Их интересовал не сам прыжок, а работа комплекта при приземлении и отсутствие заметной отдачи по корпусу. Один мужчина в тяжёлой броне что-то тихо сказал напарнику, указывая на мои коленные сочленения. По крайней мере, не все здесь воспринимали происходящее как цирковой номер.

Над головой с тихим лязгом металла закрылся шлюз. Корабль Данте поднялся выше, набрал скорость и ушёл в сторону ворот из города. Я проводил его коротким взглядом и снова посмотрел на главный корпус. Людей оказалось заметно больше, чем ожидал. Лектор говорил о трансляции для академии и гильдии, но вживую это уже напоминало полноценное публичное мероприятие.

Внутри масштаб только возрос. Огромный зал главного корпуса был заполнен почти полностью. Студенты занимали свободное пространство между столиками, стояли вдоль проходов и на открытых площадках второго этажа. Среди них попадались охотники в потёртой броне, преподаватели и сотрудники гильдии.

Перед круглой стойкой администраторов установили длинный стол. За ним сидели пять человек: трое преподавателей и двое представителей руководства академии, которых я раньше не встречал. Чуть в стороне стоял Лектор. Отдельное место и отсутствие документов перед ним намекали, что в комиссию он не входит и присутствует только как наблюдатель.

Над столом висели огромные голографические экраны. На одном отображалась карта территории вокруг Икара, на втором — перечень задач, остальные пока показывали эмблему академии и пустые окна трансляции.

Я едва заметно хмыкнул. Ради одного досрочного выпуска они развернули систему, достойную крупной операции. Лектор и правда решил выжать из моего экзамена всё возможное. И не всем это нравилось.

Пси-поле скользнуло по залу. Большинство людей смотрело на меня или на экраны. Один из членов комиссии — сухой мужчина лет пятидесяти с узким лицом и аккуратно зачёсанными назад волосами — задерживал взгляд чуть дольше остальных. В его выражении читалась плохо скрытая неприязнь, хотя внешне он сохранял безупречное спокойствие.

— Каин Райт, подойдите к нам, — произнёс сидевший в центре мужчина.

Я остановился перед столом. Он протянул небольшой сканер, дождался, пока я поднесу идентификатор, и проверил появившиеся данные. На центральном экране вспыхнуло моё имя, текущий ранг и отметка о допуске к досрочному выпуску. А мне пришёл запрос на использование камеры брони. Я нажал подтверждение и на одном из экранов сверху появилась картинка с моей камеры. Чтобы не отвлекаться, выключил пока запись.

— Личность подтверждена. Практический выпускной экзамен студента Каина Райта объявляется начатым.

В зале стало тише. Один из сотрудников положил передо мной металлическую карточку. Я убрал её в инвентарь, пока представитель комиссии перечислял условия.

— Экзаменационная зона передана на носитель вместе с границами маршрута. Первое задание — найти указанное ценное растение. Полное описание, внешний вид и требования к сохранности находятся в материалах. Образец необходимо доставить неповреждённым в герметичном контейнере.

Это совпадало со словами Лектора. Контейнеры я подготовил заранее, поэтому никаких дополнительных вопросов не возникло.

К столу подошёл сотрудник академии и поставил тонкий металлический кейс. Внутри оказались семь небольших устройств размером с ладонь. В них я узнал маяки для сбора данных.

— Второе задание — разведка опасной зоны, — продолжил член комиссии. — На карте отмечены семь точек неподалёку от логова монстров D-ранга. Вы должны установить по маяку в каждой точке и дождаться устойчивого сигнала. Устройства передают данные о рельефе, фоне Ци и перемещениях тварей.

Я подтянул ближе кейс и по очереди убрал маяки в инвентарь. Семь точек вокруг логова означали, что придётся несколько раз менять позицию и довольно долго находиться рядом с опасной зоной. Явно не обычная студенческая разведка, но пока ничего сложного.

На схеме точки образовывали неполное кольцо. Две находились ближе к предполагаемым подходам к логову, ещё три — на флангах, а последние уходили глубже в опасную область. Значит, просто пройти по прямой и быстро раскидать устройства не выйдет. Придётся обходить территорию, следить за рельефом и перемещениями тварей.

