В сентябре 1900 года сначала Германия, а потом и Япония заявили, что больше военных кораблей с котлами на угле закладывать не будут и начали накопление запасов нефти на случай войны и прекращения поставок. В октябре этот почин поддержала Италия, а в ноябре Франция. Цена на нефть, и так довольно высокая из-за всё увеличивающегося спроса на автомобильное топливо, за эти два месяца почти удвоилась и, в пересчёте на калории, превзошла уголь в полтора раза. Британцы усмехнулись, язвительно прокомментировали стадный инстинкт и ничего менять не стали.
Впрочем, закупаться по высоким ценам пришлось только Франции и, как это не странно, САСШ. Американцы добывали больше всех, но делала это частная компания Джона Рокфеллера «Стандарт Ойл», фактический монополист, он и зарабатывал. Ничего личного, только бизнес. Альтруизм там не в почёте, его в «стране негодяев» скорее сочтут признаком слабоумия, чем патриотизма. Германия и Япония честно поделили месторождения на Суматре, итальянцам удалось навести порядок на промыслах в Албании, а Россия…
В России вся нефть принадлежала казне. Бакинская, Сахалинская, Ухтинская, Поволжская, а также Румынская и Персидская. Сам Минфин, разумеется, добычей не занимался, он выдавал концессии, только оплата в контрактах была оговорена фиксированная за поставленный объём. На Сахалине (японцам), в Ухте и Поволжье побольше, в Баку, Бандер-Аббасе и Плоешти поменьше – в пределах от шестидесяти копеек до рубля за метрическую тонну. Так что увеличивать добычу и сбивать цены пока не было никакого резона, хоть возможность и имелась. Пусть приятель Рокфеллер (кавалер российского ордена Белого орла, кстати) побольше заработает на бюджетах потенциальных противников – САСШ и Франции. Доллар за долларом, франк за франком, так глядишь, на что-нибудь важное им уже не хватит. Кроме того, не хотелось наставлять на путь истинный Британию, пусть строит себе уже морально устаревший флот.
И дело здесь даже не в демаскирующем угольном дыме, к началу войны Россия готовилась установить артиллерийские радары на корабли союзников, а радар замечает противника раньше, чем самый зоркий наблюдатель дым. Британцы постепенно отставали в технологиях, которые они снобистски объявили стадным инстинктом. Всё, что у них не потопнет во время Первой мировой войны, выгоднее будет порезать на металлолом, чем заниматься модернизацией, а технологии нового производства придётся покупать у тех-же САСШ. Уже отставшие технологии, нужно заметить.
В январе 1901 года, в ознаменование наступления века двадцатого, века моторов, Кайзер Вильгельм Второй собрал в Берлине Балканскую конференцию и задал всем дипломатам-делегатам простой вопрос – хотите ли вы, чтобы пришёл Рейхсвер и навёл порядок, или сами как-нибудь договоритесь? В Польше (включая Галицию) давно наведён идеальный германский орднунг, миллионная армия бездельничает, так что помочь мы вам готовы в любой момент. Хотите как в Польше?
Как в Польше (орднунг с плётками прусских полицаев и судами военных трибуналов) никто не хотел, пришлось начинать договариваться. Босния и Герцеговина отделилась от Югославии и стала независимым государством, чью независимость были посланы охранять сразу восемь германских дивизий. От кого охранять? От собственных, доморощенных буйных сумасшедших, от кого-же ещё. Такая же судьба досталась Македонии. Тоже восемь дивизий, германские полицаи и налоговые, таможенные чиновники из Рейха. Защиту государственной независимости от всяких психов нужно оплачивать.
Чехия со Словакией, за время войны с Венгерским королевством сплотились и разъединяться не пожелали, равно как и Хорватия со Словенией (против Боснии и Италии). Венгрии, Сербии, Черногории, Болгарии и Греции указали на их место в стойле и на кормушку, в которую иногда будут насыпать силос. И не дай Бог кто-то из вас опять захочет пободаться. Такую буйно-невменяемую скотину придётся сразу забивать на мясо. Сказано это было другими словами, но смысл именно такой. Рейху нужен мир на Балканах и Рейх его получит. Не захотите по-хорошему, войск для принуждения у нас хватит, а ведь это только армия мирного времени.
