сейчас же у нас их не было. Для того чтобы найти хотя бы что-то, требовалось работать сразу по нескольким направлениям, просеивая колоссальный объём информации. Совсем другая специфика.

Решение нашлось неожиданно. Тесса Прескотт. Если сначала она удивила меня тем, что вышла на связь из квартиры Елисеева, то чуть погодя шокировала во второй раз, заявив, что уходит в отставку со своего поста в британском правительстве и хотела бы предложить свою кандидатуру в качестве координатора этого расследования.