— Заходить непосредственно в логово или вступать в бой с его обитателями не требуется, — отдельно подчеркнул мужчина. — Эта часть считается выполненной после установки всех маяков и получения стабильных данных от каждого устройства.

Я кивнул.

— Принял.

— Третья часть — уничтожение монстров. Десять обычных целей Е-ранга и пять особых целей того же ранга.

Я посмотрел на краткий список условий, появившийся на экране, и уточнил: — Есть ограничения по видам?

— Нет. Подойдут любые монстры соответствующей категории.

Отлично. Можно не тратить время на поиски конкретной стаи. Я ещё раз взглянул на карту и задал вопрос, который напрашивался сам собой:

— А если я убью монстра D-ранга, его можно будет засчитать вместо всех Е-ранговых?

По залу сразу прошёл гул голосов. Старшие студенты отреагировали быстрее остальных. Они уже знали достаточно, чтобы понимать разницу между первой ступенью Ядра, на которой находился я, и полноценной D-ранговой тварью. Сам переход на такой ранг давал человеку куда более мощный источник Ци и резкий рост возможностей тела, но не опыт и знания, необходимые для одиночной охоты на столь опасных монстров.

По ближайшим рядам прокатились одинаковые вопросы. Студенты пытались понять, говорю ли я серьёзно, обсуждали шансы новичка Ядра против D-ранговой твари и цеплялись за самый простой вариант объяснения: возможно, моя броня намного сильнее, чем кажется со стороны.

Охотники не смеялись. Несколько человек удивлённо переглянулись, другие оценивающе посмотрели на броню и отметку ранга на экране. Их реакция была спокойнее, но смысл тот же: вопрос восприняли как излишнюю уверенность молодого бойца, который ещё не представляет настоящую опасность D-ранга.

Меня это слегка удивило. Ведь я участвовал в боях с D-ранговыми монстрами ещё во время защиты Хейса, а в Поющих горах самостоятельно убивал скорпионов этого ранга. Окружающие же явно считали, что я никогда не сталкивался с подобными тварями без серьёзной поддержки рядом.

— Скорее всего, Гин удаляет или закрывает большую часть информации о твоих заданиях, — произнёс Арон.

Видимо он тоже заметил реакцию толпы на мои слова.

— Думаешь?

— Да. Для разведки это обычная практика. Чем меньше посторонние знают о реальных возможностях и маршрутах разведчика, тем сложнее его поймать вне города. Не забывай, что разведчики зачастую знают больше о новых опасных местах, чем даже рейдеры.

— При этом о силе и достижениях Данте знает вся гильдия, — заметил я.

— Данте защита не требуется, — насмешливо ответил Арон. — Скорее его самого многие боятся.

С этим было сложно спорить. Неизвестность защищала меня, пока я оставался достаточно слабым, чтобы подготовленная засада могла решить исход. Данте же давно прошёл эту стадию. Скорее людям будет полезнее знать, что случится, если они перейдут ему дорогу. Тоже своеобразный защитный механизм от самоуверенных бойцов.

Члены комиссии тем временем решили посовещаться. Трое говорили тихо и без видимого желания принимать решение с ходу. Один внимательно просматривал правила на своём экране. А мужчина с узким лицом, напротив, выглядел довольным. Его пальцы спокойно лежали на столе, а в уголках губ появилась едва заметная высокомерная усмешка.

Лектор нахмурился. Он тоже заметил реакцию мужчины, но вмешиваться не стал. Вопрос задал я сам, поэтому комиссия имела право обсудить добровольную замену задания. Пока никакого прямого нарушения не происходило.

Совещание продолжалось около минуты. Затем неприятный мужчина поднял взгляд.

За это время двое членов комиссии успели несколько раз обменяться короткими репликами. Женщина слева явно предлагала оставить исходные условия без изменений, а преподаватель рядом указывал на регламент. Мужчина с узким лицом слушал их без раздражения, но каждый раз возвращал разговор к моему вопросу и публичной формулировке замены. Он не пытался продавить коллег силой — просто ждал, пока процедура даст ему нужное окно.