Некому было возражать Вильгельму на Балканах. Россия удерживала фактический протекторат над Румынией и Европейской Турецкой республикой и на остальных ей было откровенно наплевать. В Берлинском конгрессе Российская Империя участия не принимала, отправив туда несколько незначительных чиновников МИДа для фиксации договорённостей. Франции Вильгельм пообещал добиться погашение задолженностей Чехословакией и Югославией. Со временем, когда восстановится их экономика, но надежду подарил. А Британия готовилась к вторжению в ЮАР и ей было откровенно не до этих буйных попрошаек, которые половину любой помощи разворуют, а вторую растеряют. Пять лет войны всех против всех приучили джентльменов прятать свой кошелёк от любого балканца, а просто слова… Кто их будет слушать, когда на границах сосредотачивается миллионная армия Рейха? Армия, в которой в каждой роте по пулемёту. Не помогут здесь никакие слова, даже самые добрые.
Балканы отвоевались надолго. За пять лет они потеряли до тридцать процентов населения. Не убитыми, нет, эмигрантами. Все, кто имел хоть какой-то шанс получить работу в России, Германии, или САСШ, то есть все образованные, уехали от этого кошмара при первой возможности. Буйные легли в могилы, остались крестьяне-«хатаскрайники». Со временем, буйных они снова нарожают, но взрастить их к Первой мировой уже точно не успеют, а там посмотрим.
1901-й год, первый год нового, двадцатого века и десятый со времени возвращения сознания Николая Романова в своё тело, пора подведения предварительных итогов.
Россия сейчас совсем другая. Революции сверху своё дело сделали. Империя получила не фикцию – «Свобода, Равенство и Братство», она получила избавление от паразитов дворян, отлично работающие социальные лифты, технологический прорыв и, главное, Цель. Мы теперь не Третий Рим, не нужно нам это, ведь первые два Рима пали. Не столько под натиском варваров, сколько от внутреннего загнивания. В пидоров они выродились, проще говоря, а пидоры не воспроизводятся не за какие деньги. Законы природы, установленные Господом нашим, этому препятствуют.
Москва теперь – это Первая Москва, никаких Римов к этому титулу добавлять не нужно, он самодостаточен. Санкт-Петербург и Москва – это города, в которые едут туристы, чтобы посмотреть на ближайшее будущее. Электрические города. Во всём, от освещения до транспорта. Города, в которых телефонных абонентов было больше, чем во всей остальной Европе. Города, которые определяли цены на основные товары и курсы иностранных валют. Города, в которых открыли свои отделения все уважающие себя банки и промышленные компании.
Россия уже сегодня стала самодостаточным рынком с плановой экономикой. Нам не нужно лишнее производство, от него только финансовые кризисы случаются и прочие печали. Лишнее производство из страны выводилось, оставалась только рента патентных выплат, но ведь и патентов были тысячи.
Россия к 1906-му года закончит электрификацию и получит единую энергосеть, Россия уже строит завод на газовом месторождении неподалёку от Оренбурга, для производства полиэтилена и полипропилена. Это уже точно прорыв вперёд на полвека, низкий поклон Канцлеру графу Менделееву. Тесла обдумывает вброшенную идею о полупроводниках, и не просто обдумывает, но и строит целый институт.
Сибирь и Дальний Восток активно заселяются, причём уже без принуждения, только добровольцами. Народ в целом научили читать-писать-считать, а бабам воли так и не дали. Как были они в статусе подневольном, так в нём и остались. И это правильно. Нас, русских, пока слишком мало, чтобы возглавить глобализацию. Рождаемость для нас сейчас важнее всего. Будь нас даже полмиллиарда – плотность населения России будет ниже среднеевропейской. Стоит подумать над концепцией ордена для матерей – родила и вырастила шестерых – претендуй хоть на место Канцлера.